Чтение онлайн

— У-у-у… — тот, кто услышал этот вой, принял его за обычный вой волка, не имеющего никакого смысла, но не Алика. Для нее в этом вое было обещание. Обещание скорой встречи и чьей-то смерти. Как только вой прекратился, сабленуг убежал, оставив Алику наедине со своими мыслями. Надеясь, что при следующей встрече она все же исполнит его последнее желание. Потому что тогда… видимо он уже не будет человеком. Сегодня ночью Нейт ускорил проклятие. Времени ни у кого из них не осталось.

Сколько Алика плакала, после того как ушел Дэйван, она не знала. Но когда ее глаза устали плакать, она решила вернуться обратно к палатке. Нужно было обработать рану и еще успеть поспать. Если конечно ей удастся это сделать.

— Алика, ты, где была? — возле палатки стоял Бард и сурово смотрел на заплаканную девушку.

— Разве это имеет значение, — она взглянула на него. «Как же он в такие минуты походит на Нейта», — Твой брат хорош в проклятиях?

— Он тебя проклял? — Бард внимательно осмотрел Алику и заметил рану на ее руке, — Ты с ним встречалась? Почему не сказала мне?

— Это был не он. Ответь на мой вопрос, твой брат хорош в проклятьях?

— Он лучший в этом деле.

— Значит, лучший… — Алика тяжело вздохнула и зажала рану рукой. Кровь из нее все еще шла, — Значит, лучший, — повторила она безжизненно. «Что же ты наделал, Нейт?» Всем было известно, что проклятие нельзя снять. И хотя их было довольно много разных видов, но все они убивали проклятого, либо заставляли его сойти с ума и тогда он сам убивал бы всех без разбора.

— Что-то случилось?

— Иди спать. Мне нужно подумать, — Алика села на поваленное когда-то давно молнией дерево и глубоко ушла в себя. Ей нужно было принять решение. Ей нужно было смириться с решением, которое ей предстояло принять.

Бард некоторое время постоял, посмотрел на Алику и ушел спать, видя, что ничего больше говорить она не будет. Умова осталась одна. Она просидела до самого утра на поваленном дереве, пытаясь смириться со своим решением. Лишь когда солнце встало, и из палатки вышел следователь, Алика, наконец, приняла решение и смирилась с ним. Теперь ей предстояло решить еще одну проблему, выяснить, зачем здесь следователь. «Да, пора это выяснить».

Девушка встала с дерева и ноги задрожали. Слишком долго она просидела. Пришлось размяться, и лишь только потом подойти к следователю. Тот собирал какие-то красные ягоды с раскидистого дерева.

— Зачем ты здесь?

— Скажем так, решил взять небольшой отпуск.

— И для этого выбрал нашу компанию? — Алика смотрела на следователя и хмурилась, — Ты следишь за мной или я ошибаюсь? — он промолчал, — Значит, я подозреваемая? Но ты ведь знаешь, что доказательств нет?

— Мне совсем не жаль того следователя. Я здесь по личным делам, — мужчина бросил в рот горсть ягод и скривился. Они были неспелые и кислые.

— Значит не по мою душу?

— Нет.

— Тогда по душу Барда? Или быть Норта?

— Знаешь Линду? — следователь выбросил ягоды и направился к палатке, — У меня к ней личные дела.

— И ты думаешь, что встретишь ее, если пойдешь с нами?

— Обязательно. Она ведь ведьма, а ведьмы, как известно мстительны. Ты ей как кость в горле и никакая клятва тебе не поможет.

— Откуда ты… — следователь скрылся в палатке, оставив Алику с кучей вопросов. «Откуда он знает о клятве?» «Откуда он вообще знает, что ведьма хочет мне отомстить?»

— Умова, ты завтракать идешь? Нам отправляться нужно, — из палатки послышался голос Барда.

«Отправляться?» Алика подняла голову вверх. Солнце только-только вставало. «Ну, раз он не по мою душу… пусть тогда идет». Решила Алика и отправилась завтракать, а заодно еще и обрабатывать рану, на которую старалась не обращать внимания. Рука онемела, а рана выглядела так, как будто ее только что укусили. Глядя на нее, ей сразу вспоминался Дэйван и принятое решение, от которого сердце обливалось кровью.

— Где ты ходишь? — Алика пришла, когда все почти было съедено.

— Видимо пойду я сегодня голодной, — Алика посмотрела на небольшой кусок мяса, который ей оставил демон и пустые тарелки. Аппетита у нее как такового не было из-за Дэйвана, но все же. Нельзя было и побольше оставить?

— Извини… — вздохнул Бард, — Это всё, что я успел отобрать.

— Раньше нужно было, — принялись извиняться ее так называемые друзья.

– Да ладно… — Алика взяла свой рюкзак, нашла лечебное зелье и плеснула его на рану. Место укуса стало жечь. Девушка стиснула зубы, — Собирайтесь, пора идти, — она забросила рюкзак на плечо и первая вышла из палатки. Парни убрали палатку и двинулись дальше в путь.

Извилистая узкая тропинка вела через густые заросли весеннего леса. Один раз они даже наткнулись на шахту гномов. Те обсуждали добытый камень: синий, на свету весь переливается. Такой хорошо в амулетах использовать, заклинание дольше держится. Они издали на них посмотрели, перекусили и двинулись дальше. Во время пути Алика то и дело пила воду. Ей казалось, что солнце сегодня особенно греет, хотя остальные даже разницы не заметили. Какое греет, когда всего лишь начало весны. Деревья еще даже не начали цвести.

Остановились они, когда была уже глубокая ночь. Алика еле дождалась, когда установят палатку и, войдя внутрь, упала прямо на землю без сил. Подложив под голову рюкзак, она мгновенно уснула, так и не ответив на чей-то вопрос: «Ужинать будешь?»

Спала она плохо. Во сне ей мерещился то Камил, то Дэйван. Один обвинял ее, а второй пытался убить. Поэтому неудивительно, что вскоре Алика проснулась. Дыхание ее было сбивчивым, сердце громко стучало в груди. «Всего лишь сон». Он встала и вышла из палатки. Ей срочно нужен был свежий воздух, чтобы прийти в себя.

— Мне ведь всё равно придется это сделать? Правда? — она посмотрела на полную луну и вздохнула, изо рта вырвалось облачко пара, — Иначе будет больше жертв, — Алика посмотрела на свои руки и сжала их в кулаки, — Вот этими самыми руками… — вдалеке затрещали ветки, — Ты уже ждешь? — она горько усмехнулась и побежала вперед.

Минут через тридцать остановилась и автоматически выставила щит, защищаясь от атаки сабленуга. В этот раз он был силен, и в нем не было ничего человеческого. Уже нельзя было сказать, что этот зверь когда-то был человеком. Он всем своим телом наваливался на Алику и придавливал ее к земле.