Чтение онлайн

Обложившись книгами, я просидела до полуночи, пока глаза не начали слипаться сами собой. Но ничего полезного так и не нашла. В книгах было слишком много воды и общей информации. К тому же о магии, подобной моей, не упоминалось от слова совсем. Драконье пламя! Неужели в нашей империи невозможно найти хоть одну нормальную книгу по видам магии всех народов некогда единой империи Надарии?

С грустными мыслями я провела половину следующего дня. Гидротелепортация в расписании немного подняла настроение, а ещё вновь изрядно потрепала мой и моих сокурсников магический резерв. Мы с Анитой и Ливией теперь сидели рядом и помогали друг другу, следя за тем, как протекает процесс со стороны. Это очень помогало, поэтому на занятии мы смогли перенести по аудитории довольно тяжёлый и крупный кусок льда. На наших лицах светились счастливые улыбки и, казалось, уже ничто не сможет выбить нас из колеи.

Но ошибались. Следующим занятием шло объединённое с другими кафедрами, физическая подготовка. Всё бы ничего, ведь я всегда старалась поддерживать форму и не пренебрегала этими занятиями. Однако преподаватель, магистр Кахарон был драконом и… очередным расистом. Точнее драконистом. Было ощущение, будто для него существовали лишь драконы. Оборотни, эльфы и тем более «слабые» люди вызывали у него лишь презрительные взгляды и пренебрежительные поджимания губ. И когда дело доходило до тренировок драконов, он проявлял неподдельный энтузиазм и усердие. Было видно, что он искренне заинтересован в их подготовке. Нам же преподаватель давал задания и упражнения едва ли среднего уровня даже для людей. Поэтому многие оборотни и эльфы тренировались самостоятельно и находили себе занятие на свой вкус. Преподавателю было безразлично, чем мы занимаемся. Это было печально.

Пока я в среднем темпе наворачивала круги на полигоне, ко мне вдруг пристроился драконский наследник.

— Привет, красавица!

Я лишь краем глаза посмотрела на него и кивнула. В потном спортивном костюме, с раскрасневшимся лицом и растрепавшимися волосами, меня едва ли можно было назвать «красавицей».

— И тебе привет, Амерон!

Он довольно улыбнулся. Вероятно, одобряя моё вернувшееся неформальное обращение. Но, честно говоря, сейчас у меня не было ни сил, ни желания расшаркиваться перед принцем. К тому же я заметила, как девушки с трибун вновь обратили на нас внимание. Особенно одна пышногрудая брюнетка. Казалось, она вот-вот вскочит и присоединится к нам.

— От чего хмурая?

— Есть от чего.

— Не нужно быть такой колючей, — рассмеялся он и в шутку потёр своё плечо. И зашипел, будто я уколола его.

Я улыбнулась попытке дракона пошутить.

— Правда, Амерон, ты мне не поможешь, — да и вряд ли кто-то сможет, учитывая, что мне нельзя было никому рассказать о своих поисках.

— Я? — искренне изумился дракон. — Я могу сделать всё, что-угодно.

Его уязвлённое самолюбие по-детски плескались в медовых красивых глазах. На секунду я даже загляделась. А может быть, и правда сможет помочь?

— Вот если бы ты знал какие-то лавки или библиотеки, где есть необычные и редкие книги, которых нет в библиотеке Академии и в большинстве других библиотек, я была бы тебе очень признательна, — произнесла я с сомнением в голосе.

— Конечно, знаю.

Его хитрый и лукавый взгляд ясно давал знать, что так просто информацию я не получу.

— И чего ты хочешь?

— Прогулку.

— И всё? — воскликнула я от удивления, а затем быстро захлопнула рот, ругая себя за глупость.

— И всё. Прогулка по городу на выходных. И я сам отведу тебя в эту лавку.

Так-так, и в чём подвох? Никаких приставаний, попыток затащить в постель и прочих скрытых мотивов? Как бы я ни щурилась на его широкую улыбку, подводных камней и скрытых замыслов не чувствовала. Он же, улыбнувшись ещё шире, похлопал меня по плечу.

— К тому же, антикварная лавка с редкими книгами находится в городе.

Он бы не был собой, если бы тут же не использовал возможность в свою пользу, разумеется.

Но если я найду что-то достойное в той лавке, эта прогулка будет стоить того. Хотя я и понимала, что дракон хочет лишь одного — затащить меня в свою постель. Как новую, ещё не испробованную и непокорную игрушку. И поставить галочку возле моего имени в длинном списке его любовных побед.

— Хорошо. Прогулка на выходных.

— Вот и отлично, — улыбнулся он, сверкая солнечными глазами. — Тогда буду ждать тебя под Алой яблоней у центрального входа.

Я кивнула, и наследник, словно метеор, умчался вперёд. Как бы ни относился магистр Кахарон к нам «слабым», драконы действительно превосходили всех по силе, выносливости и скорости. Их движения были совершенными, отточенными, выверенными и при этом драконы были очень грациозными и пластичными. Мы на их фоне действительно выглядели малыми детьми, вышедшими поиграть в песочнице. Обидно было разве что за эльфов и оборотней, которые уступали драконам разве что в силе.

Уже вечером, за пару часов выполнив домашние задания, я вновь обложилась книгами из библиотеки. В последней книге, посвящённой истории империи Надарии, ещё не поделённой на две части войной, я обнаружила очередное упоминание основании Академии Морин. В частности, там говорилось о проклятии, послужившем причиной введения столь строгих требований к адепткам.

Оказывается, первый ректор всё же одичал после того, как тёмный эльф наложил на него проклятие. В состоянии безумия и агонии он метался по территории академии, едва не уничтожив половину её обитателей и не разрушив замок. Не найдя свою истинную, и окончательно утратив человечность, он смог преодолеть барьер, не дававший ему до этого покинуть пределы Академии. Его долго ловили, пытались привести в чувство, но он вновь и вновь улетал, сея хаос и разрушения, сжигая деревни и города, пока не было принято решение убить его ради мира во всей империи.

С тех пор драконы и начали дичать. Выходит, тёмный эльф не только наложил проклятие, но и тем самым внёс серьёзные изменения в их сущности. Драконы стали ограничены в выборе своей пары правилом безусловной истинности. И над ними нависла угроза трансформация в диких драконов. Обычно под ударом оказывались драконы с необычайно сильными вторыми ипостасями. Так как звериную сущность было тяжело контролировать и достичь с ним полного единения и гармонии. Своенравные ипостаси часто брали верх, буйствуя внутри драконов.

Поражало, насколько могущественным был тот тёмный эльф, если своими действиями он так сильно изменил сущности и будущее всех драконов.

В книге ещё содержалось описание самого проклятия. Однако автор заранее предупреждал, что не стоит надеяться на абсолютную точность передачи проклятия, так как многие источники с течением времени искажали или приукрашали его.

Он цитировал отрывок, который, по его словам, сохранился без изменений:

«И падёт на тебя тень забвения, и сердце разобьётся на тысячи осколков, как лунный свет на тёмной воде. Дракон, чья мощь древнее звезд, поглотит твою волю, и ты будешь вечно гореть в пламени безумия, если судьба не укажет тебе путь к той, чья душа способна стать твоим спасением — истинную пару, что скрывается средь стен твоей Академии."

Слова проклятия, словно зловещий отголосок самого проклявшего эльфа, заставляли сердце испуганно замереть. В словах определенно чувствовалась древняя сила. Но сейчас, спустя тысячу лет без единого прецедента было очень тяжело воспринимать проклятие за что-то более серьёзное, чем мрачную сказку, придуманную с целью напугать.

Также здесь были сведения, собранные из прочих источников, в правдивости которых автор и сомневался. Они утверждали, что дракон не сможет покинуть пределы Академии, поскольку утратит контроль как над своей магией, так и над крыльями своего дракона. Он не сможет совершить полный оборот. В таком состоянии он может брать силой, насиловать и «пробовать» каждую девушку в поисках своей истинной пары. Не каждая сможет выдержать такое чудовищное насилие. Его путь будет устлан кровью и страданиями несчастных девушек. Автор предполагал, что все, кто может помешать дракону, на это время лишатся способности противостоять ему. Вероятнее всего, речь идёт о мужчинах, которые могли бы защищать девушек и женщин. Однако неясно, как именно они будут нейтрализованы.