Чтение онлайн

– Яда, а тебе сиреневый цвет очень идет! Под глаза подходит! – успокоила я подругу.

– Поверю, потому что других вариантов у меня все равно нет, как и еще одного нейтрализатора, я спать!

Я направилась в спальню вслед за Ядой, чтобы перед сном подумать, как непредсказуема жизнь. Только я порадовалась, что полностью обуздала силу и могу начать жить обычной жизнью: поступить в ВУЗ, ездить на море, гулять с друзьями, а не тратить все выходные и каникулы на уроки магии. И на тебе – академия, где эту магию будут развивать дальше. И зачем мне это? Вот как мне в Москве пригодится умение превращаться в лягушку или водой пуляться? Да вот только отказаться мы не могли, правила…

Заснула я достаточно быстро, но перед этим мне пару раз вспомнился торс нашего Лешего. И где он так накачался… А снилась мне академия, в которой уже завтра нам предстояло окунуться в насыщенные будни студентов магической межмировой академии.

Как там говорится – «проснуться с петухами»? Вот именно так я и проснулась. Уж не знаю, откуда во дворе взялся петух (вчера его точно не было), но проснулись мы от его до противного громкого кукареканья.

– Яда, вставай! – я кинула легкой подушкой в подругу, потому что та после крика местного будильника лишь глубже зарылась под одеяло. – Ну или не вставай, будешь последняя в очереди к умывальнику.

После этой фразы Яда резко подскочила, но меня было не догнать – я уже хватала щетку и пасту и неслась вниз.

Правда первой я все равно не была: у умывальника (который накануне обнаружился сбоку от летнего душа) стоял Тимофей, а Леха и вовсе обнаружился на берегу прудика полностью одетый и даже причёсанный.

– Уже очередь? – вздохнула Яда. – Ладно, я тогда пока в туалет, – вздохнула она, смотря на строение на курьих ножках.

– Вода, кстати, тоже сама в умывальник набирается, – задумчиво сказал Леха, не поворачивая к нам головы.

– Что значит тоже? – не поняла я.

– Туалет на курьих ножках, то есть дырки внизу нет, а значит работает магия. И вода сама набирается в умывальник, понимаешь, что это значит? – парень наконец соизволил на меня посмотреть.

– Что все могло быть еще хуже? – вместо меня ответил Тимоха, освобождая место около умывальника.

– Нет, – догадалась я. – Что это место по сути работает на магии.

– И?

– Тимоха, твой предок ученым был, – вздохнула я, оценивая температуру воды. – Магия – это тоже материя. Значит, по идее, ее можно изменить.

– Именно, – кивнул задумчивый потомок Лешего. – Вот только мы не знаем как.

– Отлично, теперь у меня появилась дополнительная мотивация к учебе! – заявила Яда, занимая очередь за мной.

– А где Горынычевы? – спросила я, уступив место соседке и в очередной раз удивляясь тому, как внимательно Тимофей наблюдает за птицами на дереве..

– Дрыхнут небось еще.

– Так разбудите их! – вздохнула я.

– Вот еще! Если их этот петух не разбудил, то мы точно бессильны, – Тимофей наконец отвлекся от созерцания птиц.

– Кстати, а где петух? – я внимательно оглядела поляну, понимая, что птицы нигде нет.

– А нигде. Это тоже магия, – ответил Леша.

– Кстати, а ты чего так рано встал? Еще до Петуха! Сколько вообще время? – обратится к нему Тимоха.

– Я встал в шесть по привычке, вас разбудили в семь, в восемь тридцать первое занятия, и я пошел будить Горынычевых.

Я внимательно осмотрела Леху, он был одет в обычные джинсы и футболку, значит и нам можно одеться по-обычному.

– Идем, – обратилась ко мне Яда.

– Идем, – согласилась я и поплелась за подругой наверх, еще из коридора услышав, как потомок Лешего пытается разбудить потомков змея Горыныча.

– Еще раз огнем в меня запустишь, я тебя веткой ближайшего дерева придушу! ... Ну и лежите, сами опоздаете на учебу! – доносились обрывки фраз из-за двери.

Благо, братья все-таки не опоздали, заставив себя встать и собраться, и мы вместе направились навстречу не только первому учебному дню, но и нашим новым одногруппникам, прибывшим сюда из разных миров.

– Интересно, а они все выглядят как люди? – спросила Яда, когда мы вышли за калитку.

– Сейчас узнаем… – я обернулась, чтобы еще раз убедиться, что нашего домика, как и остального «народного» пространства, не видно с этой стороны. Ну точно, все магией пронизано, надо разобраться в принципах ее работы и сменить избу на пентхаус.

Тем временем на соседних тропинках начали появляться толпы других студентов, и пока все выглядели как люди. Правда у кого-то была слишком бледная или слишком загорелая кожа, у кого-то более длинные руки или уши, у кого-то цветные волосы, но в целом, все выглядели обычно.

– Яда, ты впишешься! – засмеялся Жорка, увидев вдалеке толпу девушек с разноцветными волосами, и сразу получил подзатыльник от моей соседки.

В этот момент вдалеке показалось несколько парней с красноватой кожей и закрученными рогами. Это было пока самое экзотичное, но мы вежливо решили не рассматривать ребят, а поторопиться к академии.

– И как мы найдем столовую? – задумчиво протянул Петька.

– По карте, – немного раздраженно ответил Лешка, подходя к огромному стенду, расположенному перед входом в академию.

Я еще вчера его заметила, порадовавшись, что на стенд вывесили карту со всеми указателями, но рассмотреть не успела, да и сейчас это не представлялось возможным: перед картой была толпа, как я понимаю, таких же первогодок.

Мы отошли в сторону, решив дождаться информации от Леши. Ему как раз удалось пролезть в первый ряд, и сейчас парень не просто рассматривал карту, но и что-то записывал себе в блокнот.

Тем временем я продолжала с интересом рассматривать толпу студентов. С рюкзаками были только наши ребята, остальные же предпочли вместительные сумки (как у нас с Ядой) или и вовсе какие-то странные мешки.

Другие первокурсники тоже с интересом смотрели по сторонам, но знакомиться никто ни с кем не спешил.

– Нам в главный вход, а там до конца и направо, – сказал вернувшийся Лешка и сразу направился в нужном направлении, а мы молча поплелись следом.

Столовая оказалась просторной и светлой, правда столы были рассчитаны не на 5-7 человек, а сразу на 40, и этот факт доставлял многим дискомфорт.

Мы прошли мимо длинной стойки, оценили богатый ассортимент еды, причем как знакомой нам, так и незнакомой.