Чтение онлайн

* * *

– Шаги партнёра. С левой вперёд - раз, два, влево, закрыли. С левой назад...

Руки как будто держат партнёршу, но её в руках нет. Перед глазами зеркальная стена и преподаватель танцев. В зеркалах отражается группа новичков - немногочисленные парни и чуть большее количество девчат. Надя тоже повторяет шаги, хотя пока начали с разбора движений для партнёров. Шаги партнёрш похожие, но зеркальные. Шаг Фокса или просто - фокстрот. Надя нашла группу, в которой разучивают танцы полуторавековой давности. Если бы вместе с ней сначала не посмотрел - как это танцуют те, кто умеет - показалось бы жутко скучным. Поймал в зеркале её взгляд и улыбнулся. Она подмигнула и качнула головой - как будто для поцелуя. У Нади особенный язык движений из за того, что она не всё может показать губами. Но стоило научиться его понимать - и это стало особенной игрой для двоих. Своим тайным языком.

– Слоу, слоу, квик-квик, слоу...

* * *

Тёплые серёжины руки поддерживают нежно, но уверенно. Будто в первом новогоднем вальсе. Колонка голосом преподавателя отсчитывает ритм шагов. Сам преподаватель подходит ближе, чуть поправляет позицию руки на плече и одобрительно кивает. Значит - получается. А потом раздаётся:

– А теперь пробуем эту же связку под музыку. Алиса, учебная музыка медленный фокстрот.

И будто на новогоднем балу, Серёжа почувствовал начало музыки за пару тактов до окончания вступления. И чуть качнулся назад, едва заметно увлекая за собой. Повторила его движение, а потом шагнула, следуя за медленной музыкой старинного танца.

* * *

– Надька, вот тебя пропёрло.

– Кать, ну а что особенного? – удивляется подруга. На ней старомодная шляпка с цветком из ленты, короткая меховая шубка и длинная юбка.

– Я же, в конце концов, не в кринолине.

– Да не, видок-то даже стильный. Но ты уж прямо совсем - как с картинки из музея.

– Похоже - правда? Я платье сама сшила. И шляпку немножко доделала.

– Чорд. Тебя - смотрю - прямо прёт от этих танцев.

– И не только от танцев, – загадочно понизив голос, сообщает Надька.

– А что ещё? – переспросила, стараясь быть ещё загадочнее.

Надька наклоняется ещё ближе, театрально поднося ладонь к щеке.

– Технологический уровень, милочка.

– Чо?

Надька продолжает, будто сообщая страшный женский секрет:

– Представь только. Паровозы, пароходы, никакого телевидения. Телефоны - барышня, соедините. В автомобилях не то, что автопилота - приёмников ещё не было. А главное...

Надькин голос становится уж вовсе по-театральному томным.

– Никаких роботов, Катенька. Никаких. Даже слова такого ещё не знали. Ты можешь себе это представить?

– Уже с трудом. А как же на заводах всё делали? Только руками?

– Ну станки уже были всякие. Там ну... Ткацкие там... Токарные... Но они ещё даже электрические не были.

– А какие? Вручную крутили?

– От паровых машин! – гордо сообщает Надька.

– Чорд. Не представляю. Но погоди-ка. Лампочки-то уже были.

– Ну да - были. И что-то электрическое уже было. А где-то ещё при керосиновых лампах сидели.

– Не - ну круто. Только я всё равно не поняла. Тебя-то почему с этого так прёт?

– Ну... – Надька театрально разводит руками. – Вот что бы ты ни говорила, а киберпанк - это не то, что мне нравится.

Шлёпнула себя по лбу. Надька просто не любит осознавать себя железкой. А тут нашла себе отдушину. Забыть хоть ненадолго, что она... не совсем настоящая.

– Признаю себя тормозом. Но мне всегда казалось, что ты просто дуркуешь. Слишком ты живая. Даже парня раньше меня нашла.

– Расскажи мне лучше - как у тебя с Егорчиком, – переводит разговор Надька, картинно приготавливаясь слушать.

– Он зовёт на концерт. У нас будет выступать голограмма Майкла Джексона. Круто?

– Ой, Кать, вообще... Мы с Серёжей глянули на цену - и решили пойти на джаз. Я уже свитер ему довязываю - как тогда носили...

Опять всё больше кажется, что Надька врёт. И никакой она не кибер.

* * *

– Мам, приветик.

– Привет, студентка. Не выгнали ещё?

– Мам, красивых отличниц не выгоняют.

– Ой, Надюшка, не верю я в твои отличные. Вот как мать - не верю. Признавайся - ни с кем из преподавателей...

– Мать, ты за кого меня принимаешь?

– За красавицу, дочка. То я не знаю, как оно бывает. У самой в группе такая была. А у тебя в институте, наверно, одни мужики.

– Мам, ну во-первых - они все старые. На кой они мне - такой красивой?

– А студенты? Не подкатывают?

– Для студентов я сама старая.

– А кто тебя за хвост держал? Ты для чего от меня уехала? Уж не поступать ли? Знаешь - как ВУЗ расшифровывается?

– Помню. Выйти Удачно Замуж. Мам, у меня есть - с кем фокстрот танцевать. Лучше расскажи - как ты.

– Живу - не болею. Не хуже других. У подруги скоро внуки будут. Меня когда обрадуешь?

– Мам, не дави на мозоль. Больно.

* * *

– Равняйсь! Смирррна! Равнение на середину! Товарищ полковник, группа курсантов первого курса для смотра построена! Староста группы - курсант Курова Надежда! – лихо рапортует киберкурсантка.

– Вольно, встаньте в строй, – командует ректор института. Стоя чуть позади него не удержался - и украдкой показал лихой курсантке большой палец. Внутренний смотр давно уже кажется скучной формальностью, но только не в этот раз. Чего таить - были сомнения, что принял её без экзаменов. Но девица, пришедшая из фантастики, пока оправдывает себя на сто с лишним. Полковник оборачивается и кивает:

– Хороша. Думаю - толк будет.

– С ней бы... Дополнительно... – высказал наконец то, что давно не решался попросить. Любые дополнительные занятия - это дополнительные деньги. А значит - их надо где-то взять. И возможности факультета здесь не велики, а для такой многообещающей хочется... Такие вещи решает ректор института - в его ведении находятся резервные фонды.

– А не сломается куколка от нагрузки? – улыбается полковник. – Вон - талия какая хрупкая.

– Она крепкая. Я уже связался с её авторами.

– Москва?

– Наши, – ответил не без гордости. – Девка - трактор.

– Главное - чтобы вертолёт не словила от успехов, – хмыкает начальство. – Подумаю. Подготовьте докладную на финансирование.

* * *

В руках соседки, как обычно, тихо постукивают вязальные спицы. Отложила планшет с учебником и подсела к ней.

– Надь, а расскажи - как оно...

– Что, Нин? – непонимающе переспрашивает соседка.

– У тебя с ним. Ну... С твоим...

– Хорошо... – пожимает она плечами.