Чтение онлайн

Сиерлен виновато посмотрел на меня. Он лежал на кровати, и старательно делал вид, что у него "все в порядке". Но я же видела, что никакое это не "в порядке".

Губа закушена, на лбу биссеринки пота, кулаки плотно сжаты. Дыхание прерывистое. Видимо, не такой уж это простой ритуал — расторжение связи Истинных.

И расплата за такое самоуправство — жестокая.

Рлен явно прочитал мои мысли, так как ответил очень уж в тему.

— Сам ритуал расторжения связи — это, конечно, больно. Но ни в какое сравнение не идёт с ритуалом восстановив связи Истинных. Каэри, ты правильно все поняла. Мне страшно. Я не умею терпеть боль, а Маэльтар смеётся и считает, что я даже на полукровку драконьего не тяну. А я… Я старался, всегда. Но все почему-то не получается. Я не знаю, почему! Может, я просто сам такой неуклюжий, может, это проклятие на меня сильнее действует, чем на других драконов клана. Каэри, что мне делать? Вдруг Маэльтар прав, и все дело во мне? В том, что я плохой дракон, в том, что я не встал на крыло вовремя?

— Замечательно, — подумала я устало, — Мало того, что мне сейчас придётся пережить восстановительный ритуал, мне ещё и это драконье чудо нужно убеждать, что он ни в чем не виноват?

Чтобы он не повторил своих этических метаний и не разрушил связь Истинных ещё более кардинальным способом? Сразу после того, как моя мамочка эту связь восстановит?

Вот только психологом для драконьего тинейджера с комплексами из его раннего драконьего детства мне побыть и не хватало для полного счастья. Но я ж хирург, а не психолог! К тому же, в медицинском вузе нас учили психологии людей! А не драконов с их гипертрофированным эго… М? Пожалуй, что-то общее найти было можно. Но моих знаний в этом вопросе было явно недостаточно для оказания серьёзной психологической помощи.

Может, вместо психолога на Сиерлена тёщу напустить, в надежде, что она ему мозги вправит? Тем более, что она сама сейчас придёт. Порталом. Нет, наверное лучше не надо. Моя мамочка и так Рлена на дух не переносит.

Мамочка появилась под вечер.

К тому моменту Рлена я более-менее успела успокоить почти по всем вопросам, которые его волновали.

Хотя я не психолог, но какую-то базу по психологии пациентов нам давали, поэтому психологический портрет этого дракона вызывал у меня некоторое замешательство.

Так как дракон, скорее всего, относился к смешенному психотипу. Реагируя иногда как сангвиник, иногда — как меланхолик, иногда — как холерик. А в редких случаях — и как флегматик.

Именно поэтому мне было с ним сложно — я никак не могла подстроиться под один и тот же темперамент, так как это драконье чудо с утра мог страдать от невысказанной на что-то обиды, как меланхолик, к обеду демонстрировать невыдержанность, агрессивность и вспыльчивость, как холерик, а к вечеру демонстрировать отзывчивость, увлеченность, общительность жизнерадостность, как сангвиник.

Появление тещи Сиерлен проигнорировал.

Даже здороваться не стал. Почему, мне было, конечно, понятно, но я была не уверена, что причины этого демарша осознавал сам Рлен.

Мамочка на него сейчас не злилась, пожалуй, даже жалела на свой манер. Язвительно-уничижающий.

Особой радости Рлен этому замечательному событию в своей жизни — появлению на пороге нашего студенческого общежития его тещи — не выказывал. На мою мамочку смотрел хмуро и явно подозревал ее во всех смертных грехах одновременно. Благоприятное впечатление произвести не пытался и вообще предпочитал отмалчиваться.

Ну, мало того, что он прекрасно понимал, что сделал откровенную глупость, он еще и боли от предстоящего ритуала боялся.

Мамочка платила хмурому дракону взаимностью: ни слова пока-что не произнесла, только взгляды бросала на дракона. Осуждающие. Сердито посматривала на него, одним словом. Проявляла, так сказать, явное неодобрение. Но молчать моя мама долго не умеет, я знаю! Поэтому я не сомневалась, что рано или поздно Рлен получит порцию "нравоучений", о том, что именно обязан делать правильный Истинный.

— Нашел, когда связь Истинных разрывать, если о себе не думаешь, так хоть о моей дочери и будущих внуках бы подумал, — в конце концов сказала Рлену моя мама.

Ага. О моём залёте, походу, давно уже знают все без исключения, включая мою мамочку.

Кроме меня, узнавшей об этом последней.

Магическая Академия, нафиг. Все маги и все умеют смотреть истинным взглядом. А Академия, между прочим, очень строгое учебное заведение, где даже замуж выходить запрещено до окончания семилетнего обучения. Что уж говорить о беременности и рождении наследников на первом курсе. Да еще и с беременностью такие вещи: чуть-чуть беременной быть не получится. Через некоторое время процесс выходит из под контроля и это будет заметно не только тем, кто на меня магическим зрением смотрит. Это вообще всем заметно будет.

Может, мне на факультет магических иллюзий перейти? На всякий случай?

Мамочка достает из прихваченной с собою корзинки по два разных сосуда. Одну пару вручает мне, вторую пару — Сиерлену.

— Выпейте, это поможет, — уверено говорит мамочка мне.

Словно она не уверена, что Сиерлену достанет умственных способностей на то, чтобы выпить настойки без моего пояснения действием, что с этими настойками нужно делать.

— Мам, а почему у нас разные настойки? — спрашиваю я.

Не то, чтобы я ее подозревала в нехорошем, ну а вдруг? Рлен — он точно подозревает.

— Кое что беременным принимать нельзя, на детях магический шлейф ритуала остаться может, — поясняет мамочка, — А вам и без этого глаз да глаз за малышами нужен будет, родятся полукровками черных драконов, да еще под проклятием. Ну и папочка "помог", разорвал связь Истинных. Как мозгов только хватило, ведь выкидыш мог спровоцировать!

Мама вот всегда такая. Рлен съеживается на глазах и готов от стыда под землю провалиться.

Действительно, не подумал. Забыл основные тезисы драконьей магии. А там все очень точно описанно: при разрыве связи Истинных шанс на гибель мужской особи девяносто восемь и шесть десятых процентов. Шанс на гибель женской особи — семьдесят четыре процента. И риск выкидыша — восемьдесят семь процентов.

Природа заботится о том, чтобы не нужные никому детеныши не появлялись. А у меня еще ведь сложнее, многоплодная беременность, ее выносить даже без дополнительных проблем не у всех получается.

Настойки я выпиваю сразу, так как мамочка редко заботится о вкусовых рецепторах своих пациентов.

Как результат, у нее получаются чертовски эффективные зелья, но на вкус они такие, что с непривычки взвыть можно.

Поэтому залпом выпить высококлассные произведения ее домашнего хобби (*оно же в Академии обозначено, как зельеварение) это единственно правильная стратегия. Особенно, когда она настолько не в духе, как сейчас.

Рлен об этом, соответственно не знает. Поэтому растягивает "удовольствие", пытаясь осилить зелья маленькими глоточками.

За три минуты мою маму он успевает выбесить.

Так как он все еще полусидит в кровати, она в раздражении кидает в него заклинание подчинения. И приказывает выпить настойки. Немедленно и быстро.

— Мам, не нужно так, "подчинение" на чистоту ритуала повлиять может, — морщусь я.

Тем более, что Рлен, после того, как выпил настойки на мамочку кидает совершенно яростные взгляды.