Чтение онлайн

Отец затащил Ясинку в ее маленькую комнатушку на чердаке. Вскоре девушка услышала, как он прибивает доски поверх хлипкой двери в ее убежище.

— Папа, папа, я должна помочь бабушке, выпусти меня.

— Так я и выпустил на волю свои денежки, — бурчал отец, спускаясь вниз по крутой лестнице, — а бабка… что-то зажилась она на этом свете, — и Ядрет пошевелил ногой слабо застонавшую мать.

Ясиана услыхала, как снаружи приставили лестницу, и вскоре маленькое оконце ее чердака тоже было заколочено.

— Папа, что же ты делаешь, папа? — Ясинка без сил присела на соломенный тюфяк, служащий ей постелью.

Сбежать, конечно, можно было. Ядрет Рутенга был не очень хорошим хозяином, и не знал или не хотел знать, что несколько досок на чердаке сгнили, и крыша давно требует починки. Но куда бежать? Их Благодатная Долина, конечно же, огромна, но спрятаться от повелителя в ней, действительно, было невозможно. Сбежать, найти кого-нибудь и попросить, чтобы лишили ее того ценного, что так важно будущему мужу? Может, кто-нибудь из знакомых с самого детства парней и согласился бы. Нет. И просить об этом позор. А какой уж позор ожидает ее потом. Да и кто согласится сотворить такое с невестой самого повелителя. Выход, выход, он должен где-то быть, как у этого чердака. Вроде бы и не видать сразу, а он есть. Только нужно его найти.

С такими мыслями Ясиана постепенно погрузилась в сон.

Наутро внизу послышался шум, затем скрип отдираемых от двери досок, и в комнату вошел отец.

— Собирайся, — велел он. — Повелитель прислал за тобой экипаж.

Взгляд Ясианы заметался по комнате, невольно задержался на досках, которые она вчера так и не отважилась убрать, чтобы сбежать из дома. Может, еще не поздно? Отец, верно истолковав ее нерешительность, схватил дочь за руку и потащил вниз.

— Бабы помогут тебе собраться, а я уж сам прослежу, чтобы не сбежала, — заявил он.

Все, что удалось Ясиане и ее матери Райге, всегда тихой и забитой женщине, это убедить Ядрета, что повелитель будет гневаться, если узнает, что при одевании и сборах его невесты присутствовал мужчина, пусть и ее отец. Он вышел и остался стеречь дочь под дверью. Под окном комнаты были слышны шаги и разговор старших братьев. Они не меньше отца переживали за судьбу выкупа, положенного семье за столь дорогой товар.

— Может, покоришь ты, мое золотко, сердце нашего повелителя, и будете вы жить долго и счастливо, — с надеждой говорила мама, поливая тело дочери водой семи рос, как полагалось. — Ты уж не перечь ему, слушайся его во всем. Будь ласкова с ним, глядишь, и прикипит его сердце к тебе.

— Мама, а ласковой — это как? Как ты меня по голове в детстве гладила?

Помогавшая матери Рута закашлялась, а младшая сестренка Ладина, вертевшаяся рядом, даже приоткрыла от любопытства рот.

— Выйдите, — попросила их мать. Невестка и девочка поспешно вышли из комнаты, а Райга продолжила: — Ты уже большая, доченька, и должна понимать, что муж с женой не просто так дом и ложе делят. Ночью муж придет к тебе и исполнит свой супружеский долг. Ты, главное, не бойся, доченька, все женщины через это проходят. Больно будет только в первый раз, но ты стерпи, а лучше постарайся показать, что тебе приятно то, что он будет с тобой делать. Как бы ни было тебе противно, как бы от него не воняло пивом, а ты постанывай, как бы от удовольствия, он и наполнится гордостью, что сделал тебя счастливой, следующий раз уже и сам постарается сделать так, чтобы тебе хорошо стало. Но и ты, доченька, постарайся.

— Мама, а что делать-то, чтобы ему понравиться?

— Ласково проведи по его телу ладонью, губами, опять же, к его губам прижмись, а дальше он уж сам заведется и все сделает. И ни в коем случае не перечь мужу своему. Что делать с женой своей в постели, он сам знает, а от тебя тех знаний он не будет требовать, — мать неуклюже закрыла довольно-таки скользкую тему и стала сосредоточенно надевать на дочь свадебный наряд.

Грубая небеленая холщовая рубаха до пят, сотканная и сшитая руками самой невесты. Поверх нее тончайшая белая нижняя рубаха немного короче предыдущей, ее прислал в подарок жених вместе с выкупом. Именно он наутро после брачной ночи предлагал своей молодой жене одну из них: коли приглянулась жена — то тонкую мягкую, а коли нет — то ходить молодке в холщовой, пока не вымолит прощение у супруга своего.

Поверх подаренной будущим мужем рубахи надевалось холщевое же платье, но уже беленого полотна, с длинными рукавами, порой достигающими земли. Это платье шилось матерью невесты, и значило, что ни мать, ни отец, ни какая другая родня уже не претендуют на ее помощь, вот и руки ее спрятали. Потом уже, после принесения клятв, муж обрезал рукава, тем самым принимая в свою семью жену и рабочие руки. Отныне только в его доме и на его благо должна была трудиться она.

Самое последнее платье — еще один подарок жениха — было самым коротким, так, чтобы видны были все нижние одежды, но и самым богатым и самым красивым. Вышито оно было настоящими самоцветными камнями. Ах, с какой жадностью смотрела на него Рута. А вышитый драгоценными каменьями золотой пояс, который все это великолепие собирал в мягкие складки? Да он один стоил всей их деревни.

— Какие подарки тебе прислал наш повелитель, доченька, — мать любовно расправила платье и принялась за волосы. Их нужно было сплести в тугую косу, чтобы муж, в знак своего владычества смог легко ее обрезать, утверждая тем самым власть свою над головой и мыслями жены своей.

— Мама, ты забыла дать мне панталоны, — осмелилась напомнить Ясиана после того, как Райга заявила, что сборы окончены.

— Не положены они невесте, доченька. Отныне муж твой хозяин над тем, что под твоими юбками есть. Коли позволит тебе после брачной ночи, то будешь носить панталоны, а коли сочтет, что без них ему удобнее будет, то без них ходить будешь.

— Мама, и все будут знать, что на мне нет панталон?

— Все мы через это прошли, — Райга дала понять, что сборы окончены.

А за дверью все настойчивее раздавалось ворчание отца, уже неоднократно приложившемуся к заветной фляжке. Мать воровато оглянулась на дверь и протянула дочери браслет, сплетенный из волос.

— Вот, мы с бабушкой сплели для тебя, кровиночка наша, на слезах наших и крови он сплетен. Хоть и небогат он в сравнении с подарками жениха твоего, надень, не побрезгуй, доченька, вдруг защитит обережек наш тебя от беды, — быстро зашептала Райга, протягивая нехитрое украшение.

Ясиана беспомощно протянула матери руки в свисающих почти до пола рукавах. Райга засучила один и быстро завязала на дочерней руке свой прощальный подарок. Только девушка успела поправить одежду, как дверь распахнулась, и в комнату вошел недовольный отец.

— Сколько вас ждать можно. Может, и самого повелителя так же ждать заставите?

— Мы готовы, Ядрет, — тихим голосом ответила ему жена, — я должна была рассказать девочке, как нужно вести себя с супругом.

— Главное, чтобы он знал, что нужно делать с молодой женой, — отец громко захохотал на весь дом.

А у Ясианы в голове билась только одна мысль — все знают, что сейчас на ней нет панталон, и нет их для того, чтобы ее мужу можно было как можно быстрее добраться до ее лона и лишить ее невинности, а она при этом будет делать вид, что ей это очень приятно. Все знают, чем она будет заниматься этой ночью. Ее щеки горели от стыда.

Отец быстро вел девушку по длинному коридору из односельчан, глаза которых светились самой жгучей завистью. Как же, Яська, которая еще вчера бегала среди них, станет женой самого повелителя. Только горничных у нее будет сорок, а еще поварихи, лакеи. Да много кто прислуживает повелителю Долины и его жене. Все слуги потомственные, до общения с деревенскими не опускаются. Вот куда их Яська взлетела.