Чтение онлайн

— Да, мы помолвлены.

Все поспешили нас поздравить. Во время многочисленных поцелуев и напутствий за окном послышался грохот.

— Начался салют, — отметил Вейлр, когда все отправились посмотреть на него через окна. — Хочешь взглянуть? Обещали, что он будет красивым.

Я с улыбкой покачала головой.

— Прекраснее этого момента ничего не может быть.

Вейлр развернул меня к себе, погладил по щеке, глядя сверкающим от счастья взглядом.

— С Новым годом, любимая.

— С Новым годом, несносный и любимый боевик, — нежно проговорила я, коротко целуя его в губы. Не хватало еще, чтобы мама прочитала нам лекцию о приличиях.

— Можешь загадать желание. Я где-то читал, что в новогоднюю ночь они сбываются, — поделился Вейлр.

Я подумала.

— Все мои мечты уже исполнились, — призналась я. — Теперь я мечтаю только о том, чтобы ты и все эти люди были со мной всегда. А остального мы добьемся вместе.

Вейлр мягко улыбнулся. Он был таким красивым, что мне неистово хотелось поцеловать его, и я почти не удержалась, но он опередил меня. Склонился и впился в мои губы крепким поцелуем.

— Так уж и быть, я сделаю вид, что ничего не видела, но со свадьбой, очевидно, придется поторопиться, — послышался мамин осуждающий голос.

Мы с Вейлром оторвались друг от друга и рассмеялись.

Этой ночью я была счастлива как-никогда от того, что мой путь к мечте оказался не таким, каким я представляла его изначально, а во многом лучше. Он привел меня не только к самому прекрасному мужчине и друзьям, но и к делу, где я, наконец, смогла обрести себя.

— Спасибо, — прошептала я, глядя в яркие, наполненные нежностью и любовью глаза Вейлра.

Глава 58. Эпилог

Эпилог

Меньше чем через полгода на первом и втором курсе смешанных не осталось ни одного человека. Каждый из моих ребят сумел определиться и выбрать тот факультет, к которому лежала душа.

Впервые за всю историю существования академии Эвейл на факультете смешанных не было ни одного выгоревшего мага, и та самая пресловутая погрешность в пять студентов больше не была актуальна, и я смогла с удовольствием сжечь этот лист.

После этого мне выдали преподавательский грант на «Исследование и создание методологии для определения стихии смешанной магии».

Многие, зная, как проходят практики у смешанных, беззлобно шутили, что они просто не доживают до окончания обучения, а не определяются. Об этих шутках я знала, но в лицо мне никто ничего не говорил. Я полагала, что дело во влиятельной фигуре моего жениха, но когда он услышал это, то поспешил меня разуверить:

— Нет, милая, они боятся не меня, а тебя.

Чем я тут же загордилась, но это не помешало мне обидеться на Вейлра и не разговорить с ним пол дня.

Известная троица продолжила посещать меня даже после определения — разница в возрасте у нас была не так уж и велика, и вскоре я могла даже сказать, что мы сдружились. Килиан перестал так сильно трепетать перед Вейлром, и тот продолжил помогать ему со становлением первоклассным боевым магом с воздушной стихией. Саша пошел по моим стопам исказителя с земляным даром и часто дискутировал со мной и Зое. Энри неожиданно для всех оказался огневиком и решил стать зельеваром.

Благодаря моей протекции, они и остальные студенты второго курса, несмотря на позднее определение, смогли поступить туда, куда хотели. Месье Монтеро шел на такие уступки, понимая, что прежнее отношение к смешанным было в корне неверным, но мне оставалось убедить в этом еще и остальной магический мир. И последующие пару лет я посвятила себя написанию диссертации на эту тему и поиском доказательств, а затем и их практическим подкреплением. Не последнюю очередь в этом сыграла внезапно возникшая возле академии аномалия, но это была уже совсем другая история.

А после зимней сессии я все же начала преподавать лекции по искажениям, но они теперь были для меня отдушиной, где я могла отдохнуть, а не смыслом преподавания. Остальное свободное время я посвящала Вейлру и оставшимся ребятам. После зимних каникул определились уже и некоторые первокурсники, в числе которых была Аврора, которая удивила всех неожиданным романом с младшим преподавателем по зоологии. Также выяснилось, что Ален стал жертвой злой шутки и никогда не обладал вторым даром. Так вскоре все, наконец, встало на свои места.

Остальные студенты теперь вдохновлялись своими однокурсниками, а не завидовали и злились. А я продолжила проводить посиделки со студентами и даже получила молчаливое разрешение на эти мероприятия от ректора.

Позже Вейлр стал не только вести теоретический факультатив по дуэлям, но и практический. Он смог преодолеть свое непринятие к некогда любимой профессии, благодаря вновь расцветающей мамой и, если говорить без лишней скромности, благодаря мне. Сыграло еще то, что он, наконец, смог простить отца, а главное, себя за их сходство. Иногда ему все еще было тяжело, их отношения так и не наладились и вряд ли вообще когда-нибудь могли бы, но они хотя бы начали видеться раз в полгода, чтобы решать семейные дела.

За моей второй матерью ухаживала прорва мужчин, но пока она казалась счастливой и без них. Зато она все чаще проводила время в нашем поместье с моей мамой. Благодаря их дружбе, отец возобновил службу, которой не занимался последние лет пять и стал отправляться в командировки на сложные аномалии вместе с Тео, чему был несказанно рад. Тогда мама с удивлением поняла, что не всегда права в вопросах того, что касалось счастья других людей. И поразилась этому так сильно, что потом больше месяца остерегалась давать советы кому бы то ни было. Но потом к ней вернулась былая уверенность, которая воскресла благодаря восхищению и любовью ее студентов, и она стала прежней, но все же более мягкой в своих высказываниях. Ее мечта — быть признанной и нужной исполнилась, и я была искренне за нее рада.

Брат же так и не женился, но в последних письмах стал все чаще упоминать какую-то дерзкую и невыносимую девушку на работе. Сестринское сердце и опыт мне подсказывал, чем закончится эта неприязнь.

Зое и Реджинальд продолжают ругаться по сей день, но уже куда игривее. Почти сразу Реджинальд поселился в МонтКлер, чтобы у него было больше времени и возможности заниматься обольщением моей строптивой подруги. Это было не так-то просто, когда Зое вдобавок ко всему осознала, что она старше Реджинальда больше чем на десять лет. Пусть среди магов это особо ничего и не значило, Зое все равно едва ли не умоляла ректора «избавиться от этого сумасшедшего юнца». И если честно, я никогда не думала, что Реджинальд способен вызывать у меня такое восхищение и гордость, но он смог, потому что не сдался, а наоборот обрел какое-то фундаментальное спокойствие и продолжил осаду этой крепости. И, конечно, она в итоге пала, хотя чуть не свела с ума меня и Вейлра. И даже несмотря на то, что они находятся в официальных отношениях, Зое иногда любит повторять, что терпеть не может этого холеного аристократа, но ей уже давно никто не верит.