Чтение онлайн

— Разве что парой, — кивнул он и прижал руку к груди, а потом указал на Миранду.

Я подошла к ней и посмотрела вслед Джафу, который, выйдя из здания, сразу перешел на бег и вскоре скрылся в парке.

— Мы решили взять паузу, — сказала Миранда, глядя на деревья, за которыми он исчез. — Это будет разумно.

— Очень разумно, — подтвердила я.

— Может, после Лабиринта он меня разлюбит.

— Сама в это веришь?

— Как знать, — пожала она плечами и глянула на меня. — Так что хотел от тебя Родерик?

Родерик. Я никогда не называла его по имени даже в мыслях.

— Видимо, после того, как я пыталась удрать от мамы через окно, мастер Адалхард не уверен в моей устойчивости.

— А ты как вообще? — нахмурилась Миранда. —Не хочется поплакать? Или там наброситься на меня с кулаками?

— А тебе? — спросила я. — Ты в куда более сложной ситуации: сначала рассталась с женихом, теперь вот с Джафом, мастер Адалхард требует от тебя... ну...

— Секса, — помогла мне Миранда. — За меня не волнуйся. Я кремень. И Родерик не требует вообще-то. Он даже ни разу не пытался меня поцеловать. Это немного обидно, если честно. Когда он сорвал мою свадьбу, то я приготовилась всячески защищать свою честь. Даже спала с кинжалом под подушкой.

— С тем самым, что потом вонзила в портрет? — предположила я, идя к общежитию.

Сегодня распогодилось, и я довольно жмурилась под солнцем. По обе стороны дорожки проклюнулись тугие бутоны, кусты роз выпустили свежие стебли. Красиво будет, когда все расцветет.

— Ректор вообще оскорбительно равнодушен, — продолжила Миранда. — Наверное, любит свою водяную шалаву. Кстати, у нас в расписании теперь стихия воды стоит вместе с парнями.

— Джемма больше не будет у нас вести?

— После того, как она едва не выколола мне глаз? — Ровена догнала нас и пошла рядом. Золотая заколка в ее волосах так сияла, что глазам стало больно, на форменной белой блузке блестели перешитые золотые пуговицы. — Конечно, не будет! Я, Ровена Тиберлон, наследница великого рода, едва не ослепла на первом же курсе! Возмутительно!

— Значит, если бы сосулька воткнулась в глаз, допустим, мне, то это было бы не так ужасно, — покивала Миранда.

— Единственный преподаватель, который хоть немного учит нас полезному, — мастер Адалхард, — кипятилась Ровена.

— Еще не было магии воздуха, — сказала Миранда. — Тебе должно понравиться, Тамбурин.

— Тиберлон, — машинально исправила ее Ровена, гневно раздувая ноздри. — Я пожалуюсь папе. Пусть наведет здесь порядок!

— Пусть сначала у себя дома порядок наведет, — невинно заметила Миранда. — В вашем особняке на Ветреной улице. Мы там такой разгром оставили... Я так и не поняла, кстати, которая из спален твоя. Полагаю, что розовая, где кровать с балдахином, — это Кевина. Он куда больше похож на принцессу.

— Ты была в нашем доме? — вытаращила глаза Ровена.

— Кевин нас пригласил, — невинно ответила Миранда. — А почему тебя не было на стихийнике? Впрочем, я даже не представляю веселье в твоем исполнении. Это, наверное, зубрить и при этом притоптывать ногой.

— Я начинаю думать, что ты, Арнелла, не самый худший вариант для моего брата, — процедила Ровена, задрав нос.

— Ох, не соблазняй меня, — вздохнула Миранда. — А то мне прямо захотелось затащить Кевина под венец. И чтобы ты была подружкой невесты. Я бы заставила тебя надеть зеленое платье, под цвет лица. Арнелла, дарю идею.

— Когда женится Тиберлон, подружки невесты всегда в голубом, — заявила Ровена.

— Хватит ее задирать, — попросила я. — Вдруг у нее от этого случится срыв хаоса.

Ровена окатила меня злобным взглядом, схватила ртом воздух, а потом вдруг покраснела и, всхлипнув, убежала.

— Что это с ней? — пробормотала я.

— Понятия не имею, — ответила Миранда. — Но довела ее ты, а не я.

— Может, у них в роду кого-то сорвало? — предположила я, чувствуя себя виноватой. — Я не хотела ее обидеть.

— А вот она тебя — хотела. Не самый худший вариант — как это понимать?

— Ну, я и вправду не очень-то, — ответила я. — Наследственность не ясна...

— Потому что кое-кто не дал мне ее выяснить. Видите ли, маме надо устраивать личную жизнь.

— Приданого нет...

— И за это тоже, как я понимаю, надо благодарить Кармеллу Алетт. О! — Миранда повернулась ко мне, озаренная свежей мыслью. — Ты только представь: а вдруг Ровена станет магичкой огня! Да, у них там сплошь воздушники, но мало ли. Как это было бы прекрасно! Пусть ректор забирает себе этого Тамбурина и делает с ним, что хочет. Правда, от такого союза никакого огня не получится. Даже тот, что есть, потухнет.

Мы поднялись по ступеням, вошли в общежитие, и комендант выглянула из своего кабинета.

— Арнелла Алетт, тебе письмо.

Конверт вырвался из ее рук и метнулся ко мне, словно собачка к хозяину.

— Тихо ты, — я еле сумела открыть его и быстро прочитала несколько строк, написанных маминым витиеватым почерком. Внизу стоял смазанный оттиск поцелуя, оставленный розовой помадой. — О, нет, — выдохнула я.

— Арнелла, солнышко, — прочла вслух Миранда, забрав у меня письмо. — Не волнуйся, я все устроила. Люблю тебя, мама. — Нахмурившись, она сунула письмо назад в конверт и вернула его мне. — Что она устроила?

— Понятия не имею, — простонала я.

— Знаешь, Арнелла, — доверительно сказала Миранда, приобняв меня за плечи и ведя к лестнице. — На твоем месте я бы уже начала волноваться.

Я промаялась тревогой до самого вечера, и ни дерево, ни бутон, ни куда более хитроумные схемы ректора не работали: от спокойствия и равновесия я была очень далека. Во-первых, я стеснялась идти к нему. Сходила уже один раз. А во-вторых, мне страшно было представить, что такого в очередной раз сотворила мама. Я перечитала ее письмо несколько раз, понюхала и посмотрела на свет, но никаких подсказок так и не нашла. Скорее всего, это какой-то очередной матримониальный план. Хоть бы он касался ее самой. Иногда я мечтала о том, как мама выйдет замуж и родит еще с пяток детишек, моих братиков и сестричек, и ее энергия рассредоточится и перестанет бить по мне словно кувалдой.

Я достала плащ ректора с нижней полки шкафа и расправила его на вытянутых руках. Плотная ткань даже не помялась. Снаружи плащ был матовым, черным с пепельным оттенком, словно погасшие угли, а с изнанки — красным, как ягодный сок.

Вернуть? И тогда ректор сразу вспомнит, в какой ситуации его отдал. И я наверняка покраснею и буду выглядеть дурой. Так и оставить себе? А вдруг он спросит своим низким голосом: «Арнелла Алетт. Почему вы не принесли мой плащ? Тот самый, в котором убегали голой в прошлый раз». Простонав от невозможности принять правильное решение, я быстро спрятала плащ назад и вышла из комнаты.

Лучше покончить с этим побыстрее, — думала я, шагая по дорожке к преподавательским домам. Наверное, он подберет мне схему, как Джафу, чтобы хаос в моем теле тек ровно, полноводной рекой, а не перепрыгивал через пороги как горный ручей. Я готова крутить любые фиги, только чтобы не превратиться в тварь хаоса.

А может, он заставит меня вызубрить какое-нибудь заклинание. Это я тоже могу. Память у меня хорошая, хоть половина уже занята генеалогическими древами магических родов, которые мы учили на первом семестре.