Чтение онлайн

Но мне важно спросить о догадках самой мамы мальчика. Простой вопрос может помочь выявить какие-то детали, о которых заказчик не вспомнил изначально. Но порой именно эти крошечные мазки дорисовывают картину так, чтобы охотник был наверняка уверен, с кем ему предстоит столкнуться.

– Я просто не знала, к кому еще обратиться, – наконец выдавила из себя женщина, спрятав лицо в ладонях.

Скудный ответ, но из таких, как госпожа Линетти, большего и не вытянешь. Она слишком потрясена случившимся и не готова идти на контакт.

– Что ж, – огорченно выдохнула я, – показывайте, где играл ваш сын.

Не сдвинувшись с места, женщина кивнула подбородком в сторону сада. Под раскидистыми ветвями старого дерева не было ни намека на присутствие в особняке ребенка. Разве что качели, пустые и сиротливые, слабым маятником дрожали под порывами ветра.

– У вашего сына нет игрушек? – свела брови на переносице.

– Томмену десять, – последовало вместо ответа.

Тяжелая атмосфера давила снаружи, а мерзкие, вдруг ожившие воспоминания детства – изнутри. Они жгли грудь, скребли по сердцу, впивались в память воплями погибающей мамы…

Ну да, у меня в десять тоже игрушек не имелось. А все потому, что не было больше ни семьи, ни дома, ни даже старой фамилии. Я слишком рано лишилась детства, разменяв его на тоску, одиночество и вину.

Отмахнувшись от гнетущих мыслей, перешагнула через клумбы цветов и направилась в сторону качелей. Приблизилась, но не вступила под тень ветвей, а внимательно осмотрела небольшую полянку. Редкая трава, а под ней – рыхлая, мягкая земля. На такой хорошо отпечатываются следы, но под качелями их не было совсем.

– Он точно играл здесь? – присела на корточки, чтобы внимательнее осмотреться и поискать упущенные детали. Уронила белоснежный подол прямо на землю.

Виви меня убьет. Если этого до нее не сделает госпожа Линетти.

Женщина внушала ужас не только своим видом, но и твердой уверенностью – Томмен играл на полянке, где и следа живого человека нет. Может, ее мучает призрак не рожденного ребенка?

Немного подумав над полным отсутствием зацепок на поляне, я нашла решение проблемы. Небольшой план поможет наверняка понять, имею ли дело с призраком или фугой. Главное, задать всего пару вопросов.

– Вы знаете, куда он мог убежать?

Госпожа Линетти стояла там же, где и в момент нашей встречи, будто прикованная. Она медленно качнула головой, а в ее стеклянных глазах не промелькнуло ни искры мысли.

Что ж, если это призрак, то он изрядно потрепал бедняжку…

– У вас есть какая-то вещь сына? Это нужно для заклинания, – пояснила тут же, хотя лицо женщины по-прежнему осталось бесстрастным. – Если он ушел недавно, так я смогу его найти.

Женщина неторопливо вытянула из прически темную ленту и, не сделав ни шага в мою сторону, протянула на раскрытой ладони. Снова приближаться к странной заказчице не хотелось, и я бы лучше предпочла остаться на полянке, где играл призрак. Но так с мертвой точки не сдвинуться, а мне жутко хотелось как можно скорее покончить с этим делом.

Уже предвкушала восторг Виви от моего рассказа. Видела довольную улыбку подруги и слышала звонкое «я же говорила, не стоило туда ходить». Всего первый уровень сложности, но нервы натянуты до предела и дрожат, вибрируют подобно тетиве, с которой пустили стрелу. И дело даже не в жуткой хозяйке или ее сыне, которого, возможно, даже не существует, а в гнетущей тревоге и странном, неоправданном предчувствии. В конце концов, я не так слаба, чтобы бояться фуги или обезумевшей женщины.

Госпожа Линетти быстро отдернула руку, едва я потянулась за лентой. Тонкая полоска ткани невесомо легла в ладонь, а через пару мгновений заклинание обожгло кончики пальцев. Сработало!

Я не смогла скрыть удивления и широко распахнула глаза, уставившись на возникшую иллюзию мальчика. Но почему? Как такое возможно? Искренне сомневаюсь, что декоративная лента могла отозваться на заклинание, признав Томмена своим хозяином.

Чтобы такое произошло, необходим частый контакт и эмоциональная подпитка. И я не верю, что десятилетний мальчик любил какую-то ленточку больше игрушек, книг или, на худой конец, своей подушки.

Тем не менее, магия воспроизводила все, что происходило с хозяином заколдованной вещи в последнее время. Госпожа Линетти не обманула, Томмен играл на полянке под деревом, веточкой вырисовывая на земле узоры.

От этой картины я крепко стиснула челюсти и приблизилась к иллюзии. Я не могла ошибиться – на земле нет никаких следов. Но и заклинание не способно отслеживать призраков.

Я не вздрогнула, когда мальчик резко вскрикнул, но сердце гулко забилось о ребра. С этого момента начался обратный отсчет. Я должна принять решение. Бежать вслед за иллюзией, пытаясь закончить дело? Или отбросить мутную затею и прямо сейчас использовать сигнальное заклинание, чтобы мне открыли обратный портал?

Я видела, как магический клон Томмена из прошлого мелко затрясло. Меня саму зазнобило, руки налились свинцом, кончики пальцев потяжелели, а язык прилип к небу. Сомнения одолевали все сильнее.

Приступ Томмена, его резкий, неестественный смех очень похожи на нападение фуги. Но проверить это наверняка невозможно – следящее заклинание видит только свою цель.

Надсадный, судорожный хохот давил на виски и занозой впивался в сознание. Если я сейчас отступлю, дурная слава цепко ухватится за мое имя – отличница и заучка сбежала с задания минимальной сложности!

Меня передернуло от воображаемых презрительных усмешек. Стыд впился в горло, а надежды о карьере подернулись слабой, но заметной паутинкой трещин… Нет, я не могу допустить, чтобы путь длиной в годы кончился здесь из-за того, что я не смогла преодолеть нелепый страх. Не позволю всем трудам сгнить из-за загадки, за которую не рискнула взяться.

Знаю, на моем пути к противоядию Тьмы будет еще много препятствий, переживаний и неудач. Но я понимала, на что соглашаюсь, поступая в академию. Понимала, какую планку ставлю – недостижимую, по мнению большинства. Тех, кто опустил руки.

И если я сейчас поддамся чувствам, для себя навсегда стану одним из этих пессимистов, что устали натыкаться на преграды и отказались продолжать борьбу.

Когда иллюзия пропавшего мальчика резко рванула с места, я побежала следом. Не заботясь о хозяйских клумбах, неслась прямо по цветам и стриженому газону, продиралась сквозь кусты. Чувствовала, как ветки царапают кожу и хватаются за распущенные волосы, оставляют затяжки на платье. Но мои мысли витали так далеко, что даже не ощущала боли и усталости.

Ребенок бежал с нечеловеческой скоростью. Неестественно, на криво вывернутых ногах и запрокинув голову к небу. Руки безвольно болтались, как у марионетки с обрезанными ниточками.

Я старалась не думать о том, какие травмы могут остаться у мальчика из-за небрежного духа, позаимствовавшего неокрепшее тело. Вслед за иллюзией нырнула за куст и протиснулась в отверстие в заборе.

Мы бежали через поляну, когда я начала постепенно отставать. Даже моя натренированность не помогала двигаться наравне с фугой, а каблуки играли явно не на пользу. Проворный дух не чувствовал неудобства в украденном теле, а я то и дело запиналась о ямы и камни, что в сгущающихся сумерках уже было не различить.