Чтение онлайн

Поначалу король Ариадн, при правлении которого были созданы эти книги, не желал отдавать их каждой из рас, но тот волшебник, кто создал их наотрез отказался оставлять всё лишь только одной расе и сказал, что если их не разделят и не отдадут, как он того хочет, то он уничтожит каждую из этих драгоценных книг. В конце концов, он их создал, а значит имеет полное право и уничтожить.

Как король не уговаривал его и не пытался внушить, что оставить всё при себе будет лучшим решением, особенно после того, как все расы оказались подчиненны, а все королевства объединены в одно, тот волшебник, даже не намеривался слушать короля и твердо стоял на своем.

Нехотя, но королю пришлось согласиться и так каждая из книг была отдана разным расам и хранилась в самых священных и важных местах для той или иной расы.

Поначалу книга, в которой были описаны заклинания волшебников веками хранилась в королевском дворце. Но, когда произошел случай с Аураносом и Иридой, король Нариан, чувствуя вину, отдал книгу на хранение Аураносу, когда узнал, что за академию тот построил. И книга хранилась несколько сотен лет, пока один ничем не выдающийся и ничем не примечательный ученик не украл ее и не получил в скором времени имя — Розуманд Изгнанный.

И, хотя с того момента миновало больше сотни лет, и книгу пытался найти уже который по счету король Анлиссии, ни у одного из них, так не получилось этого сделать.

И пусть многие знали, что Розуманд скрывается в подземных городах, точного местоположения этих городов не знал никто. Не мог же король перерыть всю землю.

— И что тогда нам делать? Попытаться найти выход или попытаться найти подземный город? — спросил Адрастас.

— Как будто нам есть из чего выбирать. Но серьезно, воздуха слишком мало, давайте поторопимся и попытаемся найти выход, — произнес Кир, становясь опять в самый конец.

— Мы можем сделать два в одном, — резко повернулся спиной к остальным Бажан.

— Что ты имеешь ввиду? — спросил Лин.

— Мы можем попытаться найти подземный город и там найдем и выход отсюда.

— И что тогда нам делать? Попытаться найти выход или попытаться найти подземный город? — спросил Адрастас.

— Как будто нам есть из чего выбирать. Но серьезно, воздуха слишком мало, давайте поторопимся и попытаемся найти выход, — произнес Кир, становясь опять в самый конец.

— Мы можем сделать два в одном, — резко повернулся спиной к остальным Бажан.

— Что ты имеешь ввиду? — спросил Лин.

— Мы можем попытаться найти подземный город и там найдем и выход отсюда.

— Ты сейчас не шутишь? — спросил Адрастас. — Ты в самом деле серьезно сейчас это говоришь?

— Да, да, он прав. Какое нам дело до подземного города то? У нас одна цель — это выбраться отсюда. У нас нет точной уверенности, что там, где город — там и выход отсюда, — не унимался Кир.

— Но как то же Розуманд и его слуга выходят отсюда, а значит там должен быть и выход, — произнес Бажан и пошел вперёд. — В конце концов, нам подвернулся такой случай и мы можем попытаться забрать Шестикнижие волшебников. Когда у кого-то ещё появится такая возможность?

— Как будто нам хватит сил, чтобы провернуть такое дело?

— Пока не попробуешь, не узнаешь, так, что пойдёмте. В конце концов, куда-то, да мы выйдем.

— Было бы хорошо найти то ли подземный город, то ли выход прежде, чем закончится воздух.

— А кто сказал, что Розуманд и его слуха выходят? Они же живут под землёй, — спросил весьма уместный вопрос Деян, но ни один из ребят не услышал его, поглощённый шагом и мыслями о скорейшем нахождении уже хоть чего-то.

Пройдя около половины одного ке, мальчики вышли к тому, что ожидали увидеть меньше всего. А именно перед их глазами предстал не выход или хоть какое-то подобие другого прохода. Нет. Перед их глазами оказался самый, что ни на есть, настоящий тупик.

— И что теперь? Куда теперь идти? — спросил Лин, подходя поближе к Бажану.

— Вот-вот. Что нам теперь делать? Мы пошли вперёд, но почему-то зашли в тупик, — произнес Адрастас.

— Может мы совершили ошибку? — спросил Зариан, а на его вопрос вопросом спросил Кир.

— Что ты хочешь этим сказать? В чем именно может быть наша ошибка?

— Я имею ввиду, что что если мы с самого начала что-то упустили? Возможно был ещё один тоннель, но мы не заметили и именно там мог быть и выход. Что если так?

Но прежде, чем Кир успел хоть что-либо ответить, Бажан сказал:

— Нет. Это исключено. Тоннель, по которому мы шли и так слишком узкий. Даже если бы мы и хотели, то не смогли бы пройти мимо другого. Это никак невозможно так, что тут дело в другом.

— И в чем же тогда?

Бажан отошёл от тупика на несколько шагов и начал вглядываться в возникшую перед их глазами стену. Он точно решил, что предположение Зариана никак не может быть правдой и даже думать над ним не стоило. Но где же тогда был выход? Ведь мальчик точно понимал, что те двое скрылись во тьме, а значит должны были также, как и сейчас ребята, пройти по этому тоннелю, но если сейчас их пути не сошлись и они не повстречали друг друга вновь, значит где-то здесь был выход. Выход, с помощью которого те двое успели так быстро скрыться. Но где же именно.

— Ну всё, вот и настал мой смертный час, — запричитал Кир и уселся на землю в пяти шагах от стены. — Я ведь ещё так молод. Я даже не успел влюбиться и завести детей, а вынужден умереть тут. Ещё и со всеми вами. Как же жизнь несправедлива…

Едва услышав его слова, все ребята улыбнулись. Несмотря на то, что некоторым из них уже начало казаться, что ситуация и в самом деле безвыходная, и начало хотеться опустить руки, но слова Кира подняли им настроение и рассмешили. Пусть и немного, но всё же.

Лишь только Деян, хоть и улыбнулся, но не стал изменять себе и вел себя, как обычно:

— Акторон, какое тебе влюбиться? Ты себя то видел? Глазки черные, маленькие, круглые, да ещё и бегают, словно у мыши, которой не терпится стащить немного сыра. Я бы с твоей внешностью совсем помалкивал.

Но Кир не стал кричать или как-то злиться. Напротив, он ответил Деяну со всей, как казалось, не присущей ему серьёзностью и спокойствием:

— Мои глаза чернее самой темной ночи. Они небольшие, но идеально подходят к моим, таким же черным, как глаза и густым бровям. В отличии от твоих больших, но глупых синих глаз, которые только и могут, что моргать, да смотреть по сторонам. И в отличии от тебя, я считаюсь красивым, а ты лишь только миловидным. Так, что это тебе с твоей внешностью стоит помалкивать, Фирлион.