Академия Колханд
Шрифт:
— Не бросай меня тут одну, пожалуйста. Мне так страшно… — как я осмелилась с ним заговорить после всего, что произошло?
— Я вернусь, не бойся.
Я снова всхлипнула, но промолчала, стараясь ни о чем не думать. Хлопнула дверь и зашумела вода. Спустя какое-то время шум прекратился, легкий скрип двери, несколько шагов, босыми ногами по полу и матрас рядом со мной прогнулся под немалым весом Гратта.
Он аккуратно обнял меня, согревая своим теплом даже сквозь одеяло. Убаюканная его мерным, спокойным дыханием, я, наконец уснула.
Глава 19
Открыв глаза, с удивлением поняла, что вокруг темно. Где я? Что со мной? Воспоминания минувшего дня накатили неожиданно. Утро, потом лекции, усталый и измученный Гао, мерзкие смешки за спиной, приступ ярости и момент, когда я поняла, что теряю контроль над собой. Когда эмоции накрыли, выбивая почву из-под ног. А потом пришел он и спас меня.
Единый, что же я творила в ванной? Бросилась сама на учителя и целовала его! А потом, вспомнила как он отвечал, как касался и оттолкнул.
Зажмурилась, сильно-сильно, будто это поможет справиться со стыдом и отчаянием. Прислушалась и, поняв, что в комнате совершенно тихо, снова открыла глаза. Привыкнув к темноте, начала различать очертания предметов. Тут никого не оказалось, свет в ванной тоже был выключен, а значит, что Гратта не было и там.
Аккуратно откинув одеяло, опустила ноги на пол. Тихо. Темно.
Сделав несколько осторожных шагов в сторону стула, на котором, как мне показалось висела моя одежда, с удовольствием заприметила брюки и белую рубашку, чуть светящуюся в темноте. Все было сухое. Пошарила вокруг в поисках белья, но память тут же подкинула воспоминание, как маг одним движением рвет его.
Ну и ладно, в конце концов, могу и на голое тело. Проворно натянула рубашку и брюки. Рваная горловина и полное отсутствие пуговиц воскресили новый образ и я с силой сжала зубы. Проталкивая ноги в штанины, никак не могла унять быстро бьющееся сердце. Единый, что же я вытворяла! Как я могла наброситься на него, а потом еще и так откровенно себя предлагать. Единый, как же стыдно!
Осмотрев комнату и поняв, что ботинок я не вижу, аккуратно открыла дверь в коридор и прислушалась. Вроде никого. Наверное, учитель сейчас внизу, а потому я пойду и извинюсь перед ним. Как бы стыдно мне не было, но Матушка Сарра всегда говорила, что мы должны принимать свои проступки и уметь просить прощение, признавая свои ошибки.
Ох, Матушка Сарра, как же мне сейчас вас не хватает! Как же сложно осознать все то, что сейчас творится во мне.
Аккуратно, переступая босыми ногами по полу, приблизилась к лестнице и спустилась по ступенькам. Несколько шагов и я заметила, что из гостинной мага льется тусклый свет, освещая часть стены в коридоре. Отлично, сейчас я соберусь с мыслями, наберусь храбрости и пойду извинюсь перед ним.
Неожиданно в голове всплыли воспоминания о его руках на моей талии, о том, как же приятно прижиматься к нему голой кожей. Я задышала быстрее, а жар пробежался по спине вверх, опаляя шею и лицо. О, Единый!
Тихие голоса раздались в безмолвии ночного дома и я замерла у самого входа в гостиную.
— … и все таки, Амарелия, зачем ты пришла? — тихий голос Гратта, усталый и недовольный, пробежался мурашками по моей спине.
— Я соскучилась, Раин. Столько времени уже прошло… — голос Ректора Лаф был громкий, четкий, полный тоски.
— Тише, ты ее разбудишь…
— Мне плевать на нее, Раин, ты слишком много времени уделяешь девочке!
— Амарелия, сделала несколько шагов по комнате, стуча каблучками и шурша одеждой.
— Это не твое дело, Амарелия, больше уже не твое. Она мне нужна.
— Раин, ну так воспользуйся ею, что тебе мешает? Ее печать, практически полностью снята… Осталось только… — шаги ректора Лаф раздались совсем рядом, словно она подошла близко к выходу из комнаты.
Я замерла, еще пара шагов и она может меня заметить, тогда сразу поймет, что я подслушиваю…
— Я не буду пользоваться невинной девочкой, для того, чтобы удовлетворить скорее твое желание искупить вину, Амарелия… — усталый голос Гратта прозвучал чуть более зло.
— Но ты сам хотел этого! Ты же так долго искал способ, возможность и вот она! Она у тебя в руках! Столько лет поисков, Раин, столько страданий… Твоих, моих… Возьми же то, что падает тебе в руки… Вот он твой шанс, в твоих силах все исправить! Все то, что ты… то, что я сделала…Раин, мы же хотели…
— Нет, Амарелия, уходи… Я не хочу больше ничего исправлять, и не хочу помогать тебе очистить собственную совесть… Больше не хочу.
— Раин, ну прости, Раин, ты же знаешь… Я совершила ошибку и столько лет вымаливаю твое прощение, неужели тебе совсем плевать, милый мой, любимый…. Раин… — женский голос скатился практически до шепота. — Раин, все будет хорошо, все будет как прежде, ты же помнишь, как все было…
Зачем я это сделала? Что потянуло меня заглянуть в комнату? Полный мольбы голос Амарелии, ее осторожные шаги или тихий, но словно ощутимый вздох мужчины. Не знаю, но я сделала осторожный шаг и остановилась напротив двери.
Картина, представшая передо мной в первую секунду выбила все мысли из головы и весь воздух из легких. Я будто замерла во времени.
Мужчина сидел в своем кресле в одних брюках, боком ко входу. Густые темные волосы падали на лицо, как всегда прикрывая его от меня. Перед ним стояла Амарелия в каком-то причудливом, пышном одеянии, похожем на халат. Она уже развязала пояс на талии и схватив его полы на уровне груди, медленно развела их в стороны, обнажив красивую полную грудь. Чуть поведя плечами и опустив руки вниз, позволила одеянию соскользнуть с нее, полностью оголяя женскую фигуру.
Гратт не шевельнулся и тогда магичка сделала плавный шаг вперед, наклонилась к нему, поставив руки на подлокотники, потянулась к губам. Секунда, другая, словно мужчина размышлял отвечать ли на ее ласку или нет, и он схватил Амарелию за руку, притягивая ближе. Женщина, практически, рухнула на него сверху.
Наконец, с меня слетело оцепенение и я, словно напуганная дикая лошадь, рванула к выходу из дома. Благо где он находится я уже знала. Свернув на ходу какую-то стойку, я распахнула дверь, что к моему счастью оказалась не запертой, и рванула прочь от дома Раина Гратта.
За спиной раздался хлопок и громкий рык мага разнесся в ночной тишине:
— Лидия, стой!
Этот крик только придал мне ускорения, и мои уже достаточно натренированные ноги заработали с удвоенной силой. Откуда-то на глазах появились слезы, в груди горело так, что даже дышать было больно!
Что это? Почему? Я остановилась и прислушалась, не гонится ли кто-то за мной. Нет, никого.
В темноте никак не могла сообразить, куда меня занесло? Остановившись у большого дерева, перевела дух и вгляделась в темноту. Слезы, льющиеся в три ручья мешали разглядеть хоть что-то.