Чтение онлайн

Ректор перевел взгляд на меня и глухо сказал:

– Что там с твоим цветком?

– Да вот, зеленые веточки появились, - я почему-то стала оправдываться, - но вы устали, я зря вас отвлекаю, извините, я пойду.

Он отрицательно помотал головой:

– Нет, поставь свой горшок куда-нибудь и подойди ко мне.

Я пристроила цветок на полу и приблизилась к ректору. Едва я обошла угол стола, как он схватил меня и притянул к себе.

– Не пугайся, у меня в мыслях нет ничего плохого, - тихо проговорил он, усаживая меня к себе на колени и обнимая. – Просто побудь со мной.

Я замерла на секунду, но тепло его тела и запах одеколона вскружили голову, и незаметно для себя я расслабилась и положила голову ему на плечо.

Он поглаживал меня по плечу, прижимая к себе сильно, но не причиняя боли.

– Ты молодец, - похвалил он меня шепотом. – Дар обязательно проявится, надо продолжать стараться.

– Спасибо, - пробормотала я ему в шею. – Я стараюсь, но это так трудно.

– Знаю, дорогая, - он погладил меня по голове, - просто продолжай.

Я подняла голову и посмотрела ему в глаза. Взгляд уверенный, хотя и бесконечно усталый. Видимо, вся эта ситуация тоже изрядно помотала ему нервы.

Ректор провел тыльной стороной ладони по моей щеке и убрал прядь волос мне за ухо. И от этой его молчаливой нежности у меня защемило сердце.

– Вы такой… - начала я, но дыхание перехватило, и я остановилась.

– Какой? – тихо спросил он и взял мою ладонь, положив ее себе на грудь, как раз туда, где билось сердце.

Я не знала, что ответить, и зачем вообще начала говорить. Вместо этого я потянулась к его губам, робко поцеловала и тут же отстранилась, чувствуя, что внутри меня рушатся какие-то преграды.

Мое дыхание сбилось, когда ректор притянул меня обратно и накрыл мои губы глубоким волнующим поцелуем.

По телу пробежали волны тепла и неги, а руки непроизвольно поднялись к его плечам, чтобы обнять за шею.

Тысячи мурашек рассыпались по коже, а внутри живота приятно потеплело. В одно мгновение я позабыла о всем, что произошло за день, полностью растворяясь в этом огненном поцелуе.

Внезапно раздался бой часов, и я непроизвольно вздрогнула, отстранившись.

Ректор смотрел на меня пожирающим взглядом, не разжимая крепких объятий.

– Наверное, лучше остановиться? Ваша выдержка не кончится? – смущенно спросила я, вспомнив как ректор неоднократно говорил, что она не бесконечна.

Он хрипло засмеялся:

– Не буду отрицать: ей приходится очень нелегко. Но ты приходи почаще, возможно, в постоянных тренировках она будет укрепляться.

Я посмотрела на часы: было уже поздно. Наверное, ректору еще надо работать, а я тут со своим горшком и неожиданным поцелуем.

Чуть поерзав в попытке встать и не добившись успеха, я жалобно сказала:

– Господин ректор, позвольте мне встать. Вы, наверное, устали, да и мне пора уходить.

– Габриэль, - сказал он, - меня так зовут. Повтори.

– Габриэль, - проговорила я, и почему-то щеки запылали, - отпусти меня, пожалуйста. А то завтра в библиотеке я усну на куче учебников, и тогда ты сам будешь объясняться с господином Кларансом.

– Против такой угрозы мне нечего возразить, - рассмеялся он и разжал руки.

Я подошла к цветочному горшку, подняла его с пола и уже готовилась уходить, как ректор, он же Габриэль, серьезно произнес:

– Думаю, что в ближайшее время мне придется часто уезжать в город, пока длится следствие по Ариадне. В академии будет Рауф и Ллойд, они присмотрят за тобой.

– Зачем? – я повернулась к нему. – Вы же сказали, что все закончилось.

– Не вы, а ты, – поправил он и продолжил.
– Закончилось, но меня беспокоит исчезновение Герберта. Пока мне нечего ему предъявить, кроме того, что он родственник Ариадны. Доказать, что это он пронес артефакт, я не могу, а его племянница это отрицает. Если бы он хоть как-то себя скомпрометировал, то было бы проще объявить его в розыск.

– Например, как? – поинтересовалась я, вспомнив угрозы в свой адрес.

– Допустим, кто-то видел, что именно Герберт принес артефакт. Или он кому-то угрожал, а может, нападал на кого-то, - ректор остановился и посмотрел на меня. – Ты знаешь что-то об этом?

– При мне в столовой Герберт сказал Ариадне, что привез ей то, что она просила, - сказала я, - но точно не сказал, что именно. Не знаю, поможет это или нет. Ну и пару-тройку раз Герберт кричал на меня, чтобы я убиралась из академии…

Ректор резко перебил меня:

– А мне почему не сказала?

– Я списала это на его неприязнь ко мне, - стала оправдываться я, - к тому же, я тогда вас боялась, а вы грозили мне Вороном, так что …

Он закатил глаза и резко выдохнул. Чуть помолчал и сурово ответил:

– Все равно надо было сообщить мне, - но, увидев мое расстроенное лицо, добавил, - ладно, что уж теперь.

Он привлек меня к себе, поцеловал в лоб и мягко произнес:

– Иди спать, ты устала. Проводить тебя?

Я покачала головой, пожелала ему спокойной ночи и поплелась с горшком наперевес обратно к себе.

Утром я проснулась без будильника, бодрая и готовая к новому дню. Через занавески просвечивали всполохи огня: Эйден нещадно гонял бедного Стюарта по стадиону, закидывая его пламенными шарами, если тот сбавлял скорость.

Вреда студенту это не причиняло, но заставляло шевелиться быстрее. Сам Эйден с помощью огненного вихря парил в воздухе, не спуская глаз со своего ученика.

Позавтракав, я направилась в библиотеку, где до обеда помогала господину Кларансу с составлением каталогов. Он так сердечно благодарил меня за работу, что мне даже неловко стало. Я уверила его, что и сама рада быть в библиотеке, от чего господин Кларанс порозовел и довольно заулыбался.

После обеда, выходя из столовой, я встретила в коридоре ректора. Он был одет в черное пальто и собирался куда-то уходить.

– Лили, я уеду на пару дней в город, - произнес он, когда я подошла ближе. – Меня вызвали к прокурору и в Министерство.

– У вас проблемы? – почему-то мне показалось, что просто так в такие места не вызывают.

– Нет, - улыбнулся он, - это по делу Ариадны. Я постараюсь вернуться быстрей, Рауф будет выполнять мои обязанности, пока меня не будет.

Мимо нас неспешно прошла пара преподавателей, негромко переговариваясь. Ректор чуть понизил голос и произнес: