Академия любви и ненависти
Шрифт:
Оно родное, своё.
Как старший родственник авторитетное и властное, но заботливое.
Как наставник строгое, но справедливое.
– К нему можно прикоснуться?
– спросила я шёпотом.
– Да, конечно. Это невероятные ощущения.
Я с благоговением коснулась зелёно-коричневой коры, погладила её кончиками пальцев, проверяя, не будет ли Древо против моего внимания, лишь затем приложила ладонь.
– Оно живое.
– Конечно, живое. Это источник силы.
– Для всех миров?
– спросила я, затаив дыхание.
– Возможно.
Я обхватила Древо двумя руками, прижалась к нему, щекой прилипла, сделала глубокий-глубокий вдох. А затем начала вспоминать артефакт-распределитель, его просьбу достать цветок аятоса, высохший, иссушенный мир аэнири, насильно лишённый силы, духов, помогающих академии тестировать студентов ради крошечных накопителей...
И в этом удивительном, исконно священном месте, пришло понимание, что разумный артефакт-распределитель действительно добрый и хороший, ведь он попросил цветок не для себя, для мира аэнири! Чуждого и чужого ему мира.
Но даст ли его Древо?
И можно ли спасти целый мир?
Аэнири ждали своего часа не одно столетие. Святая Эйри, да они даже не знают, что в шаге от решения всех своих проблем и решает их не кто-нибудь, а простая студентка академии Каисторн, которую они пытались нагло обмануть. Кто бы мог подумать! Леди Судьба любит подшутить над простыми смертными.
Я улыбнулась, касаясь губами шершавой коры Древа. Такого приятного, доброго, невероятно сильного и мощного, но в то же время строгого и справедливого.
А ведь наверняка оно читает мысли или мои эмоции. И немного удивительно, но очень хорошо, что я восхищаюсь прохиндеями-духами, а не злюсь на них.
Я знаю профессора Залиуса, он прекрасный человек, точнее аэнири, и замечательный учитель, личный наставник моей подруги Таяны, которая за него готова была умереть, и он отплатил ей тем же. И Никиаса, благородного, честного, способного отказаться от власти над огромной и сильной страной ради спокойствия её жителей, ради процветания и славы.
Они бы не любили, не почитали наставника так сильно, если бы он был недостойным. Аэнири не могут быть плохими только потому, что у них есть Залиус.
Я снова улыбнулась.
Когда меня отправляли на практику в Каисторн, мы столкнулись с профессором. Тогда я подумала, это случайность, но сейчас была практически уверена, что он специально ждал меня.
Мы обменялись парой положенных этикетом фраз, а затем он неожиданно взял меня за запястье и произнёс, пронзая взглядом своих удивительно нечеловеческих глаз: «У тебя получится. Должно всё получится. Если не ты, то я даже не знаю, кто».
И столько силы, столько веры было в каждом его слове, что я преисполнилась спокойствием. Только думала, речь о задании и он лишь поддерживает меня.
Ан нет. Он был уверен, знал, что я окажусь здесь.
Но почему я? Почему не Никиас? Не Таяна?
Профессор мог организовать что угодно, например обмен студентами между академиями, чтобы в Каисторн попали специально отобранные, способные подойти к разгадке тайны подобного масштаба, но не сделал этого за столько лет. Выходит, чего-то ждал. Но чего?
Почему именно я?
Может, из-за браслета с камнями рубинового мира? Во мне есть кровь аэнири и рубиновых магов? Из-за личного дара?
Святая Эйри! Мой дар!
Мы с девочками привыкли считать его криминальным, но по сути, я ведь не просто умею быть незаметной и проникать в любые сокровищницы. Мне дано куда больше! Я вижу все секреты, всё тайное, хорошо спрятанное...
Выходит, это касается не только сокровищ, но и сути вещей. Не зная этого прежде, я не развивала дар полностью.
Но во мне это есть!
Это почувствовал аэнири Залиус, это почувствовали духи, возможно, де Луар тоже распознал или на интуитивном уровне уловил, что я могу быть ему полезной не только в качестве талантливого взломщика. Интуиция у главы тайной канцелярии воистину звериная.
– Кори, - отвлёк меня Роберт на мгновение.
– Не сейчас, - прошептала, ещё сильнее приникая к Древу, плотнее, едва ли не врастая в него.
– Мне нужны ответы. Мне нужен цветок аятоса для артефакта. Понимаешь, он может спасти мир духов. Я обязана сделать всё, чтобы их спасти. У меня должно получиться. Если даже магический механизм из неизвестного мира пытается помочь аэнири, значит, они достойны. И Залиус — аэнири. И его сестра Риста. Они хорошие, они достойны. Понимаешь?
– шептала я словно полубезумная.
По щекам катились слёзы. Не знаю, как давно. Я лишь сейчас поняла, что говорю, захлёбываясь, всхлипывая, вздрагивая всем телом.
Слишком многое было поставлено на карту, чтобы я смогла сохранить безмятежность или нейтральный вид. Я жаждала. Я пытала. Практически сгорала от желания помочь. В венах бурлила раскалённая лава, кончики пальцев обжигало, а выдыхала я обжигающе горячий пар и...
– Кори, открой глаза, - попросил Роберт особенным тоном.
– Сейчас.
Я оторвалась от ствола Древа и едва не уронила челюсть. По коже струился живой огонь.
– Ой!
– вскрикнула, отбегая от Древа, которому могла нанести урон неожиданным выбросом силы.
– Я надеюсь, ничего ужасного не сделала?
– спросила у Роберта.
– Древо не пострадало от меня?
В ответ раздался смех. Даже не смех, нет. Неприличный хохот!
– Кори, ты неподражаема, - выдавил Роберт, утирая набежавшую слезу.
– Ты вечно так переживаешь за других, что не замечаешь, что происходит с тобой. Невероятный альтруизм!
– Очень смешно, - буркнула, не понимая, что смешного. У меня там вообще-то был момент единения с собой, своими мыслями, а он тут ржёт как боевой конь!
Насупилась и повернулась к Древу, чтобы убедиться в отсутствии на нём следов гари и копоти. Ну мало ли, что за огонь во мне пробудился. Я ведь его не почувствовала!
– Следов нет, - произнесла тоном следователя и тут же сильнее разозлилась: - Чего ты тогда хохочешь?!
– Ты сюда за чем пришла, за цветком?
– спросил ни капли не ледяной сейчас лорд Айсберг.
– Ну так забирай его и пойдём!
– ехидно-ехидно произнёс этот гад.
– Что?!
– Я закрутила головой, как ненормальная, но ничего не увидела.
– Где он? Роберт?