Чтение онлайн

— Третьей будешь с нами в салочки играть, — продолжила я свою мысль. — Ты, кстати, почему до сих пор не разделась?

Подруга все еще стояла по щиколотку в воде, шевеля пальчиками ног и время от времени создавала ими фонтан брызг.

— А я и не собираюсь раздеваться, — как само собой разумеющееся поведала мне она. — Это неприлично.

Пфф, я же ее не голой плавать зову. Интересно, а нудистские пляжи тут есть?

— И что здесь неприличного? — поинтересовалась у нее, все еще надеясь затащить подругу в море и параллельно размышляя над вопросом: «Сильно ли на меня обидится одна женская особь, если я совершенно случайно столкну ее в воду?»

— Ну как это? — всплеснула руками Элая, — показываться в одном белье при посторонних — моветон. Как ты можешь не понимать таких вещей?

— Ну ладно, — смирилась я с пуританской сущностью подруги, — мы с Залином все из себя такие неприличные будем плавать и наслаждаться жизнью, а ты жарься на солнышке. Так ведь? — обратилась я к парню.

— Ага, — довольно кивнул он мне, ничуть не расстраиваясь по поводу причисления к невежам и прочим неприличным личностям. — Поплыли? — уточнил он у меня и, убедившись в моей готовности к заплыву, нырнул в воду с головой. Я не стала от него отставать и тоже всем телом погрузилась в теплые волны бирюзового цвета и по-собачьи двинула за другом. 

Прозрачная вода позволяла видеть не только его, но и полосатых цветных рыбок, маленькими стайками снующих из стороны в сторону. Самые смелые подплывали совсем близко, но убедившись, что шумные человеки кормить их не собираются и сами в пищу не годятся, разворачивались в обратном направлении. 

Я все-таки догнала Залина, когда у него закончился воздух и ему пришлось вынырнуть на поверхность. Не давая опомниться, уцепилась ему за шею, тем самым чуть не потопив обоих. Но чуть-чуть не считается, друг смирился с наличием на нем рыбы-прилипалы и после слов: «Покатай меня, большая черепаха», поплыл со мной в сторону берега, откуда с завистью смотрела за нашими шалостями Элая. Я, словом сказать, наслаждалась моментом, руками и ногами обхватив парня за шею и талию и отпускать его не спешила. 

Еще через час Залин нырял в поиске морских звезд, но самой большой звездой, не нуждающейся в обнаружении была я, распластавшаяся на спине и дрейфующая на спокойных бирюзовых волнах. Вылезли мы из воды, когда солнце уже начало клониться к закату. Времени как раз хватало, чтобы до темноты успеть высохнуть и добраться до академии.

А на берегу нас ждал песочный замок, окруженный высокими стенами. Красивый такой. За стеной, присев на корточки, что-то лепила Элая. Присмотревшись, я поняла, что непризнанный архитектор и строитель в одном лице прорабатывал узоры на воротах получившейся крепости. Время от времени песок рассыпался, не давая завершить изящный узор, но творец плевал на пальчик и мазюкал сухую стену, после чего та становилась влажной и пригодной для дальнейшего процесса созидания.

— Элая, а как ты оттуда собираешься выбираться? — глядя на происходящее с интересом, спросила я у подруги. Вопрос был актуален, так как круговая стена вокруг замка проема не имела.

— Как-то я об этом не подумала, — растерянно произнесла она, только сейчас заметив наше присутствие. — Придется сломать стену, а я так долго ее строила.

Залин проникся трагедией и предложил слевитировать девушку. Ух ты, он и так может? А меня? Я тоже хочу!

Через пару минут довольная подруга стояла рядом со мной и любовалась на свои труды с внешней стороны. Залин был не менее довольным, но по несколько иной причине. Еще бы, не каждый день на него сваливается столько восторга и восхищения. Причем не только в переносном смысле. Повизгивающая подруга, болтающая в воздухе ногами, свалилась прямо на парня, не справившегося с управлением, и опрокинула того на песок. В качестве компенсации он был обласкан «большим спасибо» и поцелован в нос. 

Следующие полчаса прошли спокойно: мы с другом сушились, при этом я пританцовывала и пела «Море зовет, волна поет...», а кое-кто выковыривал песок из под ногтей. В результате, довольные и изрядно загоревшие, мы двинулись в обратный путь.

В наступлением вечера стало прохладно. На небе загорались первые звезды, создавая причудливые незнакомые узоры, что лишний раз подтверждало, что я нахожусь в другом мире. Вдруг одна звезда ярко вспыхнула и упала вниз, сгорая в просторах вселенной. Я изо всех сил зажмурила глаза, спеша загадать желание.

 Вот бы прямо сейчас открылся портал в мой мир. Не то чтобы я так сильно хотела в него вернуться, нет. Теперь, когда я узнала, что круче Гермионы Грейнджер, так как для волшебства мне вовсе не нужна волшебная палочка, когда почувствовала себя чем-то большим, чем маленькая песчинка, являющаяся частью необъятной пустыни, не роботом, изо дня в день механически повторяющим одни и те же действия, а цельной личностью, я хотела остаться здесь. 

Может, поэтому не исполнило падающее небесное тело мое желание? Потому что оно было неискренним и являлось лишь внешним, наносным, успокаивающим мою совесть. Да, совесть периодически давала о себе знать. Ведь обо мне волнуются, меня ищут. Уверена, что еще в первые дни, не дождавшись очередного звонка, мама подняла на ноги всех, кого только смогла. Я же в это время развлекаюсь и до сих пор даже не пытаюсь освоить искусство телепортации. Если бы я только могла отправить весточку, что жива и у меня все в порядке. Если бы... Грустные мысли поглотили меня и ввели в глубокую задумчивость.

Улицы постепенно наполнялись народом и веселым гомоном. Но больше всего людей стекалось к фонтану, в центре которого находилась статуя. Девушка в легком платье, всем телом подаваясь вперед, тянула руку к небу. В пальцах она держала цветок, похожий на очень большую розу, из которого капельками росы стекала вода. А на лавочках вокруг главной достопримечательности уже столпилась галдящая молодежь с бутылками чего-то явно спиртного. Все же есть вещи, присущие всем мирам.

Чтобы не потеряться в толпе, Залин притянул меня к себе поближе, обхватив за талию. Теплая рука в наступающей прохладе вызвала толпу мелких мурашек, пробежавшихся по всему телу, дыхание на мгновение сбилось. Второй рукой он тащил как на буксире Элаю, периодически натыкающуюся на чьи-то ноги в стремлении поближе пообщаться с асфальтом. Подруга пыхтела, но молча плелась следом. 

Наконец показались стены, по периметру ограждающие территорию академии. Подойдя к входным воротам, мы приложили к ним ладони, секунд десять ничего не происходило, так как в это время осуществлялось магическое сканирование, лучше любого охранника преграждающее путь незваным посетителям. А опознав в нас студентов, двери распахнулись, позволяя пройти внутрь.

Словно по команде, подруга со всех ног рванула вперед, крикнув нам, остающимся далеко позади и очень удивленным ее выходкой: «В туалет хочу!» И после этого она будет говорить, что это я неприличная? Или то, что естественно, то не безобразно? Не понять мне здешнюю психологию. Да и думать сейчас о чем-либо совсем не хотелось. 

Разливающиеся в воздухе ароматы цветов, в обилии растущих вдоль многочисленных тропинок, кружили голову и вводили в расслабленное состояние. Но вот обоняния коснулась знакомая свежая нотка. Принюхавшись, я последовала в сторону любимого аромата и увидела такую родную земную сирень. Она росла прямо под окнами первого этажа и с первого взгляда покорила меня необычайно пышным цветением. Не удержавшись, я сорвала веточку и зарылась в нее лицом.

— Ты так самозабвенно наслаждаешься цветами, — донесся из-за спины мягкий голос Залина. — Они бесспорно прекрасны, но самый восхитительный цветок здесь ты. Позволь же и мне насладиться сладостью розовых лепестков.

Произнеся это, он притянул меня в свои объятия и приник к губам в нежном поцелуе. Таком невесомом, как порхание крыльев бабочки, но в то же время опьяняющим. Мысли о том, откуда он знает значение моего имени исчезли из головы. Осталась только легкость и желание, чтобы этот миг никогда не заканчивался. Тишину томительного момента нарушали лишь доносящиеся птичьи переливы. И тем оглушительнее был звук внезапно распахнувшегося окна.

Я с неохотой оторвалась от таких заманчивых губ и повернула голову в сторону источника звука. Обнаружился он на втором этаже. А там, оперевшись руками о подоконник и всем корпусом подавшись вперед, хищным немигающим взглядом на меня смотрел ректор Академии Магии Четырех Стихий.