Чтение онлайн

Адепт Норберт в бессознательном состоянии лежал на столе, его спасло только то, что удар пришелся ниже сердца и потому остался жив. Адептом занимался целитель Маркес, а Тарш ассестировал, оба привидения болтались наверху, что-то подсказывая целителям.

– Маркес, - панибратски спросил Оптий, - а тебе этот удар ничего не напоминает?

– Оптий, не интригуй, - промолвил вампир, веки у адепта дернулись и поползли вверх.

– Помнишь, адепта Тримеера в Академии трижды убить пытались, начиная с первого курса, вот мне кажется почерк один, - ответило привидение, - странно это столько лет прошло.

– Много, но ведь тот игрок в кошки-мышки так и не был найден, - пояснил Маркес, - вот и я думаю, что, скорее всего, стояла задача может и не убить, а остановить адепта. Хотя с тем упёртым юношей, которого мне безумно не хватает сегодня, всё не просто, его убивали.

– Но ты согласен со мной?
– не унимался Оптий, - да или нет?

– Согласен консультант, - успокоил вампир его, - лучше скажи, что ты видишь на ментальном уровне, как он? Я чувствую, внутреннего кровотечения нет, потихоньку приходит в себя.

– Жить будет, - ответил Фурий, - этот за жизнь зубами цепляется, молодец, уважаю таких.

– Ну и славно, кто шить будет?
– обратился к нам Маркес, - адептка Тримеер, давай к столу. Ты зашиваешь, я смотрю и направляю.

– А может я?
– попросил Тим, глядя на Тарша.

– Нет, ты в прошлый раз адепта Дейдриса зашивал, дай и другим потренироваться, - отпарировал тот, - мда и кто же это на сей раз, я убийцу имею в виду.

– Служба безопасности выяснит, - ответил Маркес, наблюдая за моей работой, - обезболивающий настой готовьте, сейчас поить будем. В себя придет с минуты на минуту, больно юноше будет.

После выполнения необходимых манипуляций магистр Тарш распорядился всех покинуть палату воскрешения, в ней остался только целитель Маркес и оба привидения.

– Адепты, - мы стояли в коридоре и слушали магистра, - с Норбертом остается дежурить адепт Никсон, адептка Шензор ты в процедурной, все остальные в свободном полёте. До встречи осенью, адептка Тримеер стой, где стоишь, поговорить нужно.

Все разошлись, и Тарш толкнул дверь в палату воскрешения.

– Заходи, адепт нас слышать не будет, не то состояние, а здесь все свои, пообщаемся, - пригласил он, я вошла в палату, где за столом целителя сидел Маркес, и задумчиво наблюдал за нами.

– Зря ты Видана, отказалась остаться на практике в Академии, - в сердцах проговорил магистр Тарш, - всем было бы спокойнее, а сейчас как прикажешь тебя защищать от притязаний родственников? Меня вчера приглашала леди Амилен, Тарии плохо стало, пришлось навестить и проконсультировать. У твоей свекрови разговор один, мальчики - дети Ольгерда и должны жить с ними, умоляла меня дать согласие присутствовать при родах. И её не останавливает тот факт, что этого момента шесть месяцев.

– Успокойся друг мой Тарш, - хмыкнул Маркес и поднялся со стула разминая плечи, - тоже мне нашли беззащитную феечку, дошли до нас слова, что она Альберу сказала. Да, леди Амилен который день истерит и ведь что главное, прекрасно осознает, что девушка права на тысячу процентов, случись что ни полковник Берг, ни кузен его Чарльз Блекрэдсан, Видану и малышей в обиду не дадут, вот оттого так горько нашей свахе магических родов. Она ведь манипулятор тот ещё, её только лорд Генрих, да Ольгерд переиграть в состоянии были. А тут еще и Видана такая же, как можно смириться с этим? Альбер с матерью справиться не в состоянии, да и потом, он к ней всегда ближе был, если Ольгер - сын лорда Генриха, то Альбер - сын леди Амилен. Ничего страшного, пусть леди Тримеер практику проходит с братом, лето у неё веселое будет, не стоит прятать девушку в Академии.

– Тебе легко говорить, а завтра меня вызовут к Тарии и опять начнутся слёзы и моления, - расстроено сообщил Тарш, - быстрее бы лорд Генрих выздоровел, он после гибели Ольгерда как потерянный.

– А он вообще в курсе, что его любимая внучка Видана ожидает близнецов?
– подозрительно спросил Маркес, - или леди Амилен помалкивает, в надежде руки Видане выкрутить?

– Да, она попросила пока не говорить Генриху, боится, что от радости ему хуже будет, - вырвалось у Тарша.

– Ну, я же говорю, манипуляр, Тарш да если Генрих об этом узнает он быстренько придёт в себя и по шаловливым ручкам жены настучит, - продолжая посмеиваться, сказал Маркес, - вот как в воду я глядел. Ты давай не молчи, как увидишь его, так и обрадуй. О, наш адепт пришел в себя, ты как дружок?
– обратился он к Георгу, переводившему глаза от одного к другому, - если сильно болит глаза закрой, если терпимо оставь открытыми.

Адепт Норберт глаза не закрыл, продолжая смотреть на нас.

– Ну и хорошо, Видана, пои обезболивающим. Тарш у тебя кто здесь дежурит?

– Я дежурю, - в палате появился Тим, - Видана, давай я сам поить буду, а тебя Северус ждёт у раздевалки. Попросил тебя поторопить, вас вроде как ждут.

– Да, действительно, - заторопилась я, отдавая ему поильник, - Георг, я навещу тебя завтра. Спасибо лорды за вашу заботу и всего доброго.

– И что опять произошло?
– спросил Северус, когда мы покинули лечебницу и отправились в ректорский корпус, - жилой корпус боевого и финансового факультетов обыскивали два часа, адептов всех собрали в гостиных по этажам и проверяли на наличие.

– Адепта Норберта ранили, как и тебя в прошлый раз, - ответила я, - мне кажется, это была попытка убить, чуть повыше бы удар пришелся и юноша в Вечности.

– Так его за что?
– удивился староста, - или императорская семья конкурента убирает.

– Ты думаешь, они это сделали бы здесь, в Академии? Да и зачем, прав на престол у адепта всё равно никаких нет, он бастард, а не принц крови, - пожала я плечами, - грубо и некрасиво, нет императорские службы здесь не причем. Это кто-то другой, может быть и в попытке скомпроментировать эти самые службы. Подождём, что начнет писать наша самая правдивая и независимая пресса в мире.

– Злая ты, Виданка, - хмыкнул Северус, - Алиса Гоцци так старается, так старается, всякие сюжеты изыскивает да их обыгрывает, чтобы читатель слезу пустил и газете поверил, а ты рот открыла и всё опошлила.

* * *

В ректорском корпусе мы прошли в конференц-зал, где места за столом уже заняли преподаватели нашей Академии с кафедры профессора Тиберия и незнакомые нам лорды, Шерлос и Веспасиан скромно сидели немного поодаль. Поздоровавшись со всеми, мы прошли к адептам и, расположившись рядом с ними, приготовились слушать.

– Так лорды, - проговорил профессор Тиберий, - прежде чем мы откроем очередное заседание, позвольте мне предложить этим юным адептам занять места вместе с нами, за столом. Так они будут лучше слышать и иметь возможность задавать вопросы, если что-то будет непонятно. Подходите, адепты к нам, занимайте свободные места.

Мы переглянулись и заняли места за столом, на котором лежали свитки, карандаши и стояли графины с водой и стаканы.

– А я в свою очередь предлагаю, - произнёс пожилой лорд, - каждый, кто будет выступать должен назвать себя и неважно, профессор ли это, либо адепт. Так мы познакомимся, адепты с нами, а мы с ними.

Это предложение было принято с воодушевлением и заседание предложили считать открытым.

– Лорды, на сегодняшнее заседание я рискнул вынести тему Вечного рыцарь, - начал пожилой лорд и добавил, глядя на нас, - меня зовут профессор Фарио, Академия Мерлина. Обратиться к данной теме меня подвигли недавние события на научном симпозиуме в Королевстве Теней, там профессор из Академии Зеленых Холмов ненароком обмолвился, что встречался с ним на заре своей научной деятельности, семьдесять лет назад и это сообщение было встречено как кривыми усмешками, так и внимательными взглядами. А затем в кулуарах я стал свидетелем, как к профессору подошел главный попечитель нескольких Академий лорд Илорин Делагарди и попросил, очень мягко, по-дружески, не упоминать об этом впредь, чтобы не выставить себя шарлатаном и любителем апокрифов. Я был несколько удивлён, а профессор покраснел и пообещал лорду так больше не шутить, если уж такие образованные лорды, какие собрались на симпозиуме, не сумели понять исторической шутки. Так вот, моё удивление состояло в том, что Вечный рыцарь - это не шутка, не фантазия, а историческая реальность магического мира. И потому вернувшись с симпозиума, я погрузился в источники и что обнаружил, решил довести до вас и выслушать ваши замечания и предложения.