Чтение онлайн

Причем, и сопротивляемость, и пониженная эмоциональность чаще всего встречаются у военных и других карьеристов. Например, мой папа – акула промышленности, и имеет врожденную крайне низкую степень эмоциональности. Во всех азартных играх он всегда побеждает, потому что его невозможно прочесть. А вот дядя наоборот имеет сопротивляемость ментальному воздействию, доходящую почти до ста процентов – его может прочитать только очень сильный менталист из вампиров, из магов – нет. 

Мне же ни того, ни другого не перепало, хотя в стрессе я переключаюсь в рабочий режим и не думаю об эмоциях. За оправдание может сойти. С натяжкой. 

И все же интересно, кого они допрашивали? Хотелось бы сунуть нос в их документы, потому что как раз владение боевым артефактом может указать на резидента, но что-то мне подсказывает, что ничего у меня не получится. Вряд ли дознаватели оставят без присмотра документы в учреждении, которое они проверяют. А то так ведь каждый, кто имеет ключ, может прийти и прочесть, украсть или подменить. 

А может попробовать действовать через декана Кемера? Хотя конечно просить его заглянуть в документы дознавателей – это верх наглости. Он не согласится. 

Но с другой стороны, он же хочет поймать резидента, по его собственным словам, а наличие артефакта – это действительно повод подозревать. Это если предположить, что устройство действительно есть, что не факт. Даже сама менталист этого знать не может. 

В общем, вроде как и ниточка, даже зацепка, а потяни ее, покрути со всех сторон, подумай, и окажется, что она абсолютно бесполезная. 

Я не знаю, что дальше делать, аж руки опускаются! Буду ждать либо хода противника, либо инструкций от дяди и постараюсь больше никуда не лезть. 

Ну, то есть, когда уедут дознаватели, все равно надо будет сделать блокиратор на академический значок, поисковый артефакт и пройтись по горам, вдруг и правда кровавый ритуал… Но это все мелочи, не стоящие упоминания. 

Я сглупила. Сильно. И сейчас сидела напротив декана и слушала его нравоучения, которые он, похоже, не собирался прерывать и шел уже по третьему круг. 

– И почему они не могли прислать взрослого агента?! – в очередной раз задал риторический вопрос тот. 

Вот в общем-то мужчина довольно молодой, несмотря на седину, может, чуть за тридцать, а что же он брюзжит как какой-нибудь старик-то? Уже слушать невозможно!

– Это ведь не сложно для аналитика, сложить два и два. Но вы, Уортон, получаете в итоге либо пять, либо вообще сложить не додумываетесь. 

Вот сейчас, после того разбора полетов, что мне устроил Кемер, я почти уверена, что он быть резидентом не может. А все почему? Потому что сейчас очень удобный случай, чтобы через неопытную меня выйти на дядю. 

А ведь как все начиналось? Подслушав разговор менталиста, я не придумала ничего лучше, как заявиться сразу после отработки к декану и все рассказать. 

Нет, дело даже не в таинственной женщине, владеющей боевым артефактом, просто мне жизненно важно, и это не преувеличение, убедиться, что Кемер наш информатор. Я хотела его проверить на вшивость, а в результате нарвалась на то, что меня отчитали. 

И ведь не скажешь, что он не прав. Как только я рассказала о подслушанном разговоре, декан первое что меня спросил, выяснила ли я с кем из женщин сегодня беседовал менталист. 

Вопрос логичный, только я ему заявила, что за этим к нему и пришла. 

– Эм… У меня нет возможности заглянуть в документы, я надеялась, что вы сможете… 

– Уортон, там по коридору куча народу шляется. Наверняка многие видели, кто заходил сегодня к менталисту и сколько у него пробыл. Достаточно выяснить, сколькими из них были женщины и кто это, – мужчина разочарованно покачал головой.. 

– У как же я выясню? – возмутилась я. – Я сотрудников Академии не знаю, да и двери там все держат закрытыми. 

– Зато там почти десяток дежурных на отработке, которым в радость поболтать вместо того, чтобы бежать по очередному дурацкому поручению. 

А вот сейчас стало стыдно, потому что об этом я совершенно не подумала. Но ведь и не с моими навыками общения заводить знакомства прямо посередине коридора. 

Тем не менее, Кемер прав. Я могла поговорить с кем-то из ребят, тем более, слухи сегодня уже пойдут, можно было хоть в столовую пойти послушать или ту же Сюзи допросить с пристрастием – она уж точно знает даже лучше самих дознавателей, с кем они там беседовали. 

Я могла прийти к Кемеру уже с подозреваемыми, а в результате пришла просить помощи в таком пустяке. 

– Но тут я все же вынужден согласиться с менталистом, – устав на меня злиться, продолжил декан. – Серая зона в эмоциях вовсе не означает применение артефакта. Вы, кстати, свой-то сделали? 

– Да, сделала, – пожала плечами я. А что скрывать-то? По другому я проверку все равно бы не прошла. 

– Вам бы на артефактора учиться, а не на разведчика. Мне кажется, вы были бы не хуже Галей. 

– Я могу делать только то, – покачала головой, – что умею или хотя бы представляю, в каком направлении работать. Ничего нового я придумать не способна. 

– Зато владеете высшей артефакторикой, не учась на последних курсах артефакторного факультета. 

– Толку то? В той или иной мере ею владеют все артефакторы, так что я ничем не лучше любого выпускника этого направления. А учитывая то, что я знаю только необходимую мне часть, я гораздо хуже. 

– Ладно, речь не об этом. Я узнаю, с кем из женщин сегодня говорила менталист, вы это тоже попытайтесь узнать. Я даже уверен, что у вас это выйдет быстрее. Вот только что дальше? Если бы мы точно знали, что там действительно был артефакт, то я согласен, это косвенно могло бы указать на нашу цель. Но, как я уже говорил, наличие устройства – вовсе не факт. 

– А если они все же решатся задать этой женщине вопрос насчет наличия артефакта? 

– Тогда надо отслеживать, кого дознаватели вызывают повторно. Это я постараюсь отследить. 

– А с вами они уже говорили? – полюбопытствовала я. 

– Нет, и это странно. Как и с вами, вообще главной фигуранткой этого дела… Странно… – еще раз повторил он. 

– Какова вероятность, что случай с мутантами лишь повод для проверки? – нахмурилась я. – И это точно не наши. Дядя ничего такого не говорил.