Чтение онлайн

— И все же, я волнуюсь, — поделился сомнениями собеседник Фангорна Дри. — Девочка очень непредсказуема из-за крови своей матери. Что если и характер у нее будет ужасным. Я беспокоюсь, так как принимаю ее не на работу, а в свою семью.

— Не переживай, друг, — попытался успокоить мага древень, — после замужества она станет покладистей. Все лесные нимфы безумно привязаны к своему первому мужчине, поэтому она до сих пор невинна. Аделаида неосознанно не подпускает к себе ни одного мужчину, это в ее крови.

— Но ведь она полукровка, — недовольно сверкнул темными глазами маг.

— Тем более тебе нечего опасаться, — мягко улыбнулся глава рода Дри, — как тебе известно, ее мать — суккуба. И если бы ее кровь начала доминировать, то девочка не хранила бы свое целомудрие.

— Ну хорошо, — неохотно согласился с доводами посетитель, — но надеюсь, ты все же сможешь проследить, чтобы ни один темный не согласился стать ее мужем до сбора Совета.

— Конечно, — обиженно поджал губы Фангорн. — Встретимся через две недели.

Темноволосый маг ничего не ответил. Молча встал из кресла, в котором не так давно сидела обсуждаемая девушка, и с едва заметной торжествующей улыбкой направился на выход, даже не попрощавшись.

За вечер я решила, как действовать дальше. Так как в условиях нашего спора не было указано, что мой муж должен быть чистокровным темным, я решила воспользоваться этой лазейкой. В какой-то степени отец был прав, рядом с чистокровным темным я жить не смогла бы, даже в разных комнатах.

Мне просто было необходимо лучше присмотреться к своим однокурсникам и выбрать наиболее вменяемого полукровку. Заключить с ним магический договор, по условиям которого он освободит меня через пару лет от брака. И вольная жизнь и независимость от рода и отца у меня в руках.

Придумав план действий, я спокойно заснула. А с утра меня разбудила не голосистая трель магического мини-керуна (примечание автора: существо, похожее на зубастого петуха, только размером с голубя и вместо перьев тонкие гибкие иголки), а визгливая соседка по комнате.

Фелис Нарко — одна из тех немногих счастливчиков, у которых оба дара были активными. Сначала у Фелис проявился светлый дар. И, как и в моем случае, от нее отказался темный родитель. На этой почве мы сразу и сдружились с ней. Только у меня это была мать, а у соседки — отец. Правда, как только у Фелис проявились темные способности, ее папаня сразу нарисовался на горизонте.

Конечно, каждому захочется при себе иметь оракула с возможностями баньши. Только из-за того, что темный дар проявился совсем недавно, предсказывать смерть она пока не умела. А вот неприятности, заканчивающиеся травмами, не обязательно тяжелыми, ей уже удавалось предугадывать с довольно большой точностью. Как оракул Фелис многого уже добилась. Она вполне могла предсказать жизнь обращающегося к ней клиента на десять лет вперед. Чем постоянно пользовалась, не только оттачивая свои способности, но и неплохо зарабатывая себе на жизнь. Ее маму выгнали из рода после того, как она закрутила роман с отцом Фелис. Но он же оказался темным. И когда его страсть выгорела, он бросил беременную на произвол судьбы. Гортензия Нарко оказалась, на редкость для светлых, со стальным стержнем. От ребенка не избавилась и не вернулась в семью побитой дворнягой. Магиня бралась за любую работу, чтобы оплачивать небольшую каморку в доме, продуваемыми всеми ветрами. Там снимали еще оставшиеся клетушки-комнаты две женщины легкого поведения.

Когда Гортензия, недоедая, накопила небольшую сумму, то арендовала маленький домик на другой окраине города. В этом скромном помещении она с помощью новоприобретенных друзей устроила лавку, где продавала зелья собственного производства. Ей приходилось спать там же, так как все деньги уходили на покупку ингредиентов и всяких инструментов, необходимых не только для приготовления зелий, но и для разлива их в тару.

Через пару недель лавка окупила затраченные средства, а через пару месяцев Гортензия Нарко уже с улыбкой подсчитывала прибыль.

Мне нравилась эта неунывающая, энергичная женщина, когда мы с Фелис ездили к ней на выходные. Я ей приносила немного смолянистого сока моего дерева, а она мне доставала необходимые вещи для учебы. Например, вычислительный кристалл для работы с потоками энергетического обмена. Они были редки и безумно дороги, но с ними жизнь адептов становилась в разы легче. А еще она пекла необыкновенные, чудесные пирожки с лесными грибами и лисьими ягодами.

— Что случится, Фэл? — протирая глаза, сонным голосом спросила я, обрывая визг неинициированной баньши.

— Мама ногу подвернет сегодня после обеда, — с ужасом уставилась на меня соседка.

— А что будет потом? — я не спешила разделять панику подруги.

Темноволосая девушка растерянно уставилась на меня зелеными кошачьими глазами, в которых страх постепенно сменялся осознанием. Она закатила глаза и через несколько жутких мгновений, во время которых она превращалась в застывший бледный труп, соседка сказала с улыбкой:

— Ее поймает красивый обеспеченный шатен и на две недели мама потеряет связь с реальностью. За это время она пополнит свой гардероб и обогатится редкими ингредиентами для нового экспериментального зелья.

Затем подруга посмотрела на меня уже своими нормальными глазами и, глянув на мини-керуна, сказала, зевая:

— Еще целый час до подъема. Я спать.

И действительно. Стоило ее голове коснуться подушки, как по комнате разошлось мирное сопение. Я же, в отличие от Фелис, не могла так быстро засыпать. Промаявшись некоторое время на кровати, я с раздражением откинула одеяло и направилась в душ.

Мне нравилась эта академия тем, что в каждой комнате была своя отдельная душевая, совмещенная с туалетом. Фелис всегда проводила дольше времени в ванне, поэтому по утрам я успевала только умыться. Решив воспользоваться ранней незапланированной побудкой, я с наслаждением погрузилась в горячую ароматную воду.

Закинула одну ногу на бортик ванны и, пристроив голову на мягком валике полотенца, задремала.

— А у тебя неплохие ножки, — выдернул из приятной дремы ненавистный голос Дамаса.

Резко открыв глаза, с испугом посмотрела на зеркало, что висело над раковиной около ванны. По ту сторону отражалась точно не наша душевая. Так как у нас была светло-голубая плитка на стенах, а в отражении, прямо за спиной ехидно улыбающегося адепта, виднелся кусочек темно-серого мрамора.

Я растерянно перевела взгляд на полуголого парня, с ленивым интересом разглядывающего мою ногу и оголенные плечи. Все остальное, слава Лесному Богу, оставалось скрыто пышным одеялом ароматной пены.

— Надо признать, — облизнувшись, проговорил темный, — что ноги у тебя красивые. Я, наблюдая за твоими неуклюжими падениями на ровном месте, думал, что они у тебя кривые.

Я с громким всплеском спрятала ногу в воде и с ненавистью посмотрела на наглого адепта. Во всех случаях был виноват он со своей неизвестно отчего возникшей агрессивной неприязнью ко мне.

— Как ты смог пройти через защитный контур на комнате? — спросила холодно я, незаметно погрузившись в воду еще больше.

— Видишь ли, моя лягушка, — уставившись невидящим взглядом ровно перед собой, криво усмехнулся он, — я не ломал защитный контур. Я просто его обошел, замкнув на себе.