Чтение онлайн

Спрятав шкатулку в карман куртки, Олег выбежал к Мирону. Перед тем, как привести коллегу в чувства, дозорный привёл все свои мысли в порядок, дабы ничего лишнее не ушло в общее сознание. Когда Ардашников пришёл в себя, он, мучительно простонав, схватился за голову. Тушин ему сразу предложил прервать ментальную связь для лучшего самочувствия, и коллега охотно согласился. После Олег рассказал Мирон всё. Всё, кроме финальной части стычки.

— Один против троих контрабандистов это не просто. — на этой фразе Тушин закончил свой полуправдивый рассказ.

— Да уж. Жалко, что я этого не видел. — пробубнил Мирон, поднявшись на ноги с помощью коллеги.

***

Через три дня после это задания Олег смог найти время для того, чтобы вечером отправиться в Брагино. По многочисленным слухам, которые дозорный любил собирать, он знал, что там живёт пожиратель, занимавшиеся художественными промыслами. Когда парень поднялся на нужный этаж, загаженного росписями подъезда, в его уши начало проникать эхо классической музыки.

“Во эстет!” — подумал тогда Тушин, подходя к двери квартиры.

После звонка, ответ последовал сразу: “Кто там?”

— Маляр? — не уверено спросил дозорный, — Мне нужны ваши услуги.

Затем послышались звуки открывающихся замков, после которых приоткрылась дверь, соединённая с косяком лишь тонкой цепочкой. Перед глазами Олега предстал пожиратель чуть взъерошенными чёрными волосами и круглыми очками.

— Голубчик, зачем вы уподобляетесь моим менее культурным соплеменникам? — с интеллигентным видом спросил он.

— Чё? — Тушин удивлённо прищурил глаза.

— Я считаю, что в нашем сообществе давать и называть друг друга по прозвищам есть дурной вкус. Ей-богу мы же не в тюрьме! Так что, голубчик, извольте величать меня Юлием Сергеевичем.

— Простите, Юлий Сергеевич. — немного отойдя от шока, Олег повторил, — Мне нужны ваши услуги.

Сняв цепочку, пожиратель впустил клиента в квартиру. Как и предполагал Олег, жилище Юлия Сергеевича представляло из себя типичную мастерскую художника и скульптора, розовые стены которой были украшены старыми плакатами эпохи модерна и более поздних.

— Это, конечно, невероятно для вас, голубчик, но вы первый агент ордена, который обращается ко мне по моей специальности. — признался пожиратель.

— Говорят, вы можете замаскировать любую вещь.

— Это так, голубчик, но сначала мне нужно на неё взглянуть.

— Вот! — Олег достал из кармана куртки шкатулку и отдал её художнику, — Саму вещь я завернул в бумагу. Простите, конечно, но я не могу вам её полностью показать.

— Понимаю. Как говориться: меньше знаешь — крепче спишь. Что ж… — открыв шкатулку, художник с небольшой паузой молвил, — У меня много вариантов, куда я могу спрятать эту таинственную диковину.

Юлий Сергеевич подошёл к столу, где лежала папка с эскизами.

— Выбирайте! — отдал художник её в руки Олега.

Пролистав несколько страниц, Олег остановился на, как ему показалось, подходящем варианте.

— Прекрасный выбор! — похвалил пожиратель, — Это займёт пятнадцать минут.

Во время ожидания Олега снова охватили печальные мысли. Три дня назад он нашёл знак того, что поступает правильно, однако непонятное чувство скребло его внутри.

“Если об всём узнают в ордене…” — в этот момент Тушин прервал свою мысль, боясь, что художник может быть голодным, а это значило, что мысли дозорного были не в безопасности.

— Готово, голубчик! — после этих слов пожиратель отдал агенту ордена свёрток, — Простите за нескромный вопрос, но вы это хотите кому-то подарить?

— Простите, но…

— Знаю, не моё дело. — с улыбкой продолжил Юлий Сергеевич, — С вас триста рублей.

— Да, конечно. — повернувшись к художнику спиной, Олег расстегнул куртку с уже такой привычной мыслю, — “Почему я должен быть последним подонком?”

Дальнейшее Тушин сделал скрепя сердцем. Всё было быстро: достав пистолет, Олег застрелил художника. Бедный мужчина перед тем, как превратиться в прах, только и успел широко распахнуть глаза. После на краткий миг показалось, что время застыло. Смотря на чёрную кучку, дозорный думал о том, что этот интеллигентный пожиратель не заслужил такой смерти, однако парень также осознавал и то, что нужно обрезать все нити, ведущие к нему.

Убрав пистолет, Тушин, никого не замечая, выбежал из дома. Сев в машину и заперев двери, Олег дрожащими руками достала из бардачка кассету группы “Агата Кристи” и вставил её в магнитолу. Вскоре весь салон заполнила песня “Опиум для никого”. Находясь под влиянием музыки, Олег обрабатывал в голове последние события. В первые он убил ни в чём неповинного пожирателя. И в какой-то момент Тушину стало страшно от того, в кого он может превратиться.

Внезапно как гром, раздался сигнал пейджера, который заставил парня сильно напрячься. Убедившись, что дрожь в руках прошла, Олег достал устройство из карманов брюк и прочитал сообщение:

14:23. 3,5 и 47. Эти числа я никогда не забуду.

Бросив пейджер на соседнее кресло, Олег откинулся на спинке водительского сиденья и закрыл лицо руками. Эти числа дозорный тоже никогда не забудет. В этот момент жизнь Олега Тушина уже окончательно разделилась на “до” и “после”.

30 августа 2015 года

Стоя перед дверью больничной палаты, Нинель Воронцовой казалось, что бледно-зелёный коридор становиться всё теснее и теснее. Она уже не в первый раз стояла на этом месте, но каждый раз девушка боялась заходить в палату, ибо не могла до конца поверить в свершившийся факт. И всё же Нинель в очередной раз находит в себе силы и заходит во внутрь.

Каждый раз, когда девушка видела опустошённого следователя Ивана Капшукова, её сердце сжималась от несправедливости. Добрый и отзывчивый мужчина, у которого впереди были грандиозные планы на жизнь, был обречён на вегетативное существование до конца своих дней, который оттягивали набожные родственники. Именно благодаря им, Воронцова могла навещать человека, который всегда ей оказывал поддержку. Подойдя к койке, Нинель достала из пакета горшочек с фиалками и поставила его на тумбочку.

— А то у вас тут так серо. — с грустной улыбкой объяснила Нинель, сев на против Ивана.

Как обычно, Воронцова поначалу лишь молча смотрела на Капшукова, на его глаза, в которых не было и намёка на разум, и на его полуоткрытый рот, из-за которого девушке казалось, будто мужчина хотел что-то сказать, хотя она прекрасно помнила, что опустошённый не способен даже на простейшие действия.

— Я вчера вечером вернулась в Ярославль. — начала свой рассказ Нинель, — Я с одногруппницами хорошо провела время, хоть я и не любительница загородных тусовок на несколько дней. Не волнуйтесь, глупостей я не наделала… А что в ближайших планах? У нас в академии среди дополнительных занятий есть уроки вождения. Думаю, мне это очень пригодиться… Деньги подкоплю и приведу в порядок семейную могилу. Хочу вместо крестов общую плиту поставить. А потом… Я приведу в порядок могилу Тани. Там один деревянный крест… Это нехорошо… И больше некому ведь.