Чтение онлайн

–  Видишь ли, Риате, работа была превосходна, и почерк ну совсем твой, но… - пауза и облизнув губы раздвоенным языком Окено и торжествующе добавил, - но ты сто процентов обошла бы столь деликатную тему как гниение женских молочных желез!

Краснеющая я только и подумала «Ну Юрао!».

–  Кстати, Найтес именно по этой теме писал мне курсовую, - ненавязчиво намекнул Окено.

Мне не хотелось это знать совершенно. Как не хотелось и трупы рассматривать.

–  Ты, Риате, - поучительно начал Окено, - главного не понимаешь - иной раз труп тебе может сказать больше, чем… твоему лорду Бессмертному.

–  Он не мой, - тихо ответила я.

И вот когда на тебя пристально смотрит Окено это одно, а когда змеиные глаза василиск щурит, как то не по себе сразу. И ведь даже магию не применяет, а ощущение, что каменеешь.

–  Твой, - спокойно подытожил старший следователь, - у меня нюх лучше волчьего, Риате.

Я не стала спорить, потому что доказывать что-то мастеру смысла не было. И мы пошли на первый пустырь.

Василиск - сзади почти не отличимый от огромной змеи, разве что хвост короткий и толстый, и я - чавкающая по раскисшим кустам и почве, несчастная адептка. Стаявший снег обнажил горы мусора, объедки недоеденные, ну и трупы здесь так же имелись. По большей части это были умертвия, пришедшие к городу в поисках кого бы поесть, и уснувшие при сильных морозах. Сейчас они еще не просыпались, и уже вряд ли проснуться - Ночная Стража таких «горожан» отправляла прогуляться в Бездну.

Правда даже зная что мертвые не проснуться, бродить среди них удовольствия никакого. Но и выбора у меня не было.

И вдруг случилось почти чудо.

–  Дэя, - крик Риайи прозвучал лучше чем вампирский хор, - Дэя, ты что в кустах делаешь? Вылезай!

И темная эльфийка в прекрасном фиолетовом платье побежала мне на встречу. Золотые волосы роскошными локонами струились по плечам, золотые глаза сверкали ярче солнца, на коже проступил румянец - Ри была просто прекрасна. Я, позабыв о необходимости любоваться трупами разной степени разложения, тут же вылезла из кустов, и попала в порывистые объятия.

–  Дэй!
– завопила Риайя, стискивая меня так, что ребра едва не трещали.

–  Слушай, убьешь же, - Юрао выступил не знаю откуда, хотя можно предположить что Ри просто затмила его собой, - отпусти моего партнера.

Ри отпустила, одарив брата хмурым взглядом, я просто улыбнулась дроу, он весело подмигнул мне в ответ, и нарочито громко осведомился:

–  А что же ты тут делаешь в учебное время, Дэя?

И вид у него такой невинно-удивленный при этом.

–  А я… а мы с мастером Окено…

Начала я, и осеклась, заметив, как при упоминании старшего следователя побледнела и даже отступила на шаг Ри. Но отступать было некуда! Кусты затрещали, и на выложенную камнем дорожку ступил мастер Окено. Ногой ступил. Обутой в туфлю ногой. И вторая так же появилась следом. Как и весь мастер - в безупречном темном костюме, и при этом фиолетовой рубашке. Как раз в тон к платью вмиг сие осознавшей Риайи.

–  Мастер старший следователь!
– Юрао был само удивление.
– Вы и здесь! Какой приятный сюрприз!

Окено бросил весьма недовольный взгляд на дроу, но куда там следователю до разгневанно-возмущенной Ри - она просто таки испепеляла брата золотыми глазами.

–  Между прочим ты сейчас делаешь благое дело, - не стал отрицать своих коварных замыслов Юр, но и раскаиваться в них так же не собирался.
– Ты Дэю спасаешь!

Старший следователь засопел. Очень разгневанно. Юрао нахально продолжал разглагольствовать:

–  И вот если ты сейчас Окено не уведешь, Дэй допоздна будет курсировать по свалкам в поисках разложившихся трупов. А ей и так не просто, она вообще с любимым рассталась.

И я присоединилась к недобрым взглядам на Юрао. Риайя же перестав буравить брата, удивленно взглянула на меня. Я молчу. А Юрао - нет.

–  А ты что, не поняла? Или не видела как она в праздник Смерти Зимы чуть ли не весь снег извела? Думаешь исключительно, дабы от хворей избавится?

–  Юррр, а ты дроу блохастых видел?
– с намеком прошипела я.

Партнер мне очаровательно улыбнулся и нахально заметил:

–  Нет, мне блохастого дракона хватило.

–  У драконов бывают блохи?
– изумился Окено.

–  Случается, - Юрао мне весело улыбался, - как доведут адепток академии проклятий, так с ними такое и случается. И вообще, что мы все о блохах да о трупах, день то сегодня какой теплый, солнце яркое, травка зеленеет… Я предлагаю погулять, что скажете?

Сказать все хотели. Ри явно хотела сказать, все, что думает о брате, но ей было жалко меня. Окено так же явно желал высказаться, но ему очень нравилась Риайя. Я вообще привыкла молчать, а еще мне очень не нравились трупы, даже если они и могли рассказать хорошему следователю больше, чем плохому некроманту. В общем Юрао протянул мне руку, Окено повторил маневр с Ри. Я с благодарностью вложила ладошку в когтистую лапу Юрао, Ри, фыркнув, взяла Окено под локоток и мы пошли гулять. Старший следователь и Риайя впереди - смотрелись они потрясающе и одеты были как пара, и мы с Юрао сзади, и шли мы чуть медленнее, исключительно чтобы поговорить.

–  Как ты?
– начал партнер.

–  Получше, - не стала увиливать я.
– А как ты понял, что в праздник Смерти Зимы что-то произошло? Я же старалась улыбаться, никто и не заметил.

–  Никто и не заметил, - дроу чуть сжал мою ладошку.
– Только мы с Наавирром. Мы тебя лучше знаем.

Я промолчала, глядя вперед, где Окено вдруг остановился, сорвал веточку белоснежных цветов с дерева и протянул Ри. Несмотря на подчеркнутую неприязнь к старшему следователю, темная эльфийка заметно смутилась и цветы взяла так… так как не берут у тех, кто безразличен. Теплая, такая добрая улыбка озарила лицо мастера Окено. Ри вообще опустила головку, прикрыв смущение попыткой вдохнуть аромат цветов. Полувасилиск был готов расцвести, как и все вокруг.

–  Наконец-то он понял, - с усмешкой прошептал Юрао.

–  Что понял?
– спросила я, впрочем, учитывая то, как Ри позволила взять себя за руку, тут действительно все понятно.

–  Понимаешь, - начал рассказывать партнер, - Ри он всегда нравился. Да она фыркала, перец ему в чай подсыпала, гвозди в постель, толченую соль в мыло для умывания. Все как полагается, и все для того, чтобы Окено, наконец, обратил на нее внимание. Мне было шестнадцать, ей четырнадцать, и следователь, конечно, внимание обращал, куда уж тут не обратить после такого, но не как на девушку. А когда Ри исполнилось двадцать, уже она его видеть не хотела. Мы, дроу, мстительные.

Я улыбаясь смотрела как одна очень мстительная дроу, обернувшись через плечо, взглянула на брата. Юрао весело помахал рукой на прощание, вряд ли Окено не заметил, что его осторожно повели в наиболее пустынную часть парка.

–  Очень мстительные, - повторил Юрао.
– Вот зря он пошел!

–  Почему зря? Может им стоит побыть наедине, - мне было так радостно за Ри.

–  Да потому что она на него все еще злится, - Юр встревожено вглядывался в сторону исчезнувших из нашего поля зрения Ри и Окено.