Чтение онлайн

Отец сначала заупрямился, не хотел отпускать, но Том посмотрел на бледное лицо мамы и сказал свое веское мужское слово. Да, там опасно, да, он может не вернуться, что окончательно сведёт мать в могилу, но если рейд пройдёт успешно, то появятся средства и на лечение, и на ремонт хибары, в которой гуляют такие сквозняки, что подкосят и здорового мужчину, а зима близко… В общем, Сэм Далтон вздохнул, дал добро и только посетовал, что сам имеет лишь крупицы силы и не может пойти вместо сына.

Первый раз было тяжело и страшно, но Том выдержал, не спасовал и заслужил уважение напарников по отряду. А ещё принёс домой кругленькую сумму, позволившую прожить некоторое время и поддержать здоровье матери. Однако деньгам свойственно заканчиваться, и за первой вылазкой последовала вторая, а затем и третья…

А ведь совсем недавно жизнь была хоть и тяжёлая, но стабильная. Работай себе в поле, продавай в ближайшем городке изделия ручного труда, получай заслуженные гроши — и коротай время до смерти. Никто тебя не замечает, не поливает грязью. Но однажды приехал пожилой мужчина — и бабушка будто помолодела. Гостем оказался Мос Талмуд, управляющий семьи Кирис, который сообщил, что хозяин прислал его справиться о подруге далёких дней.

Балтар Кирис был болен и чувствовал скорую кончину, но перед тем, как отправиться в последний путь, хотел по возможности исправить ошибку юности и, если у него есть внебрачный ребёнок, признать его и принять в семью. А уж когда дед через управляющего узнал, что имеет талантливого внука, то прислал трогательное послание и обещал в скором времени навестить обретённое семейство и привезти все полагающиеся документы.

Но не вышло. Старик Кирис скончался до того, как успел оформить бумаги, о чём со слезами на осунувшемся лице поведал Талмуд. То ли переволновался перед грядущей встречей, то ли просто время его пришло, то ли ещё что… Том тогда не знал, что чувствовать. Дедушка, которого он никогда прежде не видел, уже потихоньку стал занимать место в сердце, но теперь…

А потом явилась примечательная пара: отец и сын. Платиновые волосы и сиреневые глаза не оставляла сомнений, кто именно пожаловал в их хибару. Ой, сколько тогда на них вылилось грязи… Конар Кирис, единокровный брат матери, несколькими изящно-надменными фразами обхаял их семейство, которое якобы вознамерилось влезть в чужую семью. Его сын Шонар ходил по бедному жилищу с презрительным пренебрежением, а уж когда они оба увидели юного Тома… грязи полилось ещё больше.

В итоге хотели дать отступных, чтобы Далтоны не смели даже носа показывать в их краях и на что-то надеяться. Том уж на что имел спокойный характер, но в тот момент не сдержался и отказался от каких-либо связей с этой семьёй, как и от денег. Но Конару нужны были гарантии. Он действовал молниеносно: притрусил «пеплом» платиновые волосы нежеланного наследника, а сиреневые глаза подкрасил серым, чтобы скрыть естественный цвет.

Когда Том глянул на себя в зеркало, то поначалу не признал. Он стал серым, будто покрытым пылью. Невзрачным, невыразительным, никаким… Именно так он подумал о себе в первые мгновения. Зато его дядя и двоюродный брат были весьма довольны результатом.

— Лучше не попадайся мне на пути, — бросил ему Шонар на прощание.

Вскоре после этих событий бабушка и ушла к праотцам. Возможно, не выдержала разочарования или потеряла надежду, которую лелеяла с самого расставания: что друг сердечный вернётся, хоть одним глазком придёт взглянуть. Уже не придёт. А может, она просто стремилась поскорее соединиться в лучшем из миров с тем единственным, кто всегда жил в её чистом сердце?! Как бы там ни было, её безвременная кончина стала для Тома очередной тяжёлой утратой.

А потом появился Милтон, который знал о талантливом наёмнике, и предложил поступить в академию. В ту самую, где грыз гранит науки (точнее, бил баклуши) его старший братец. Что ж, возможно, это судьба. Испытать, на что способен. Бросить вызов прошлому. Доказать окружающим и себе самому, что добиться успеха можно и своими силами, а не только удачным происхождением. Риск тот же, что и при работе с наёмниками, стипендия достойная (можно и дальше помогать матери), но теперь есть шанс забраться на несколько ступеней выше. Отчего бы им не воспользоваться?!

И вот новая встреча с «дорогим братом». Шонар ведь специально подошёл к их столику. Он прекрасно мог поговорить с «невестой» в другом месте и в другое время, но нет, намеренно сделал это именно так. И когда говорил, что здесь учится «всякое отребье», как раз Тома в виду и имел, а остальных принизил так, за компанию. Ну что ж, наследник Кирисов сам сделал первый шаг к своему поражению. Потому что подобные люди не должны стоять у руля государства, распоряжаться чужими жизнями и калечить девичьи судьбы.

Первое массивное столкновение знати и простолюдинов произошло на следующий день за завтраком, когда группа старшекурсников отказалась пропускать девушек из Отряда в столовую. Мол, пусть ждут, пока нормальные люди поедят. Парни из Отряда в это время были уже на полигоне (их тренировка началась раньше, а девочкам дали небольшое послабление и разрешили прийти позже), поэтому вступиться не смогли. Риана на рожон лезть не стала, стерпела обиду и увела подопечных, не желая ввязываться в конфликт и решив посмотреть, что будет дальше. Рано ещё гонор свой показывать. Да и деканам жаловаться не стала, и так уже их задёргала.

Однако во время обеда она очень пожалела о своей уступчивости, потому что ситуация повторилась. Эх, нельзя было так, дала слабину, и наглые адепты теперь не слезут. Аристократы заблокировали вход и окружили девушек, отпуская не самые лестные замечания относительно их слишком вольного внешнего вида (те были в форме, то есть в штанах).

— Постыдились бы в таком виде попадаться приличным людям на глаза, — сказал один. — Я не хочу принимать пищу в компании развратных девиц, которые забыли своё место.

— Действительно, к чему с ними церемониться? — сказал другой.

— Хм, а почему бы не воспользоваться случаем?! — вдруг предложил один из пятикурсников. — У некоторых мордашки вполне смазливые. Вон та брюнетка очень даже, — он кивнул в сторону Ниссы. — Если посидит во время обеда у меня на коленях, я не буду так уж против.

— Тогда глава Отряда моя, тем более она наполовину из наших, белая кость, — ещё один пятикурсник, черноволосый и желтоглазый, смерил Риану заинтересованным взглядом.

Ух как кулаки зачесались подрихтовать его наглую физиономию…

— О, а я беру себе рыжую! — решил ещё один, тот, что покрупнее, и подмигнул Лили. — Она довольно аппетитная. А потом можно вместе скоротать вечерок…

Всё, это был предел. Да, Риа спустила им утреннее хамство, но ничего, ситуацию всегда можно исправить или повернуть в свою пользу.

— Думаете, справитесь с дикими кошками? — Риана достала из-за пояса кинжал и демонстративно провела языком вдоль лезвия, стараясь не порезаться, чтобы не испортить впечатление. — Мы вам не домашние киски, «бубенцы» можем и подрезать. И кое-куда засунуть. Да, девочки? — спросила не оглядываясь, но чувствуя, что ряды подопечных смыкаются за спиной.