Академия пси-хов: внушить, влюбить, убить…
Шрифт:
– Ми Элиза Королёва? А мы вас ждем.
– Эм… – я немного растерялась. – Что я должна делать?
– Ничего сверхъестественного. Мы всего лишь оценим уровень, силу и глубину вашего дара. – Она указала на один из предметов, лежащих перед ней. Больше всего он напоминал стеклянную палочку с набалдашником, ограненным в виде кабошона. – Это пси-резонатор. Возьмите его в руки, направьте на книгу передо мной и мысленно попробуйте ее передвинуть. Резонатор усилит ваши способности, если они маленькие, и сдержит, если их слишком много для такого простого действия.
Фух, кажется, ничего сложного. Сейчас возьму эту «волшебную палочку», потыкаю в книжку и со спокойной душой отправлюсь собирать вещи…
Я уже потянулась за резонатором, когда за моей спиной вдруг с шумом распахнулась дверь. Кто-то торопливо вошел в зал, и я услышала голос, от которого сжалось сердце, а на лбу выступили капельки пота:
– Мие Алрималиль, ми Сарелия, и вы, господа, прошу меня извинить. Заблудился немного.
– Ничего, мие Наареш, скоро привыкнете, – пропела Сарелия, поднимаясь и точным дозированным жестом протягивая кисть для приветствия. – Это вы извините, что мы решили начать без вас. Мие ректор заверил, что вы еще отдыхаете с дороги.
– Ерунда. Я готов влиться в учебный процесс прямо с порога.
У вошедшего не было ни единого шанса ее избежать. Разве только сделать вид, будто не заметил протянутой руки, но это было бы вопиющей грубостью.
Замерев и не решаясь повернуться, я спиной ощущала его взгляд и присутствие. И не ошиблась.
Мимо меня прошествовал ночной незнакомец. За ним тянулся шлейф – тонкий, едва заметный, но я уловила его. Приятный запах. Очень… изысканный.
Тот, кого назвали мие Наареш, на меня даже не глянул. Галантно приложился к ручке Сарелии, кивнул остальным и занял пустующее место.
Неужели они уже знают, что ночью я пыталась сбежать? Или всё-таки не выдал? По его лицу вообще не сказала бы, что он меня помнил.
– Ваше рвение очень похвально, мие Наареш, – заметил ректор. – Мы давно просили Его Величество посодействовать и прислать менталиста высшего уровня. Ваши сородичи не посещали академию уже несколько веков.
Менталиста! Сейчас он всё вычитает… Да и ночью сто раз вычитал! Стараясь не поддаваться панике, я всё-таки схватила резонатор. Не поломался бы.
Новоприбывший уклончиво ответил:
– Мои сородичи давно отошли от дел и не любят мирской суеты.
Хм, и что же это за сородичи? Он не человек? Вроде бы ничего лишнего… или недостающего. Закусив губу, скользнула взглядом по Наарешу.
Ночью не удалось как следует его разглядеть, но сейчас я оценила широкий разворот плеч, на которых едва не трещало сукно. Подняла взгляд выше, медленно отмечая волевой подбородок, сжатый упрямый рот, прямой нос с тонкими крыльями, зеленые, мерцающие словно изумруды, глаза с узкими змеиными зрачками. Изящный разлет бровей, чистый лоб, откинутые назад белоснежные волосы…
Такое лицо трудно забыть. Меня охватило странное чувство. Что-то взволнованно всколыхнулось на дне подсознания.
В задумчивости я опустила взгляд ниже. Уставилась на его губы.
Интересно, он всегда их так плотно сжимает?
– Что ж, теперь, когда все в сборе, продолжим… – голос ректора заставил меня очнуться. – Ми Элиза, вижу, вы уже обзавелись резонатором. Попробуйте мысленно выполнить задание ми Сарелии.
***
Обдурить комиссию не получилось. А чего я хотела? Там же не дилетанты сидят, а настоящие маги. Опытные преподаватели.
Альва Сарелия – профессор левитации, Луилливел Роу – профессор телекинеза, Ниамин Данарес – профессор эмпатии и заодно декан факультета, на который меня зачислили. Ректор Алрималиль, как оказалось, иногда заменяет на кафедре пирокинеза.
А на сладкое – Наареш Шаасхен. То еще имечко! Его присутствие смущало, раздражало, никак не давало сосредоточиться. Вроде бы несложные тесты, но возле магистров то и дело вспыхивали их магические артефакты, и я ещё больше нервничала, не понимая, что они показывают.
Пока пыхтела, всеми силами пытаясь продемонстрировать, что никакого дара у меня нет, Наареш любезничал с ми Сарелией. Будто нарочно делал вид, что не замечает меня. Но порой, когда думал, что я на него не смотрю, бросал в мою сторону странные задумчивые взгляды.
Да что же он там вычитал? Менталист хренов. Нет у меня никаких способностей, нет! Ой, а вдруг и это тоже вычитал…
По его глазам невозможно было понять, о чем он думает. Да и по лицу тоже.
А вот у Сарелии на лбу огромными буквами горело: «о боже, какая прелессссть!»
Кажется, только присутствие свидетелей из числа коллег и одной нерадивой адептки, не давало ей накинуться на бедного мужчину прямо в зале приемной комиссии. Наверно, мысленно она уже раздевала его, медленно, вдумчиво и со вкусом, как разворачивают самую большую конфету из новогоднего подарка.
Нет, я всё понимаю, но у них разница лет в двадцать, не меньше! Она, конечно, неплохо законсервировалась, выглядит идеально, но видно, что давно уже не девочка. А он ещё совсем молод, я его ночью со студентом перепутала! А она туда же, конфеткой решила полакомиться…
Представила себе эту сцену и с трудом сдержала смешок. Потому что как раз в этот момент пыталась воспламенить свечу по приказу ректора. Точнее, усердно делала вид, что пытаюсь, на самом деле искренне надеясь ничего не воспламенять. Одна хорошо законсервированная профессорша и так уже вся воспламенилась. Может, она знает о нём нечто особенное?
Наареш будто что-то почувствовал. Выпрямился. Уставился на меня нечитаемым взглядом. Узкие зрачки мгновенно расширились, затопили зеленую радужку, сделав глаза похожими на ночные озера.
Чёрт, чёрт! Он же менталист! Неужели увидел картинку, как консерва раздевает конфету? С такими-то плечами, я и сама, пожалуй… Чёрт! Нет, нет, профессор, я ничего не имею…
Нервно взмахнув хрустальной палкой, я каким-то образом всё же воспламенила дурацкую свечу. Двое других магистров переглянулись. Подняла взгляд на Наареша, отчаянно стараясь не смущаться. Мои мысли – моё личное пространство! Лезут тут всякие.
Его глаза уже сделались нормальными, только странные зрачки завораживали. Всё-таки, наверное, не совсем человек…