Чтение онлайн

Ветер, будто взбесившийся скакун, налетел на оборотня, закружил вокруг, рвал одежду, спутал волосы. С криком отчаяния бежала за ним невеста, мать и родичи с соратниками. Сестра растолкала всех, схватила брата уже у самого края Гнезда, куда его неумолимо тащил ветер, наказывающий за ложную клятву. В её талию сразу вцепились двое дюжих грифонов, стали тянуть их обоих обратно, но ничего не выходило.

–  Брат! Скажи им! Скажи, иначе погибнешь! - она плакала, молила. Каор упрямо молчал, глаза закрыл, как и душу, чтобы никто не увидел и не узнал… что свой ветер он уже нашёл…

Вихрь, сизый, как тучи, полные снега, появился на площадке, с гудением разметал всех грифонов, минуя только невесту, которая судорожно сглатывала слёзы, комкая рукав своего свадебного платья. Она догадалась, почему клятву не приняли, почему её жених, ранее ласково целовавший её по утрам, теперь так холоден с нею. Нет, они не были близки, нравы у грифонов были более чем строги. Но поцелуи были, и были они ласковы и нежны! Он не любил её, но оба буквально с младенчества знали, что им суждено было быть вместе. Её мать была замужем за оборотнем из столицы. Единственная, чья кровь была свежее, чем у остальных девушек гнезда, она могла принести ему сильное потомство. А что ещё может быть важнее для наследника?

И вот теперь, в день свадьбы, Лоана поняла, что её жених уже обрёл Ветер. Она невидяще смотрела вдаль, на третью горную гряду, откуда он прилетел недавно с той необычной семьёй. Её шёпот был слабым, но он отчётливо слышен даже сквозь вой ветра, крики грифониц и стражей Гнезда.

–  Ты нашёл Ветер, мой любимый… Отпустить тебя… больно… Лети к ней, лети, милый. Я умру вслед за тобой, клянусь, - мне хотелось обнять глупую, обманутую девушку и сказать, что у нас с грифоном ничего не может быть, что он никогда не поступится гордостью и не будет одним из моих мужей, которые стали моей семьёй, защитой и любовью.

А она шла к краю, шла и шептала. Теперь на общем миитанском, я слышала её, каждое слово. Тихое, отчаянное… Меж тем Киора уже не могла удержать брата - ветер тащил его в пропасть.

–  Нет! Не-е-ет!!! - крик Киоры и Лоаны слился в один.

–  Наследник! - пытался перекричать вой ветра жрец, - Откажитесь от клятвы!!! Откажитесь, не то вас унесёт Ветер!

–  Откажись, брат! Я рада, что ты нашёл свой Ветер, мы все рады! - её слёзы уносило в сторону, они бриллиантовой россыпью непрестанно слетали со щёк, - Никто не осудит тебя! Никто, Каори!

Рассвет перешёл в стылое, морозное утро. Сверкал снег на вековых вершинах Драконьих гор. В Гнезде стояла давящая, гнетущая тишина. Не было лихорадочного веселья, поздравлений молодым, счастливых слёз матери, тёток и сестры наследника. Начальник стражи, друг Каора еще с тех времён, когда крылья у обоих были покрыты нежным, детским еще пухом, сам закрыл вход в жилые этажи Гнезда. Он же строго приказал девицам с мокрыми носами оставаться внизу, не беспокоя лишний раз злое, как сто тварей Бездны, начальство.

–  Выпей! - протянул Завар другу полный до краёв бокал крепкого вина. Его предполагалось выпить за здоровье молодожёнов, но пришлось вот так, стоя на краю, предлагать стоящему с пустыми глазами Каору.

Наследник не отзывался. Тогда друг сам взял его руку и силой всучил ему спиртное. Машинально сделав глоток, Каор выпил всё сразу и до капли. А затем сдавил стекло в пальцах, отчего бокал превратился в горсть осколков. Ладонь тут же окрасилась кровью. Завар достал платок и перевязал друга, вытащив осколки. Принц даже не поморщился - судя по его лицу, он испытывал муки во сто крат сильнее.

–  Я не знаю, что у тебя произошло, друг, но не думаю, что стоит так убиваться! Ты нашёл свой Ветер! - улыбка грифона была мечтательной, в карих глазах мелькала толика зависти. Очевидно, найти этот самый ветер могли не многие, - Лоану жаль, конечно…

–  Жаль? - вдруг услышал он голос Каора. Он скрипел, будто горло, полное песка, не могло вытолкнуть ни слова, - Я сказал ей… сказал, что не дам ей того, что она хотела бы. Я не люблю её. Старался быть с нею добрым, ободрить, обнадёжить. И обманул её. И себя обманул, Завар! И Ветер…

Едва Наследник отказался от клятвы, ветер тотчас же стих. Его вытащили и облепили со всех сторон. Тётки, сестра, мать, все кидались ему на грудь и плакали, плакали без конца. Лоана ловила его взгляд, но грифон просто ушёл. Закрылся в своей комнате, не пуская никого. Говорят, перед этим кто-то видел в его руках амулет с алым камнем.

Ровно в полдень Каор поднялся на верх, стал у колонны и там стоял без движения до самого вечера. Пришлось другу выгнать всех желающих порыдать, повиснуть на нём, закрыть на замок люк и вскрыть то, что болезненно жгло наследника изнутри.

–  Ты не рад, что нашёл Ветер? - тихо спросил друг. Каор доверял ему, они не раз и не два попадали вместе в переделки, уходили на несколько месяцев в горы - охотиться, в города - из любопытства, да и обмен товаров нужен был время от времени. Но сейчас он закрылся ото всех.

Откуда… откуда я всё это знаю?! Будто кто-то рассказывает… Однако сон не отпускал. Я ясно видела глаза ледяного принца, холодные, злые, в них было столько непримиримости и упрямства, что вместе они составили демонический коктейль. Попыталась сбросить эту липкую паутину видения, просила неведомого некто забыться, не видеть, не знать, что меня так ненавидят! И, будто желая сделать мне больнее, голос Каора отдался пятью беспощадными ударами моего сердца…

–  Лучше бы и не встречал…

С этим и проснулась. Рядом затихли Аури, Шаасс и Риэн. Я знала, что они не спят. Мы молчали, не решаясь поведать свои сны. Если их так же мучили, то я этому не удивляюсь. Мне до сих пор больно даже дышать…

–  Эри, иди ко мне! - мой дракон. Его пламенное, любящее сердце, лёгкий нрав и безграничная преданность мне укутала как пуховое одеяло, - Ты дрожишь… Тоже плохой сон?

–  Эх, - выдохнул Шаасс, поднял голову от моих коленей, положил руку мне на живот, погладил, согревая, - Конечно, плохой, алый! Она вся холодная!

–  Милая, не принимай это видение всерьёз, - поцеловал меня в лоб Риэн. Прохладные шелковые волосы мужа охладили жар моих щёк. Никак не забыть мне золотого! Не выбросить его из грёз.

–  Уже утро, да? - спросила я, не отрывая головы от груди Аури. Она мерно вздымалась в такт его дыханию, ласковые руки гладили меня со всех сторон.

Постепенно сон уходил, скрывшись за пламенным настоящим. Забота моих любимых убаюкала, успокоила меня. Аури предложил полетать вместе, но я помнила о его острых чешуйках.