Чтение онлайн

Асмодей кашлянул - медсестру снова начало заносить.

– Дальше могу рассказать я. При проверке через Око Завета я обнаружил, что практически полностью его тело стал невосприимчивым к рентгеновским лучам и более продвинутым средствам анализа. Там видны только многослойные стигмы. Как и вершины той пентаграммы, которые невозможно посчитать, эти линии создают сложный рисунок, перетекающий сам в себя, являя замкнутый энергетический круг, отрицающий высвобождение внутренней силы. Наверное, это именно те печати, что появились на месте утраченной Ауры. Хотя даже не так. Я бы сказал, что Аура там все же может быть, но,… Я попытался удалить самые маленькие плоскости. Удалось только несколько раз. В остальных случаях они не реагируют на мои усилия. Это то же самое, что биться лбом о стену, покрытую поверх кирпича слоем бетона, пытаясь проломить ее снаружи. То, что я сделал, лишь сбило пыль, и единственное на что я могу надеяться – этого будет достаточно, чтобы запустить процесс, который, увы, в дальнейшем пойдет без нашего вмешательства… В следствие этого мальчик стал дышать спокойней, в остальном ничего обещать не могу. Будем видеть по рапортам моего фамильяра, приставленного к нему в надзор…

Директор слегка посветлел лицом и даже улыбнулся.

– Есть надежда, что дар к нему вернется?

Унылый вид Архивариуса не давал такой уверенности. Скорее даже наоборот.

– Я бы не гарантировал. Мы не можем предполагать ничего подобного до того как он проснется... Уже одиннадцать, – С удивлением заметил старик, взглянув на дюжие настенные часы. – Как быстро летит вовремя. А я и не заметил, что уже стемнело. Давайте забудем на месяц-другой про эту проблему и дадим событиям развиваться своим чередом. А сейчас рекомендую всем идти спать. Завтра у нас первый учебный день. Нужно выглядеть, как подобает нашему статусу,… Чуть не забыл. Кири! Ты будешь классным руководителем и деканом класса 1-А. Придумаете сообща имена для новеньких, и не слишком афишируйте их положение. Многие слишком известны, чтобы светится у всех на глазу, как бельмо. Это может создать ненужные проблемы. Конечно что-нибудь нормальное, не издевайся над их незнанием языка. Забыл сказать, Мария Эванс и Александр будут в твоем классе.

При имени юноши Дрон встрепенулся. Регул вскочил.

– Что!? – одновременно выкрикнули мужчины.

– Так он русский? – добавил Мастер.

Асмодей пожал плечами, наклонив голову:

– Почти угадал, но не совсем…

– Почему у Наги? Она не подходит на роль классной мамы, – потребовал ответа Регул. Ему и в своем классе хватало могущественных студентов, но…

– А ты бы вообще молчал. Проморгал их, то теперь не рыпайся.

Тачибане уже изрядно надоело лицезрение этих склочных объектов.

– Заседание объявляю закрытым, – огласил Эбису, с силой хлопнув в ладоши.
– Расходимся по домам. Все остальное после.

Никто не посмел возражать. Еще свежо было заявление про возможность уволить самых строптивых. Только Мастер Иванов остался, еще немного полежать на мягком диванчике. Кто бы знал, как его огорчало отсутствие соотечественников среди преподавательского комитета. Когда в павильоне обезлюдело, Дрон налил в стаканчик не измененной водки и с радостью замурлыкал:

– А в нашем полку прибыло…

В голове наблюдался полнейший бардак. Душевно вчера посидели, однако.… На мысленный вопрос, почему, следовала какая-то каша из образов. Череп вибрировал в такт биению сердца. Отвратительное чувство. Тело налилось нездоровой тяжестью. Глаза упрямо отказывались открываться. Саней завладело настроение полной подавленности. Где он и почему не совсем одет? Точнее совсем не одет,... Последовала новая волна непонятных картинок. Зудя чесалась спина, а на голове явно проводили опыты по пересадке мозга. Если не дышать, то чувствуется рваный хрип легких.

Мозг заволокло липким туманом. Начали исчезать сумбурные мысли. Исчезли ощущения боли, неудобства, окружающего пространства. Яркой вспышкой мелькнуло видение…

Он вспомнил! Как последний идиот отдал частичку себя, неделимого, из-за глупого желания быть как все. Но если все не так как он думал, тогда что? Как узнать правильно ли ты поступил? Можно ли уже считать себя счастливым, или это тоже лишь дурацкая мечта?

Отсутствие темного ошейника ощущалось смутно, даже приятно. Но одновременно как будто нестерпимо сосет под сердцем. Там навсегда поселилась пустота. Хотя она и так неизменно с ним была... Просто Саня желал заполнить ее тем, что забрало присутствие внутреннего сумасшествия. Простыми радостями. Он хотел жить простой жизнью со всеми ее трудностями и горечью, но с другой стороны и счастьем. А теперь все будет так же, но без возможности спрятаться за внушительной силой…

Перед внутренним взором прямо по закрытых веках пополз японский алфавит. Иероглифы шли сплошной полосой. Смешиваясь, дробясь и перетекая один в один. Пространство начал заполнять мягкий свет, как из-под воды. Саня мысленно оглянулся вокруг. Интересное чувство. По всей видимости, внутри его головы находится пещера, стены которой разукрашены магическими кругами, пол и потолок усеяны сталактитами и сталагмитами, а единственный источник света – миниатюрное сквозное окно в вышине. За правым плечом стоял недавний пламенный волк. Его сияние было ровным и навевало покой. А за левым полулежал огромный древний дракон, покрытый темной, почти черной чешуей, с полной пастью жемчужных зубов и мудрыми фиалковыми глазами. Широкие кожистые крылья медленно колыхались в такт дыханию. И волк, и дракон молчали. Можно было подумать, что они упрекали его за необдуманный выбор. Но одновременно благодарили за спасенные из плена души. Что же он сделал неправильно?

Саня хотел спросить, как бы они поступили на его месте. Но язык прилип к гортани и отказывался повиноваться. Среди иероглифов начали появляться примитивные слова. Они мерно текли сверху вниз, создавая целый водопад из букв. Если сосредоточиться, можно вычленить послание. Оно гласило:

«Тот кто отверг часть своей сути - отвергает само свое я. Пока он не осознает чего лишился, и на самом деле не почувствует в нем нужду, ему присваивается сумрачное имя. Нельзя от чего-то отказаться, не получив что-то взамен, это закон. Ты! Прикоснись к источнику, подумай над тем, что совершил, и узри свое будущее. Оно открыто, читай его как книгу и переписывай то, что тебе не по душе».

Саня только тупо помотал головой. Сил удивляться уже не было. Способность удивляться умерла в нем уже давно, вытесненная чувством гордыни и всезнания. Да и тривиально все это, избито…

Зачем знать свое будущее? Так жизнь становиться серой и неинтересной. Исчезает сам факт перемен. Все становиться пошлым и пустым. Во многих знаниях многая печаль. Я и так достаточно печален.

«Не хочешь? Как пожелаешь. Знание будущего не только отнимает, но и дает. Ты сделал свой выбор. Если не хочешь знать будущее, прикоснись к фонтану древних анналов. Информация – это самая ходовая валюта, она правила миром, правит и будет править, сколько бы времени не прошло. Человек с мечом всегда был сильнее человека с палкой, но лишь тот, кто лучше знал, как применить свое оружие побеждал. Располагая этой базой, ты сможешь править миром!».

Саня попытался закрыть глаза, но они уже и так были закрыты. Устало вздохнув, подумал, что все знания, которые ему когда-либо могли быть нужны он уже имел. Великая библиотека, в которой скопились ответы на все вопросы, посмотреть в которую ты можешь самим желанием задать вопрос. Утратив при этом способность обучаться и узнавать что-то новое. Он отдал все эти сведения вместе с остальными ненужными в реальной жизни способностями. Броскими костылями, не имеющими отпечатка в душе,… Зачем предлагать то, что тебе не нужно? Экклезиаст знал в этом толк.

«Знания несут боль, но и их можно обратить в счастье, пусть для кого-то другого. Не хочешь знаний? Пусть будет…»

Саня со всей силы ударил по водопаду, почувствовав на своих губах брызги цвета киновари. Фонтан букв рассеялся по пространству. Так ему и надо. Гадость-то какая. Только обрезал ненужные хвосты – уже что-то взамен лезет…

Саня глубоко вздохнул и приготовился извиняться перед духами. Но зачем? Это его путь, а не их. За что извиняться?

Дракон и волк улыбались…