Академия Тьмы
Шрифт:
Красноволосая охотница насупилась. Значит - правильно угадал.
– Нашла что-то интересное, если да, то поделись со всеми. А еще попрошу вернуть мою катану, висевшую вон на той стенке. Обещаю сразу не рубить тебя на шницели. Дам фору в три минуты, чтобы убежать. Сегодня я добрый…
Девушка, не двигаясь, покраснела как маков цвет. Саня пожал плечами.
– Ну, раз не хочешь, то давайте выйдем на улицу. У всех есть принадлежности для рисования?
– Да, учитель! – Нестройный ответ заставил вампира улыбнуться.
– Тогда в темпе на улицу, будем изображать абстракцию под названием «Дуэль». Снежинка, присаживайся за стол. Наливай себе чаю, не стесняйся, в общем,… Что-то я кое-кого не могу обнаружить… Майя! Ты где, мой самый любимый чиблик?!! (от Chibi, яп.
– маленький)
Среди румяных школьниц появилось улыбчивое лицо.
– Папаааа! – девочка моментально бросилась Сане на шею, по привычке чуть не задавив в объятиях.
– Ты не видела наших защитничков? – Сильно хотелось у них спросить, как это они умудрились допустить проникновение множества чужеродных объектов на вверенную им территорию.
– Не-а… – Виновато потупилась.
– Ну да ладно, начистим им ушки потом. Бери свой альбом, и пойдем со всеми. Вижу, девочкам ты уже понравилась. Со всеми познакомилась?
– Да! – радостный вопль. Малышку тут же подхватили под руки сразу тройка длинноногих девчонок и принялись щекотать. Похоже, ее уже все успели полюбить и принять в свой круг.
– Вот и хорошо. – Ласковая улыбка заставила девушек покраснеть и прятать взгляды. Улыбающийся парень выглядел просто великолепно. Хотя это и звучит как культ одной персоны.
На улице вовсю светило солнышко, вызвав хмурый взгляд у вампира. Остальные никак не отреагировали. На терассе уже были установлены плетеные лавочки, стулья и столики. Хаттори позаботился – прихватизировал их прямо с пляжа, все равно купальный сезон уже давно закончился…
Саня уселся на самый крайний стульчик. Оттуда открывался прекрасный вид на всю Академию. И на океан…
– Расселись, кому, как удобно… Слушаем сюда! Кто умеет рисовать, поднимите вверх руку. – Девушки удивленно переглянулись. Если бы умели, то точно бы не пришли. Юноша ничуть не удивился.
– Что, никто не умеет? Ладно, тогда начнем с основ. Кто вообще держал в руках карандаш?
– Со всех сторон посыпались смешки.
– Вот и хорошо. Есть предложения? Кто что хочет научиться рисовать? У меня еще нет четко составленной программы, так что я могу выслушать ваши предложения.
Все нерешительно задумались. Вдруг та же девушка со шрамом хлопнула себя по ладони. Идеи посыпались градом. Саня не успевал уже на них реагировать, запомнив самый интересные.
– Холодное оружие, пистолеты, зверей, мужчин.… Ну, вы даете. А ты чего хочешь?
Красная валькирия помялась, но тоже выдала.
– Я хочу рисовать рыцарские доспехи.
Ни фига себе. Своих не хватает? И так обвешана бронью с ног до головы как ёж иголками…
– Тоже интересно. Ладно, делимся на группы по интересам, а я сейчас вернусь. Сделаю всем по порции насчет выпить. Видимо, придется ограничится на первый раз устным выговором и провести занятия прямо здесь. Но так как времени у нас много, то нужно чем-то и смочить вечно пересыхающее горло.
– Не забудьте про нас!
Вампир лучезарно улыбнулся.
– Всенепременно…
– Выгорело? – Поинтересовался с издевкой директор.
– Нет. – Ибара уткнулся головой в стену и тихо бил кулаком по штукатурке.
– А что ж так вяло? – Вмятина в стене не впечатляла. Для демона это даже не смешно. – Снова поцапался с Зеро?
– А ему плевать на нас с высокой колокольни, взял и провел урок у себя дома. При этом сделал это на высочайшем уровне. Все остались довольны, даже Елена. Она до сих пор хвастается, как научилась рисовать цветы. Цветы!!!
Для нечисти и вправду странное умение.
– И как? – Поразился Эбису.
– Довольно сносно. – Неохотно прошипел. Признавать свое поражение не хотелось.
– А кто там был еще?
– Почти весь женский состав клуба стрелков. Я им пообещал, что улажу вопрос с новым клубным залом, если поддержат мое предложение.… Теперь я лишился права на курирование их бригады на официальных приемах - с утра пришла Елена, сказала, что ей тоже плевать на нас, и она больше нам не помогает…
– Что, правда, почему? – К Ибаре уже давно так не обращались. Все же он был…
– А они после занятия, и во время тоже, напились в стельку, и на пьяную голову устроили соревнования прямо внутри банного помещения. Думали, что пар будет мешать пристрелке. А то, что они уже никакие никого не волновало. Я вообще поражаюсь, как они этого «красавчика» Зеро не изнасиловали. Или он их…
– А что так? – Наводящие вопросы и не требовались, Терновник и так чуть не рыдал…
– А он единственный непьющий, девчонки обиделись, брали на слабо. Да безрезультатно. В этом плане у него неожиданная твердость.… Вот они и подмешали ему в сок чистого спирта. Естественно - сразу же почти летальный исход. Потянуло на подвиги. Этот урод обставил даже Елену на двадцать очков, когда мочил мишени из своих громодрынов. Там сейчас щепок не счесть. Один выстрел - и мишень разносит в мелкую такую деревянную труху. Хорошо, что хоть в других не попал.
– Что, так плохо стреляет?
– Да нет. Скорее даже очень хорошо, но вдруг ему пришло бы в голову попрактиковаться на живых мишенях?
– Да... пора приставить к нему кого-нибудь из наших. Пусть контролируют и не дают делать глупости. – Согласился Тачибана и задумался.
Кого же к нему подослать?..
День пришел,
Цветет заря,
Я повесился, а зря!
Песенка жизнерадостных висельников.
Саня с трудом разлепил гляделки. Обеими руками. За последнюю неделю это было непреложной нормой. Еще ни разу он не проснулся так, чтобы все было хорошо… и солнышко не сияло. Чтоб его побрали все Изверги Ада Плаща. Режет глаза кривым когтем…
На часах три дня. Понятно, что надо вставать. Завтрак пропустил – простительно. На обед можно просто забить, все равно эти архаровцы не сварганят ничего лучше яичницы и то - при усиленном надзоре. Но если и ужин проваляться в постели - это будет уже прелюдией к Армагеддону.
Вот так и проходит моя жизнь – вечно в негативе.
– Шо за паскуда мне вместо капельницы подвела алкоголь… - Рядом валялся Хаттори. Ему было плохо. Уже почти зажженная динамитная шашка никак не могла наконец порадовать его горящим фитилем – руки промахивались мимо шнура.