Чтение онлайн

Мурасаки снова подошел к печати, осмотрелся. Что ж, он пришел сюда работать – значит, надо работать. Информационное поле само себя не считает. На этот раз он выбрал для ориентира даты и время – благо теперь он их знал абсолютно точно. И действительно – оба события оказались на тех же временных отрезках. С точностью до секунды. Как так получилось у кураторов – было понятно, они координировали действия. Но как так получилось у них с Сигмой? Мурасаки улыбнулся. И после этого Марина будет убеждать его, что у Сигмы был роман с каким-то там Айном? Что за глупости!

Он снял оба слепка информационного поля, в мельчайших подробностях. Его вычислительной системе будет чем заняться ближайшие дни. Хорошо бы дни, а не недели, потому что времени, кажется, все меньше – у них всех. Счет пока еще идет не на часы и даже не на дни. Но кто знает, когда ситуация изменится? Мурасаки вздохнул и сел на скамейку. Да уж, ситуация из тех, которые нарочно не придумаешь. Отчасти Эвелина и права – они с Сигмой приложили руки к тому, чтобы создать эту проблему. Но и он был прав – если бы их не разлучили, ничего этого не случилось бы. Они с Сигмой, возможно, периодически ломали бы голову над тем, что это за странная конструкция на поляне. Но вряд ли в первом филиале нашлись бы студенты, которые задавались бы тем же вопросом в то же самое время.

Мурасаки понимал, что должен уйти отсюда, но не уходил. Не то, чтобы ему здесь нравилось. Но у него было чувство, что он упускает что-то важное. Нужное. Что? Он побывал у каждой печати. Снял информацию о том, как они с Сигмой реконструировали их, как потом кураторы опять пытались их запечатать. Вроде все? Да, но…

Мурасаки прикусил губу. Какой же он идиот! Не придурок даже, а настоящий идиот! Ведь прямо здесь и сейчас он может узнать гораздо больше. Когда появились печати. Как их запечатывали в самый первый раз. Или, возможно, они с Сигмой не первые, кто пытались реконструировать печати?

Почему эти вопросы он не задал себе раньше – у второй печати? Ладно, хорошо, что додумался хотя бы сейчас. А то бы ушел, не забрав с собой самую важную информацию. Потому что если подумать, для него тот самый первый раз и вообще – создание печатей были гораздо важнее и могли помочь намного лучше, чем то, что они делали с Сигмой на чистой интуиции.

До этой информации Мурасаки добирался долго. Пробираться наощупь сквозь тьму времен – вот как он назвал это про себя. Чем дальше он уходил вниз по координате времени, тем легче становилось, тем мнее плотным делалось информационное поле. И наконец Мурасаки оказался в той точке, когда возникла печать. Вокруг не было ничего – а потом возник фонтан, разделившийся на несколько частей. И на месте его появления образовалась печать. Значит, вот как это было, думал Мурасаки, запоминая увиденное. Они пришли сюда и замуровали за собой вход. А потом появилась Академия. Но намного, намного позже. Мурасаки запомнил цифровые следы тех, кто создал печать и, наконец, вернулся в реальность.

Мышцы затекли и болели, как от долгой работы. Мурасаки поднялся и потянулся. Было около полудня, когда он пришел в этот филиал. Сейчас же, судя по небу, вечер грозил перерасти в ночь. Что ж, он сделал большую работу – стоит ли удивляться, что она заняла много времени?

Мурасаки заставил себя наклониться, помахать руками и ногами и даже несколько раз присесть, чтобы избавиться от скованности в теле. Наконец оно опять стало послушным и живым. Можно было возвращаться. Он вышел за ворота Закрытого сада и обернулся. Какой же он придурок! Это же огромная база данных! Когда-нибудь она наверняка ему пригодится. А если и нет, то Высшие свои знания за плечами не носят. Он вернулся и записал ее всю.

Мурасаки шел по дороге к корпусам и снова не видел ни одного человека. Даже странно. Где все студенты? Они вообще здесь есть? У них уже закончились занятия? Или они не выходят на улицу? Может быть, им запрещено? Это было чистой воды любопытство, ничего более, но оно зудело комаром в мозгах. Мурасаки снова свернул к главному входу и оказался перед кабинетом Эвелины. Постучал. И вошел.

Эвелина посмотрела на него с приветливым удивлением.

– Я думала, ты давно закончил свои дела и ушел.

– Нет, я закончил их только что, – сказал Мурасаки. – Потребовался целый день.

– Целых два дня, – мягко поправила Эвелина. – Ты что, спал прямо там, в саду?

– Я не спал, – ответил Мурасаки. – Знаете, Высшим это не обязательно делать каждую ночь.

Эвелина рассмеялась, как будто он удачно пошутил, а не попытался ее уколоть.

– И как, тебя можно поздравить с успехом? – спросила Эвелина.

– Я собрал много полезной информации, – кивнул Мурасаки. – Надеюсь, она приведет к успеху… всех нас.

– Мы все, – Эвелина подчеркнула слово «все», – очень на это рассчитываем.

– Но у меня остался один маленький вопрос, – сказал Мурасаки. – Или два.

Эвелина кивнула на кресло перед собой.

– Присаживайся, я постараюсь на них ответить.

– После того, как вы снова сломали печать, вы поставили какую-то дополнительную защиту на место, где она находится?

Эвелина покачала головой.

– Нет. Она находится в кармане пространства. Ее практически невозможно найти, если не знаешь, что здесь есть карман.

– Хм, – сказал Мурасаки.

Эвелина снова рассмеялась.

– Да, для тебя это звучит неубедительно, но я так и не поняла, как вы с Сигмой смогли его найти. Один шанс из миллиарда. Так что нет, мы не стали ставить дополнительную защиту. К тому же мы закрыли сад для студентов.

– Когда я был у второй печати, – заговорил Мурасаки, подбирая слова, – со мной был еще один деструктор. Он не смог подойти к печати. Сказал, что ему противоестественно находиться рядом с ней.

– Это довольно странно, – кивнула Эвелина, – Деструкторы слабо подвержены подобного рода ощущениям. Скорее всего тот второй деструктор, с которым ты был, нестабилен. Это не защита места нахождения печати. Это сама печать. Она не должна никак действовать на Высших. Только на людей.

Мурасаки кивнул. Что ж, надо учесть, что Марина в некоторых отношениях уже ближе к людям, чем к высшим.

– А какой второй вопрос?

– Почему нигде нет студентов? Это нормально?

Эвелина улыбнулась.

– Они есть. Но в другой части Академии. Учебные корпуса, общежития, мастерские для хобби, спортивные площадки – все в основном там. А ты был в хозяйственной части. Там склады, теплицы и прочие подсобные территории, которые нам нужны для функционирования. Не у всех есть под рукой город, готовый их обслуживать, знаешь ли. Нам здесь все приходится делать самим.

– Понятно, – кивнул Мурасаки. – А можно… на них посмотреть?

Эвелина что-то нажала на своем браслете и на стене появилась карта Академии. Эвелина ткнула пальцем в центральную точку.

– Мы здесь, – она очертила большой круг в стороне от их здания. – А вот здесь сосредоточена основная жизнь. Можешь сходить и посмотреть. Но хорошо бы тебе слишком долго не гулять. Твой портал нам уже всем мозолит глаза.

– Разве он кому-то мешает? – удивился Мурасаки.

– А за счет чего поддерживается его стабильность, как ты думаешь? – раздраженно спросила Эвелина. – Энергия не берется из ниоткуда, тебе ли этого не знать?