Чтение онлайн

– Ладно, - пробурчала я себе под нос, - это лучше, чем спать в жилом блоке, между лестницей и мусоросжигателем.

Там была кровать, а значит, можно было отдохнуть. Все подождет. Наконец-то я высплюсь!

На ужин будили протяжным звуком, напоминающим трубу. Я не сразу поняла, что случилось, со сна соображала плохо. Но на экране, которым оказался потолок капсулы, уже висела вся информация: через сколько ужин, где ужин, что на ужин.

Умывались и принимали душ мы в отдельных блоках, располагавшихся в конце жилого помещения. К счастью, были отдельные кабинки. Я решила принять душ вечером, а пока просто умылась, почистила зубы и причесалась. Сразу почувствовала себя человеком.

Столовая - в прошлый раз из-за усталости я ее едва рассмотрела - представляла собой круглое помещение, заставленное столиками. У каждого факультета столовая была своя. Практически все специальности находились в изоляции, чтобы не было конфликтов и других эксцессов. За столик умещались четыре человека.

– Деми!
– крикнул Рик.

Он занял столик у иллюминатора. Здесь свет был немного приглушеннее.

– Чем занималась?
– спросил парень.

– Спала.

На ужин нам дали вкусное мясо в каком-то соусе и арлианские бобы. Мне, помнится, хватало двух штук, чтобы наесться до отвала, сейчас же в тарелке лежали аж четыре. Голодать здесь не придется. Я заметила маленькие вазочки с десертом и высокие стаканы с каким-то чуть кисловатым бесцветным напитком. Просто, но вкусно и полезно.

– Скучно!
– фыркнул Рик.
– Я ходил гулять. Здесь есть сад, в соседнем блоке, с бассейном. Надо будет как-нибудь сходить. Еще встретил маминого друга. Она меня и отпустила-то из-за него, вроде как, присмотрит.

– Что за друг? Преподаватель?

– Ага, практических полетов. Аластер Алворлиг.

При последних словах я поперхнулась мясом и закашлялась. Вот тебе и огромная галактика!

– Слышала?
– Рик вроде не заметил на моем лице или в глазах ничего необычного.

– Д-да, - прокашлялась я.
– Слышала.

– Ага, маневр Алворлига - это его. Только на третьем курсе изучать будем астероидные потоки, хотя я видел и даже слушал рассказы. Они с мамой вместе учились в школе, а потом жили рядом, вот и сдружились. Мама вроде как за ним ухаживает, жалеет его, что никак не женится.

– А твоя мама...

Я прикусила язык, потому что спрашивать такое некорректно. Но Рик оказался не из обидчивых.

– Отец ушел года четыре назад к молодой девушке. Оставил нам содержание и ушел.

В такие моменты откровенных разговоров я остро чувствовала, что надо чем-то поделиться в ответ. Но делиться было нечем: я приютская, и этим все сказано. Даже чем-то сокровенным я, бездомная девочка, не могу поделиться.

– Бродерик, - прогрохотал вдруг мужской голос над головой.

Я замерла, сразу поняв, кого к нашему столику принесло. Сердце билось где-то у горла, грозя совсем остановиться. Я нерешительно подняла глаза.

– Мистер Алворлиг, - Рик пожал мужчине руку, - рад вас видеть.

– Как заговорил, - хмыкнул мужчина.
– Мистером называть стал. Ну, молодец, мать бы гордилась.

Я краем глаза заметила, как горделиво выпрямился Рик, но только краем глаза. Все мое внимание было приковано к мужчине, стоявшему у нашего столика. К человеку, которого я знала, как отца.

Как и полагается офицеру звездного флота - высок, широкоплеч, отлично сложен. На вид не дашь положенных сорока трех лет. Лишь в волосах цвета горького шоколада просматривалась легкая седина. Тонкие губы чуть исказила усмешка, когда наши глаза встретились.

– Ну, и? Не учили вас еще называть имя при встрече с незнакомым офицером?

– Извините. Деми... Сараф.

Я не была готова называть имя хоть и понимала, что это глупо. Когда я писала ему в детстве письма, подписывалась Никой Сантьяго - по маминой девичьей фамилии. Мама стеснялась фамилии второго мужа, и Аластер о нем не знал.

Я надеялась, что он уйдет, дав тем самым мне возможность прийти в себя и успокоиться, но мужчина сел на свободный стул. К счастью, говорить он хотел с Риком, так что я просто наблюдала. Рассматривала. Увязывала смутные воспоминания детства с этим... новым Аластером Алворлигом.

– Завтра вам прочитаю вводную, - сказал он.
– И в этом семестре у меня курсовая, учтите, выгоню половину. Особенно девок касается, вот зачем вы лезете в пилоты?

Я осторожно замерла над бедным десертом. И не нашлась, что ответить.

– Шли бы в швеи. Или как их... стилисты. Ну не ваше это, не ваше.

– Дядя Аластер, - хмыкнул Рик, - вы же их не знаете еще. Может, они талантливы.

– Талантливы, - проворчал он.
– Знаешь, сынок, видел я эти таланты. Женщины другие, у них другая логика, другой разум, они решают чувствами. В полете нельзя решать чувствами, там важен холодный расчет.

– Холодный расчет я умею, - вырвалось у меня.
– В приюте без него никак.

– А, единственный способ заработать сосиску - поступить?
– хмыкнул Аластер.

Я вздрогнула и поняла, что если еще хоть на минуту останусь здесь, выдам себя излишней эмоциональностью. На глазах и так выступили слезы от небрежной фразы, брошенной между делом, но напомнившей мне о собственной беспомощности.

Я поднялась и, стараясь говорить ровно, произнесла:

– Извините, мне нужно идти.

– Ну вот, - хохотнул Аластер, - о чем я и говорил. Как будешь летать, если принимаешься ныть по поводу каждого придурка?

Пока я стояла с открытым ртом и пыталась придумать достойный ответ, мужчина и сам поднялся.

– Сиди, догрызай свою сосиску. Только не вздумай так себя вести у меня на занятиях, иначе окажешься на улице быстрее, чем чихнешь.

Он удалился. Я села на стул и машинально ковырнула вилкой десерт. Огорошенная, сбитая с толку. Теперь я уже не была уверена, что отец поможет мне встать на ноги. Может статься, ему вообще не нужна дочь.

Весь мой поиск строился на том, что он потерял с нами связь, а не разрывал ее. Когда они с мамой разошлись, он писал ей, присылал для меня деньги, а я отправляла ему подарки, которые делала в школе. Потом меня отдали в приют. Он, может, и писал нам, но письма получать было некому. Скажи я когда меня забирали, что есть папа, все бы сложилось иначе. Но тогда я полгода не могла разговаривать из-за шока, а потом моим рассказам никто не верил - приютские постоянно выдумывают себе родителей.

– Не обращай внимания, - вздохнул Рик.
– Он грубоват.