Чтение онлайн

— Скажешь ему?

— Это не лучшая идея, — девушка досадливо поморщилась.

— Предпочтешь промолчать?

— Не совсем, — Анита задумчиво нахмурилась. — Наверное, скажу Шигео.

— А вот это точно плохая идея, ничан, — тяжело вздохнул мужчина. — Такеши отключит хранительницу и оставит Акелдаму без защиты от проникновения что Эребуса, что фоморов, что давно хотят завладеть этой планетой.

Девушка потерла виски — головная боль упрямо отказывалась проходить.

— Тогда давай вообще умолчим об этом, — попросила она, приняв решение все скрыть. — Думаю, Астарта тоже не станет распространяться о своем предательстве.

— Ты права, ничан, — Руэйдхри очень осторожно отвел с ее лица прядь волос, — Астарта сейчас полностью обессилена и не рискнет полным своим уничтожением, что непременно произойдет, если ее отключат от энергетической системы. А Эребус теперь ей вряд ли доверится, — мужчина нехорошо так усмехнулся.

— Знаешь, я не думала, что ты выступишь против него, — удивленно-задумчивое.

— Я обещал, — он заледенел.

— Эйд, не злись, — девушка успокаивающим жестом положила ладонь ему на грудь. — Вы ведь друзья. Не думала, что вы пойдете друг против друга.

— Анита, обменяться парочкой ударов, это не пойти друг против друга, — усмехнулся он. — Эри сам решил уйти, неужели ты этого не поняла.

— Я этого уже не видела, — негромкое признание, и она снова прижимает пальцы к вискам. — Отключилась после того, как ты ударил Эребуса, — она тихонько охнула и с силой сжала голову ладонями.

— Ничан, — видеть ее боль было выше его сил, — позволь помочь тебе.

— Как?

— Небольшая стимуляция мозга, — честно ответил он, — чтобы заставить его вырабатывать природное обезболивающее. Захочешь, потом научу.

— Конечно захочу, — она вдруг прищурилась, уловив в его глазах предвкушение. — Таак, о чем ты умолчал?

— О поцелуе, — он прямо встретил ее взгляд с невероятно расширенными от боли зрачками, в котором зрело решение отказаться и терпеть боль. — Такеши все поймет, стоит ему только увидеть тебя. Также как и поймет Рэм, — поспешил добавить Руэйдхри.

Анита прикрыла глаза, медленно выдохнула и обреченно кивнула.

— Так ты согласна? — теплые пальцы скользнули по ее скулам, обвели контур губ.

Зажмуренные глаза и еще один кивок.

— Ничан, посмотри на меня, — его голос искушал, соблазнял, манил.

— Не надо так со мной, Эйд, — Анита распахнула глаза и чуть не утонула в его.

— Не буду, — шепот-обещание, и он накрывает ее губы своими сейчас такими завораживающе нежными и несмелыми, и в то же время уговаривающими и обещающими.

Его руки сжимаются сильнее, притягивая ее еще ближе, и только удивление в ее глазах возвращает его в реальность, удивление и отсутствие ответа с ее стороны. Усилием воли мужчина заставляет себя как можно быстрее исполнить обещанное, а потом все же позволяет себе небольшое хулиганство…

Пощечина… легкая, едва ощутимая, и девушка замахивается снова, но он перехватывает ее руку.

— Ну что сказать, заслужил.

Его улыбку надо запретить — от нее перехватывает дух: обаятельная, игривая и просто неотразимая. Он касается поцелуем ее ладони, замирает на одно долгое мгновение, а затем отстраняется.

— Эйд, — напряженное.

— Давай сделаем вид, что ничего не было, — он рассеянно проводит рукой по волосам.

Девушка колеблется, но совсем недолго, прежде чем утвердительно кивнуть.

— отлично, — ослепительная улыбка. — Как голова, ничан?

Анита прислушалась к себе и пораженно распахнула глаза — боли не было, совершенно не было. Она чувствовала легкость и эйфорию, а еще ей было так хорошо, что хотелось мурлыкать от удовольствия.

— Ага, — загадочная и очень довольная вспышка в его глазах.

Она все же была чувствительна к такому воздействию, а значит, он таки мог ее соблазнить. Вот только ему почему-то не хотелось этого делать…

Тахира

Акио сидел прямо на песке возле самой линии прибоя и задумчиво вглядывался вдаль. Ему до сих пор было немного не по себе от того, как он поступил с Анитой. Мужчина поморщился — этот мир слишком сильно изменил его, сделал жестоким, уничтожил даже те крохи доверия к людям, которые были у него когда-то. Он тяжело вздохнул и принялся рассеянно растирать поврежденную руку.

Шок от того, что он узнал Аниту еще полностью не прошел. Да он даже и предположить не мог, что Ангел попадет в этот мир. Он едва заметно улыбнулся — она стала потрясающе красивой, а он помнил ее еще совсем зеленой девчонкой, впрочем, она и сейчас выглядела невероятно юной, вот только взгляд ее был жестким и пронизывающим. И именно этот взгляд насторожил его, всколыхнул воспоминания, и он узнал ее окончательно, а после догадался, что время для них текло не одинаково, и в отличие от него, она попала сюда в собственном теле, тогда как он очнулся в чужом. На мгновение Акио прикрыл глаза, вспоминая прошлое…

Боги! Он уже более пятнадцати лет был в этом мире. Мужчина взъерошил короткий ежик волос. Он помнил свой шок и ужас, когда открыл глаза, полностью уверенный, что мертв или умирает, а оказалось, что он не просто жив, а оказался в чужом мире и попал в чужое тело. Он, взрослый мужчина, оказался заперт в теле подростка. Первые недели для него стали адом, он был в ужасе от мира, куда его закинуло по чьей-то злой воле, а потом… потом он оценил те возможности, что открывались перед ним, и адаптировался. Впрочем, ничего иного ему и не оставалось. Он был жив, пусть тело было и не его, однако слушалось оно беспрекословно и было идеально развито, а кроме того он сохранил все свои знания и умения.

Акио усмехнулся — для него прошло пятнадцать лет, большую часть из которых он провел в боях или выкарабкиваясь из очередных ранений, множество раз прощался с жизнью, но раз за разом выживал, только никак не мог понять ради чего. Он потерял любимую, веру в верность, да и вообще перестал верить людям, а его сердце хранило не меньше шрамов, чем его истерзанное тело. Мужчина вздохнул — Ангел… с момента как он видел ее последний раз, для нее прошло явно не более трех лет, и ее глаза сказали ему, что это время для нее явно не было сказкой. Он еще раз тяжело вздохнул и устало откинулся на песок, отгоняя настойчивое, просто нестерпимое желание встретиться и поговорить с ней, извиниться за свой поступок и выяснить, выяснить то, что давно не давало ему покоя, то, чего он никак не мог вспомнить, как ни пытался — что же с ним все же произошло там, на Земле. Она наверняка должна была это знать.