Чтение онлайн

— Нет? — он нахмурился, попытался передвинуться поближе к ней и зашипел от боли.

— Эри…

Но мужчина уже совладал с собой и теперь удивленно смотрел на нее.

— Разве это не твой мир?

— Был мой, а стал твоим…

— Ангелика, я просто живу здесь, но этот мир никогда не был моим, — он осторожно сжал ее руки в своих.

— Но как тогда ты его нашел? — она не верила его словам.

— Я не знаю, — тихое. — Я просто очнулся здесь после одного из своих, — он криво усмехнулся, — приключений.

Хранительница потрясенно распахнула глаза, вдруг отчетливо осознав то, что он так настойчиво скрывал. Она думала, что он никогда не знал боли, а на самом деле… Ангелика закрыла лицо руками — она была ничем не лучше его: такая же жестокая, бессердечная и самовлюбленная.

— Я понял, что это твой мир, и не посмел тронуть, — он говорил быстро, испугавшись ее странной реакции на его слова. — Поверь мне, ангел, я ничего не нарушил в нем.

— Ты его поддерживал и защищал, — она пораженно смотрела в его встревоженные глаза, — но не пользовался энергией.

— Нет, не пользовался.

— Почему? — она пыталась его понять и не могла.

— Это твой мир, — он отвел взгляд. — Ты слишком дорого заплатила, чтобы защитить его.

— Эри…

Он сглотнул — нежность в ее голосе была страшнее любых пыток — она давала надежду, надежду на полное прощение.

— Помнишь, я ведь эгоистичный и самовлюбленный гад. Не стоит обольщаться на мой счет, — хриплое.

— Эри, я не обольщаюсь, — грустная улыбка. — Но если мир не твой, то почему я не чувствую его?

— Потому что экранируешься, а я чувствую, как он зовет тебя.

Она видела, что ему больно говорить, и снова потянулась помочь, но он опять перехватил ее руку.

— Не надо.

— Тебе больно, — хранительница попыталась заживить его раны, но наткнулась на мощный блок — он не дал ей исцелить его.

— Бывало и хуже, перестань.

Полные боли глаза Ангелики сказали ему, что он сболтнул лишнее.

— В спальне есть регенератор, — поспешил успокоить ее мужчина. — Если ты хочешь…

Он не успел закончить предложение, как она телепортировала их обоих в его спальню.

— Где регенератор?

— В гардеробной, — улыбка коснулась его губ.

— Пойдем, я помогу…

— Не надо, ангел, я сам. Только прошу, подожди меня здесь, — он напряженно вглядывался в ее лицо до тех пор, пока она согласно не кивнула, и лишь затем прикрыл глаза и, стиснув зубы, заставил себя подняться на ноги.

— Эри…

— Я скоро, ангел, — едва слышное.

Она смотрела, как он шел, прекрасно понимая чего стоила ему эта деланная легкость, и слезы снова навернулись у нее на глаза. Хранительница решительно сморгнула их и позволила себе то, что хотела сделать давно, но никак не решалась — она встала и принялась осматривать его спальню, в которой было слишком мало личных вещей: пара расчесок, ксей, несколько бутылочек с какой-то жидкостью и все. Это как-то мало вязалось с тем Эребусом, которого она помнила. Тот Эребус жил в окружении роскоши, а у этого из старых привычек осталась лишь тяга к атласному постельному белью.

Ангелика присела на край кровати и рассеянно провела гладкой поверхности черной как ночь простыни.

— Тебе нравится? — шелковый шепот возле самого уха заставил ее вздрогнуть.

— Прости, я не хотел напугать тебя, — мужчина опустился рядом с ней.

— Тебе всегда нравился атлас, — она улыбнулась. — Хотя раньше ты предпочитал алый.

— И откуда такие познания? — он прищурился.

— Ты мне нравился, вот я и выспрашивала о тебе все, что только могла, — она небрежно пожала плечами и вдруг мягко произнесла: — Снимай рубашку.

Его глаза полыхнули, и белая рубашка упала на пол. Тонкие, полупрозрачные пальцы пробежали по его груди, скользнули по ребрам, заставляя его сердце биться неимоверно быстро. Его глаза, казалось, потемнели еще сильнее, и Эребус потянулся к ее губам, однако ее слова заставили его резко выдохнуть и горько усмехнуться: он слишком размечтался — она всего лишь проверяла, насколько качественно сработал регенератор.

— Повернись, — попросила Ангелика, и он покорно повернулся к ней спиной и не сумел сдержать стон, когда его пальцы коснулись его спины.

— Больно? — встревоженное.

— Нет, ангел, — едва смог ответить он — от ее прикосновений у него перехватывало дыхание. — Твои прикосновения просто сводят меня с ума.

— Как такое возможно? — осторожный вопрос.

Эребус замер, а потом вихрем повернулся к ней.

— Сколько тебе было лет, когда мы впервые встретились? — неожиданно спросил он.

— Шестнадцать, — удивленно моргнув, ответила она, а он закрыл лицо руками и застонал.

Хранительница поняла, к какому выводу пришел он, и рассмеялась.

— Эри, когда я начала упорно преследовать тебя, мне было уже девятнадцать. И я знала все, что нужно было знать, чтобы удержать тебя в постели.

Он озадаченно нахмурился, а она снова рассмеялась.

— Ты не помнишь, но в нашу первую встречу, ты сказал мне, что предпочитаешь опытных девушек, — он моргнул, а она продолжила: — Два года я не решалась никого просить обучить меня, а потом все сложилось. Так что, я была достаточно опытной.

Что-то странное мелькнуло в глазах мужчины, когда он чуть хрипловато спросил:

— С кем ты получила опыт?

— Какая разница, — она небрежно отмахнулась.

— Пожалуйста, ангел, ответь, — он сжал ее руки своими и заглянул в глаза.

Миг, и он смог соотнести бережно хранимый им в глубинах памяти образ маленькой худенькой девочки-подростка, что подошла к нему в парке и прямо заявила, что хочет быть с ним, и той Ангелики, что сейчас сидела напротив него. Она сказала, ей было шестнадцать в тот день, а он думал, что не больше тринадцати, потому и сказал про опыт, чтобы она сама от него отстала, ведь тогда у него впервые перехватило дыхание от простого прикосновения к руке. Ее глаза… Именно эти огромные бездонные глаза когда-то спасли его от безумия. Он вздохнул: встретив ее снова, он просто не узнал ее, но разве он мог подумать, что высокая и потрясающе красивая девушка и та девчонка-сорванец одна и та же хранительница.