Чтение онлайн

Невысокая изящная женская фигурка, затянутая в черную кожу, в сопровождении самого советник Темного вызывала повышенный интерес со стороны попадавшихся в коридорах дворца придворных, что провожали ее заинтриговано-задумчивыми, а часто просто откровенно раздевающими взглядами.

Девушка передернула плечами, как бы избавляясь от этих неприятных взглядом, едва они завернули за угол и остановились у дверей, что наверняка вели в покои Темного Императора, хотя возле них и не было никакой охраны. Что правда почему-то ее не удивило: Шигео производил впечатление того, кто с трудом может вынести необходимость охраны, да и то только в официальной обстановке.

— Вот мы и пришли, — произнес Дайске, довольно отмечая, что взгляды придворных ей пришлись не по вкусу. Он специально провел ее по тем коридорам, где всегда ошивались самые неприятны из придворных, в надежде заставить ее осознать ошибку ее манеры одеваться, но заглянув в ее снова безмятежные глаза понял, что все было бесполезно, и единственное, чего он этим добился — неудовольствия Такеши, который дал четкие указания, чтобы он провел нубит напрямую в его покои, используя телепортацию к его дверям. Мужчина открыл двери и пропустил девушку в гостиную, обставленную в легком, изящном стиле и оформленную в коричневато-бежевых тонах.

Анита легким шагом прошла к окну, увидела садящееся в море солнце и удивленно моргнула — вид из этого окна был очень похож на тот, что открывался из окон ее покоев. Это могло означать только одно — Дайске водил ее по коридорам кругами, когда покои Шигео находились в том же крыле, что и ее, причем, если исходить из открывающегося вида, совсем близко.

— Зачем нужен был весь этот спектакль? — повернувшись к сопровождающему ее мужчине, холодно поинтересовалась девушка.

— О чем это вы? — изумление на его лице было неподдельным, вот только удивился он не ее вопросу, а тому, что она так легко вычислила, что он ее намерено водил по коридорам дворца. Вот только он тоже ошибся — злилась она не за вынужденную прогулку, да и вообще не на него злилась — она злилась на Такеши, что он с невероятным удивлением понял, когда она устало опустилась в кресло и произнесла:

— Он приказал вам скрыть от меня, что поселил меня рядом с собой? — ее голос был обманчиво мягок.

— Ничего подобного…

— Не нужно лжи, Дайске, — тон голоса изменился — в нем промелькнули металлические нотки.

— Нубит Анита, — теперь уже злился и он — еще никто не смел называть его лжецом, — Такеши не просил меня ни о чем подобном. А та маленькая прогулка должна была показать вам, что такая одежда во дворце навлечет на вас неприятности. Пусть вы и выглядите в этом восхитительно, но девушке не пристало разгуливать в брюках…

— Что? — она резко поднялась и обожгла его полным ярости взглядом.

— Девушка должна носить только платье и…

Ее смех заставил мужчину замолчать и насторожиться. Этот смех был слишком острым и горьким, похожим на битое стекло, а сквозь безмятежность ее глаз на миг проступила застарелая боль.

— Так то требование надеть платье…

— Просьба, — осторожно поправил Дайске.

— Хорошо, — хмыкнула она, — просьба, — иронично произнесла Анита и прищурилась, — была чисто вашей инициативой? И Шигео к этому не имеет никакого отношения?

Мужчина непонимающе кивнул, а девушка вздохнула и усмехнулась: она злилась не на того. Уж могла бы понять, что Шигео не стал бы ни на чем подобном настаивать — он знал, что она не терпит принуждения и был осторожен с ней.

Дайске вдруг отчетливо почувствовал, что в очередной раз поступил неверно, и мысленно выругался. С момента, как его приставили к этой нубит, он постоянно совершал ошибки, хоть и старался действовать правильно. Эта девушка, что сейчас задумчиво смотрела в окно, разбивала все его стандарты и представления о женщинах: экзотически красивая и грациозная, с явно жестким характером, абсолютно бесстрашная, привыкшая сама все решать, причем не только за себя, она и притягивала и пугала одновременно. Он понимал, что для того, чтобы рискнуть приблизиться к ней, мужчина должен быть невероятно сильным, настолько сильным, чтобы позволить себе слабость принять ее такой, как она есть. В том, что она не уступит и не прогнется, мужчина уже убедился. Она была из той редкой породы людей, что не склонялись ни перед чем, выдерживая любое давление, любые испытания, становясь только сильнее с каждым разом. Теперь он точно знал, что именно это неудержимо влекло к ней Такеши, а не ее красота, экзотичность, и даже не статус нубит. Она была той, с кем он мог позволить себе быть самим собой, не боясь испугать или сломить неосторожным словом или движением. Дайске еще раз вздохнул и нервно провел рукой по волосам — напортачил он прилично. Похоже, даже ее одежда была всего лишь протестом против попытки указывать ей что делать. Слишком свободолюбивая и совершенно непредсказуемая, она заставляла его постоянно быть в напряжении и нервничать, хотя при этом невероятно интриговала и привлекала, с ней никогда бы не было скучно. Мужчина окинул девушку внимательным взглядом, наткнулся на ее насмешливые глаза и склонил голову, признавая поражение. Как бы интересно ни было попытаться поиграть с ней, он был слишком реалистичен, чтобы пытаться перейти дорогу собственному Императору.

— Я оставлю вас, нубит Анита, — произнес советник Темного. — Император ждал вас немного позднее, поэтому он все еще занят неотложными делами, но как только освободится, сразу же придет за вами.

— И вы не составите мне компанию, чтобы я не скучала? — мелодичный вопрос, а в глазах откровенная насмешка.

— Вы ведь знаете, что мне не отказать вам, — просто и откровенно произнес мужчина. — Вот только вам моя компания претит, и оставить меня вы хотите только чтобы отомстить мне за мое, — он хмыкнул, — скажем так, неэтичное поведение.

— Да ну? — ироничное. — Неэтичное поведение?

— Чего вы от меня хотите? — тяжелый вздох. — Извинений?

— Уходите, мне не нужны ваши извинения, — ледяное. — Все равно вы не будете в них искренни.

— Как прикажет нубит, — полный издевательства поклон, и он ушел, кипя от возмущения.

Чтобы он унижался перед женщиной, да еще и на женщину-то особо не похожей. Да это женщина должна быть счастлива, что он обратил на нее внимание, и выполнять все его желания, а не… Он замер, поймав себя на этой мысли и выругался, испугав пробегавших мимо слуг. Он действительно не считал себя виноватым перед ней, хотя и совершил несколько грубых ошибок. Да, он признавал вину перед Такеши, но не перед ней. Мужчина зашел в свои покои, опустился в кресло и потер лицо руками.

Своими словами и поступками, своим поведением, просто своим существованием нубит рушила все его стереотипы — она не вписывалась ни в одни рамки, слишком непохожая, слишком иная и даже не пытающаяся это скрыть. Это было слишком ново для него, слишком… да все слишком!

Теперь он жалел, что поссорился с ней, потому что просто не знал, что теперь делать — ведь Такеши не отметит свой приказ присматривать за нубит. Дайске застонал от отчаяния — похоже, ему все же придется извиняться перед ней, хотя… если она все расскажет Такеши, то это меньшее, что его ожидает — он слишком хорошо понял насколько дорога эта девушка Темному Императору.

Анита действительно маялась от безделья, она не привыкла просто сидеть и ждать — и дома и здесь она все время находилась в движении, и сейчас просто не знала чем себя занять. Девушка прошлась по комнате, а потом замерла у окна, наслаждаясь видом заката и жалея, что не может сейчас выйти на террасу и одновременно подышать свежим морским воздухом. Она вздохнула и задумалась, вспоминая свой дом, своих родных, близких, друзей. Как-то в последнее время она была настолько занята, что даже не вспоминала о них. Она прислонилась лбом к стеклу, пытаясь успокоить тоску в сердце — как же ей их не хватало — родителей, братьев, их улыбок, теплых взглядов, слов поддержки, советов… Как они там? Как пережили ее исчезновение? Ведь они прекрасно знают, где она служит, и никогда не поверят, что она просто исчезла. Стон боли, едва слышный в тишине комнаты, сорвался с ее губ. И в тот же момент сильные, надежные и такие нежные мужские руки заключили ее в объятья, а знакомый голос прошептал:

— Что с тобой, тенши?

Такеши расправлялся с делами так быстро, как никогда ранее — он знал, что Анита его ждет, поэтому и торопился. И все же ему пришлось заставить ее ждать более получаса. Он осторожно приоткрыл двери и был уже готов выслушать ее претензии, но потрясенно замер на пороге. Он был уверен, что она придет в брюках, но картина, представшая перед его глазами, заставила его сердце замереть. Она стояла у окна и смотрела на море, такая маленькая и гордая одновременно, такая красивая и невероятно соблазнительная в черном кожаном комбинезоне, подчеркивающем изгибы гибкой фигурки, заставляющем фантазировать о том, что она надела под него, и мечтать о несбыточном — о том, как он мог бы снять его с нее, медленно, сантиметр за сантиметром, обнажая ее кожу и покрывая ее поцелуями…