Чтение онлайн

Я тереблю молнию его куртки, избегая зрительного контакта.

— Ты даже не знаешь меня.

Джордан движется быстро, хватая меня за подбородок, заставляя посмотреть на него.

— Я знаю, что ты переехала сюда из другого города в шестнадцать. Ты работаешь в «Rose’s Flowers» уже три года, после того как окончила факультет ботаники и флористической композиции. Ford Thunderbird — это первое, что ты купила на свои собственные деньги. Я знаю, что ты часто посещаешь «Junction Coffee» и каждый раз заказываешь флэт уайт. У тебя нет учетных записей в социальных сетях, кроме Instagram, где ты публикуешь сезонные достижения своей теплицы. Стоит ли мне продолжать?

Мое сердце замирает в груди от точности его слов.

— Откуда ты все это знаешь?

— Я не мог получить тебя, поэтому просто наблюдал. Я брал все, что мог, чтобы удовлетворить свое отчаяние… правильно, отчаяние. Я никогда не хотел никого и ничего больше, чем тебя.

— Я… — запинаюсь я и скольжу языком по пересохшим от беспокойства губам. — Ты псих.

— Так уже говорила, — отвечает он и опускает голову, касаясь моих губ своими. — Это значит, что ты понимаешь, что я не остановлюсь ни перед чем, чтобы заполучить тебя. Ни перед чем.

Последние слова звучат, словно призрачный шепот. По логике вещей, я должна бояться. Он настоящий сталкер, а не просто давний знакомый. Может быть, Тео всегда был прав, может быть, со мной действительно что-то не так. Там, где должно быть отвращение, гнев и чувство оскорбления, я чувствую себя увиденной и замеченной. У меня тоже с головой что-то явно не так.

— Почему ты так долго ждал? — я замолкаю, пытаясь найти подходящие слова. — Что бы заявить о себе?

— Не было подходящего момента, — он смеется, но звучит напряженно. — Он все еще не наступил, но ты здесь.

Мне очень многое нужно обработать. Менее чем за двадцать четыре часа вся моя жизнь перевернулась с ног на голову. Мне нужно время, чтобы подумать и понять, как принять все это.

— Мне нужно время, — шепчу я. — Ты можешь отвезти меня к Харпер?

— Все что тебе нужно.

Джордан берет мою правую руку и подносит ко рту, целуя костяшки пальцев. Моя грудь трепещет в ответ. Я так сильно жажду любви или просто он так на меня влияет?

Час спустя я выруливаю на Porsche Джордана к подъездной дорожке дома Харпер с одноразовым телефоном в кармане. Мое тело готово свалиться от нервов и усталости, стоит только поднять руку и постучать в дверь. Она распахивается, и я вижу мою лучшую подругу, все еще в пижаме, только наполовину проснувшуюся. Она открывает рот, вероятно, чтобы проклясть меня за то, что я ее разбудила, но потом резко закрывает, увидев мое состояние.

— Скарлетт, какого черта? — рявкает она и тянет меня в дом за один из рукавов, заглядывая через плечо. — Что, черт возьми, с тобой случилось? Чья это машина?

— Для начала, вся моя жизнь просто развалилась, — начинаю я, плюхаясь на ее диван, потому что не знаю, как долго смогу стоять. У меня даже нет сил плакать.

Харпер садится на подушку у моих ног и набрасывает на меня одеяло.

— Расскажи мне, что происходит.

Следующие полчаса я провожу, подробно описывая события последних двадцати четырех часов. Объясняю все, начиная с фальшивого сообщения о приглашении меня в «Preston», об уличении Тео в мошенничестве, о его ссоре с Джорданом и нападении на меня. С каждым словом ее лицо мрачнеет все сильнее, пока, наконец, не искажается от гнева. Я не рассказываю ей о том, что Джордан был сталкером, или о его причастности к убийству Майкла. Мне кажется неправильным скрывать от нее правду, зная, что я делаю это только для того, чтобы защитить Джордана, пока все не выясню.

— Тебе нужно позвонить в полицию. Сейчас же, — рычит она и тянется к своему телефону. — Тео — гребаный торговец людьми.

Я сажусь так быстро, что у меня начинает кружится голова.

— Пока рано!

Она выгибает бровь, явно выказывая неодобрение.

— Скарлетт. По крайней мере, сообщи о насилии.

— Я сделаю это, когда буду готова, — отвечаю я и падаю обратно на диван. — Прости, я не спала, и мне просто нужно время. Это все, о чем я прошу. Он за все поплатится.

Это правда. Хоть я и не оправдываю убийство, я знаю, что Тео не сойдет с рук нападение на меня или ведение преступной двойной жизни.

— Я всегда знала, что этот ублюдок… — обрывает себя Харпер. — Извини. Я здесь, рядом с тобой. Можешь подняться в гостевую спальню.

Практически сползая с дивана, я раскрываю руки и обнимаю ее.

— Спасибо. Я у тебя в долгу.

— Не говори глупостей. Ты мне ни черта не должна, Скар.

Гостевая спальня отражает индивидуальность Харпер — стены выкрашены в темно-фиолетовый цвет и украшены различными произведениями искусства. Я откидываю одеяло и падаю лицом вниз на мягкие фланелевые простыни, белые с маленькими зелеными листочками. Мелкие капли дождя начинают стучать в окна. Мне лучше насладиться отдыхом, прежде чем все рухнет.

Джордан

Из окон башни открывается прекрасный вид на восход солнца, окрашивающий все в ярко-оранжевый цвет. Сон мне никогда особенно не нравился, особенно после смерти Пенелопы. Я проверяю информацию о местонахождении своей машины и вижу, что она все еще припаркована по адресу Харпер Брукс. У меня достаточно времени, чтобы позаботиться о другом имени в моем списке, но я не могу забыть Скарлетт.

Я хочу, чтобы она вернулась в мои объятия и дрожала от моих прикосновений. Умоляла меня. Прошлой ночью мне потребовались все силы, чтобы остановиться, стоило лишь попробовать ее, но и этого мне не следовало делать, пока она справлялась с травмирующей ситуацией. Я сжимаю зубы, давление возвращает меня к реальности. Как будто я просто не могу контролировать себя рядом с ней. Я не буду удовлетворен, пока она не будет принадлежать мне целиком и полностью, телом и душой. Теперь, когда она знает правду, — принимает она ее или нет, — часть меня хочет держать ее рядом, пока я не уничтожу все имена в своем списке. Я никогда не хотел, чтобы она была замешана во всем этом, но судьба жестока.

Я собираюсь поехать на внедорожнике Санни в «Preston», зная, что по выходным он все равно спит почти до полудня. Когда я вхожу, бармен натирает стаканы. Право собственности на клуб было разделено между Тео, его ныне покойным отцом и финансовым директором «Aviary Tech» Маркусом Уиттиером. Я как раз вовремя, — Маркус сидит за круглым столом в окружении мужчин, когда меня приветствует хозяйка.

— Столик на одного? — спрашивает она с улыбкой, выработанной за долгие годы работы.

— Если только ты не захочешь присоединиться ко мне, — кажется неправильным даже предлагать это, хотя я знаю, что она откажется.

Хозяйка застенчиво хихикает, прежде чем жестом приглашает меня следовать за ней. Чувствуя, будто на моей коже только что появился слой грязи после того, как я усугубил ежедневный дискомфорт женщины, я позволяю ей отвести меня к месту в баре в пределах слышимости стола Маркуса.

— Вас устроит это место, сэр? — спрашивает она, хлопая ресницами в мою сторону.

Я киваю, и она возвращается к своему посту у входа. Один из самых распространенных слухов о ресторане касается того, как легко богатеи могут получить качественные наркотики и женщин. Опиаты фармацевтического качества, поставляемые «Aviary», и другие сувениры для вечеринок стали доступными для людей, обменивающимися миниатюрными сумками в переулках или уговаривающими секс-работников сесть в их машины на открытой улице.

Заказав местный ремесленный виски, я прокручиваю ленту в телефоне, чтобы выглядеть занятым, и подслушиваю разговоры за столом руководителей, сидящих слева от меня. Маркус сидит между двумя мужчинами лет сорока, которые, судя по всему, являются сотрудниками службы безопасности, а четвертый мужчина с седеющей бородой сидит напротив него. Их разговор поначалу довольно прост и неинтересен — сексистские шутки и уничижительные комментарии в адрес различных сотрудников «Aviary». В этом нет ничего сверхъестественного. Со временем тема переключается на более важные вопросы.