Чтение онлайн

— Да.

И чего ее туда понесло? Что с ней случилось? Что может молоденькая девочка делать в лесу среди ночи, в семидесяти километрах от города? Жму на газ, обгоняю Фуру, мчащуюся сто тридцать. Трасса чистая, ни одной встречки. В который раз набираю ее номер. Выключен… Твою мать! Как она только успела? Ее телефон выключился сразу. Она успела скинуть мне свое местоположение, а через пару секунд абонент пропал из зоны действия сети. Поглядываю на красный маячок на карте — позади только половина пути. Девочка! Зачем тебя понесло в такую глухомань? Ее образ никак не монтируется у меня с образом девиц, ведущих ночную жизнь. Если я хоть немного разгадал эту девушку, то она должна укладываться в пастель не позже десяти и пробуждаться с первыми птицами. Но никак не шататься ни пойми где среди ночи.

Дождь крупными каплями начинает барабанить по лобовому стеклу. Вспоминаю все возможные ругательства. Нога сама вдавливает педаль в пол, но машина быстрее ехать уже не может. Расстояние до маячка тает медленно. А дождь заряжает с новой силой. Ставлю дворники на самое быстрое положение. Краем зрения замечаю знак, предупреждающий о диких животных. Хоть бы не сбить никого. Расстояние уменьшается, адреналин зашкаливает. Торможу прям на дороге, врубаю аварийку. По асфальту рекой бежит вода. Дождь барабанит по листьям деревьев, создавая настоящую вакханалию звуков вокруг.

— Ульяна! Уля! Ты где? — кричу, пробираясь сквозь чащу.

Метров через сто обнаруживаю ее под старым ясенем. Девчонка сидит на земле, подтянув ноги к груди. Обнимает их руками и трясется, как осиновый лист. Спутанные распущенные волосы мокрыми лианами струятся по плечам. Девушка стучит зубами от холода, смотрит в одну точку и не обращает на меня никакого внимания.

— Уля, — присаживаюсь перед ней, подсвечивая наши лица фонариком телефона. Трогаю ее плечо. — Ульяна! Ты меня слышишь? — она кивает, но по-прежнему не поднимает на меня глаз. — Пойдем, — пытаюсь поднять ее на ноги. В темноте ее почти не разглядеть. Девушка поднимается, но едва держится на ногах. — Давай я тебе помогу, — пытаюсь подхватить ее на руки. Она дергается.

— Не надо! Я сама пойду, — говорит, не переставая стучать зубами. С трудом передвигает ноги. А я опускаю луч фонаря вниз. Мать моя женщина! — Что с твоими ногами? — не дожидаясь ее ответа, перекидываю девушку через плечо и спешу по направлению к машине. Она не сопротивляется. Плачет почти беззвучно. Рука, придерживающая ее за бедро, ощущает полностью оголенную кожу. Пытаюсь поправить ее юбку, но понимаю, что она порвана. Разорвана почти до талии.

Сомнений не было, а теперь их нет и подавно. Картинки того, что с ней происходило в последние часы, сами рисуются в моей голове. Как же так? Как же так? Не могу задать ей этот вопрос напрямую. Усаживаю ее на заднее сиденье автомобиля.

— Спасибо, — шепчет еле слышно. — Я вам все испачкаю здесь, — говорит, глотая слезы.

— Ты дурочка, что ли? Нашла, о чем думать, — опускаю взгляд на ее колени. Мороз пробегается по спине от одного зрелища. Разбитая кожа перепачкана грязью и кровью. Дождю не удалось полностью обмыть засохшую кровь. — Что за животное это сделало? — не могу удержаться от вопроса.

— Я сама прыгнула, — еле шевелит губами она.

— Куда, ты прыгнула? Под каток? — осторожно беру ее руки, рассматривая запястья и ладони. Охереть! Как же ей должно быть больно?

— Из окна.

Поднимаю на нее ошарашенный взгляд. Из какого еще окна? Что она несет?

— Ульяна! Я сейчас отвезу тебя в больницу, — пытаюсь закрыть заднюю дверцу. Но она вцепляется в мою руку мертвой хваткой.

— Ненужно в больницу! Нужно в полицию!

— Да! Да! Я вызову полицию в больницу. Они сами к тебе придут.

— Нет! Я лучше сама! Так будет лучше! Если я сама приду и признаюсь, будет лучше...

— В чем ты собралась признаваться — спрашиваю, пытаясь аккуратно расцепить ее пальцы, ухватившиеся за рукав моей мастерки.

— Я его убила, — произносит она, заглядывая мне в глаза. — Понимаете, убила! Скорее всего, меня уже ищут...

Я думал шокировать меня больше, чем я был шокирован только увидев ее, уже не возможно.

— Ты должна все рассказать мне!

Она отрицательно мотает головой. Я снимаю мокрую мастерку, от которой она ни за что не хочет отцепляться. Оставляю кофту в ее руках. Аккуратно захлопываю дверцу. Сажусь за руль и убираю машину с дороги, съезжая на обочину. За тем выхожу из нее и присаживаюсь на заднее сиденье к ней.

— Пожалуйста! Отвезите меня в полицию. Я должна признаться!

— Признаться в чем? В том, что какой-то отморозок изнасиловал тебя, а ты, обороняясь, отключила эту сволочь? Ульяна! Объясни мне, пожалуйста. У меня самого никак не получается додумать... Как ты здесь оказалась?

— Он не успел! Я ударила его раньше, чем он успел, — произносит девушка. А у меня камень падает с души. Все телесные раны залечить можно. Главное, чтобы не была изранена ее душа.

— Хорошо... Дальше что? — пытаюсь выудить из нее как можно больше информации.

— Не хочу рассказывать. Простите.

— Ладно! Я везу тебя в больницу. За полицию пока забудь. Не факт, что твой удар оказался смертельным, — пересаживаюсь за руль. Разворачиваю машину. Останавливаюсь и снова выхожу из нее. Достаю из багажника плед и бутылку воды.

— Уля! Если хочешь, сними платье. Закутайся в него. Ты никак не можешь согреться.

— Спасибо, — берет покрывало и воду, которую я тут же забираю из ее рук, и откручиваю крышку. Возвращаю бутылку. Девушка накидывает плед на плечи, игнорируя мое предложение избавиться от мокрой тряпки. Смотрит на меня затравленным зайцем.

— Уль, я бы дал тебе что-нибудь обезболивающее, но свою аптечку я буквально несколько дней назад отдал одному деду, которому прихерело прямо на дороге.

— Не надо ничего. Спасибо! И в больницу, наверное, не надо. Отвезите меня, пожалуйста, домой.

— Ага! А ты сразу к ментам, да? Нет, милая, так не пойдет... Сначала нужно во всем разобраться.

— Я серьезно! Это просто царапины! Я знаю, как лечить такое самостоятельно. Мне не нужен ни осмотр, ни советы врача.

— О! Я смотрю, ты ожила! Вон как затараторила. Попей, попей еще водички… Дорога у нас с тобой предстоит длинная. Обратно я не полечу, так как летел сюда. Веришь или нет! Но я побил все свои скоростные рекорды.

Дождь прекратился. Дворники перестали раздражающе летать перед глазами. Я успокоился немного. Да и она, вероятно, начала приходить в себя.

— Уль! Рассказывай! Пока я не рассмотрю всей картины, в полицию я тебя не пущу. А живу я на двенадцатом этаже, оттуда ты не сиганешь, — говорю и мысленно бью себя по морде. Ну что я за дебил? Зачем напоминать ей все это!

— Вы что, везете меня к себе — взволновано спрашивает девушка.

— Именно! И врача я все равно тебе вызову…

Смотрю на нее в зеркало заднего вида. Во мраке салона не разглядеть ее эмоций.