Чтение онлайн

— Неужели ты никому не делал предложения? — спросила она, уверенная, что женским вниманием Сэм обижен не был.

Он покачал головой и сделал глоток темно-красного вина.

— Никому.

— А мне делали. Правда, до обручения не дошло, — призналась она. — Мы вместе учились, но когда он переехал в Сидней, я поняла справедливость поговорки «с глаз долой, из сердца вон».

Внезапно на его губах появилась порочная улыбка.

— Расскажи мне о своих фантазиях, — прошептал Сэм, придвинувшись ближе.

Наверное, резкая смена темы должна была насторожить Фиону, но пламя, горевшее в глазах Сэма, лишило ее способности связно мыслить.

— Это для меня белое пятно, — призналась она и беспомощно пожала плечами. — Извини.

Если Сэм и удивился, то не подал виду.

— У каждого есть фантазии, — хрипловато сказал он. Рука Сэма легла на ее колено и забралась под подол короткой красной юбки.

Фиону тут же бросило в жар.

— Не у каждого. — У нее были не фантазии, а воспоминания. Сладкие сексуальные воспоминания о том, как они занимались любовью.

— Я фантазировал о тебе. — Пальцы Сэма коснулись обнаженной кожи над кружевной резинкой чулка. — Много.

Фиона с трудом втянула в себя воздух, радуясь тому, что их прикрывает длинная скатерть.

— Серьезно? — Впрочем, в объяснениях она не нуждалась. Воспоминания говорили сами за себя.

Сэм кивнул и пристально посмотрел ей в глаза.

— Вспомни душ, — вполголоса сказал он.

Она откашлялась и прошептала:

— Это была не фантазия. — Когда Фиона вспомнила, как льнули друг к другу их тела, скользкие от мыла и теплой воды, ее бросило в дрожь. Им было жарко. Тесно. И ужасно приятно.

Мужская рука начала поглаживать ее ляжку.

— Нет, фантазия, — сказал Сэм, заставив ее слегка раздвинуть ноги. — Я уже давно думал об этом.

Когда пальцы Сэма добрались до ее трусиков, Фиона едва не застонала. Никакая фантазия не могла сравниться с тем, что она переживала сейчас.

Сэм придвинулся еще ближе, как будто пытался закрыть ее от взглядов других посетителей ресторана. Слава Богу, что он выбрал кабинку в самом темном углу. Нарочно? Скорее всего, да.

— Фиона, ты когда-нибудь доставляла удовольствие самой себе? — шепнул он ей на ухо. По коже Фионы побежали мурашки.

— Я всего неделю назад узнала, что такое оргазм. А что?

Сэм отстранился и посмотрел на Фиону. Его глаза потемнели от желания.

— Даже в тот вечер, когда мы разговаривали по телефону?

Она покачала головой. Да, даже тогда, хотя ее тело изнывало от тоски по нему.

— Ты доверяешь мне? — спустя мгновение спросил Сэм.

Фиона знала, что Сэм не причинит ей физического вреда. Знала так же, как-то, что солнце встает на востоке, а садится на западе. Но не была уверена, что он не разобьет ей сердце.

— Да, — прошептала она. — Доверяю.

— Закрой глаза.

— Ты не забыл, что мы в ресторане? — спросила Фиона, но глаза все же закрыла. — Это общественное место.

— Расскажи, что на тебе надето. Под платьем.

Видимо, для мужчины, решившего настоять на своем, место значения не имеет.

— Лифчик и трусики.

— Это не дает простора воображению. Какого они цвета?

— Красные. Точнее, цвета спелой вишни, — добавила она. — Или бархатной коробочки с конфетами, которые дарят в День святого Валентина. — Фиона открыла один глаз и посмотрела на него. — Или это цвет моих щек?

Сэм хмыкнул, и его рука застыла на месте.

— Закрой глаза.

Она подчинилась и снова почувствовала легкое прикосновение его пальцев. Фиона подалась навстречу его руке, словно та была наркотиком, способным погрузить ее в мир грез.

— Это кружева. — Хрипловатый голос Сэма действовал на нее опьяняюще.

— Это стринг? — спросил он. — Лоскуток материи, который дразнит тебя, возбуждает и заставляет жаждать моих прикосновений?

Фиона представила себе, что пальцы Сэма проникают в нее. Желание заструилось по ее жилам как вода, прорвавшая плотину.

— Сэм... — Ее шепот был похож на страстный стон.

— Фиона, скажи, какие на тебе трусики. Но не пытайся лгать. Я сразу пойму.

Кончик большого пальца ритмично поглаживал ее промежность, заставив Фиону вспомнить влажный жар мужских губ.

— Это трусы для мальчиков.

— Гм... — пробормотал Сэм. — Они мокрые. Это очень возбуждает.

Фиона закусила губу. Ресторан исчез, и они очутились в закрытом гроте. От белого песка их отделяет лишь тонкая подстилка. Волны накатываются на берег, солнце целует их тела, а Сэм целует ее в самые интимные места...

Ее живот напрягся и запульсировал.

Они одни. Свободные, обнаженные и думающие лишь об удовольствии.

Она — Венера Боттичелли. Только что родившаяся и готовая бесстыдно насладиться вновь обретенным телом.

О Боже, сейчас она ощутит оргазм посреди ресторана!

Фиона рывком открыла глаза, схватила Сэма за запястье и отстранила его руку.

— Давай уйдем, — сдавленно пробормотала она.

— Почему? — невинно спросил Сэм и снова прижал руку к ее промежности, заставив Фиону скорчиться. — Это только начало.

Она потянулась к бокалу и выпила остатки вина как сырую воду.

— Сэм, — дрожа всем телом, сказала Фиона, — если ты не уведешь меня, я кончу прямо здесь.

— Если ты не знаешь собственного тела, — сказал Сэм, — то откуда ты знаешь, что может доставить тебе удовольствие?

Он прижимался грудью к спине Фионы. Оба смотрели в зеркало платяного шкафа. Их тела, напоминавшие эротический портрет, купались в мягком свете настольной лампы, горевшей в другой комнате.

Фиона чувственно улыбнулась.

— Я знаю, что доставляет мне удовольствие.

Сэм провел ладонями по ее предплечьям.

— Тогда скажи мне. Что может свести тебя с ума?

— Разве это не ясно? Когда я... когда ты заставляешь меня... — Она пожала плечами. — Сам знаешь.

У нее порозовели щеки. Этот внезапный приступ стыдливости заставил Сэма улыбнуться. Полчаса назад она без всякой робости призналась, что была близка к оргазму.

Его замысел отвлечь Фиону от неудобного разговора о прошлых связях увенчался успехом, но дорого обошелся самому Сэму. Впрочем, ситуация требовала решительных мер.