Чтение онлайн

Мефистофель радовался. Братва притащила целый воз добра. Но показывать, что он доволен, главарь бандитов не торопился. «При этих только прояви толику слабости, вмиг узреют и вцепятся в глотку. Волки – они и в Африке волки». Являясь достаточно долго «паханом» крупной бандитской группировки у самого Рубежа Зоны, Мефистофель взял за принцип: никогда не расслаблять тех, кто под ним ходит. И все знают, что главарь суров. Суров, но справедлив. Ни разу не произошло случая, чтобы он кого-нибудь обделил при распределении добычи. Да и связи наладил неплохие. Особых проблем с переходами через Рубеж в Зону и обратно при нем не возникало никогда. С условием, конечно, если все действия согласовывались с Мефистофелем заранее и обязательно им одобрялись.

Раньше он сам частенько ходил в рейды, а в последнее время заматерел, обрюзг и предпочитал вести оседлый образ жизни. Да и был ли смысл в собственном риске, коли «под ногтем» достаточное количество молодежи, и в подручных ходили старики, им же лично обученные? Пусть уж они совершают лишние телодвижения, а его доля и без этого будет немалой. Он – основатель, мозг и бесспорный лидер. Ему лучшие куски…

А если кто-то изъявит желание и попытается оспорить его право, пусть потом пеняет на себя. Мефистофель ухмыльнулся: «Если будет чем пенять». Он, конечно, волчара старый, но еще не настолько, чтобы не суметь перегрызть глотки забуревшей молодежи. Вот еще несколько лет, а там будет видно. На его век, дай бог и Зона, «бабулек» хватит. И даже наследникам на пару поколений вперед. А там хоть потоп, хоть трава не расти! Лишь бы небо на землю не сверзилось… Он давно уже подумывал оставить Зонные дела и податься на желтый песочек, мягкую травку, тепленькую водичку лечебного морского лимана… Не обделенный предвидением, заглядывая наперед, бандит понемногу присматривал себе замену. Такую, чтобы самому не больно было уходить и мужикам подходила. Глядишь, еще и на «пенсии» пособие кое-какое будут отстегивать за прошлые заслуги. И подобную кандидатуру Мефистофель присмотрел давно. Его помощник и правая рука – Бурелом. Крепкий мужик с очень нелегкой рукой, и главное – преданный, как собака.

Ситуацию, при которой познакомились они с помощником, пахан помнил отчетливо и в самых мелких подробностях. На задворках бара «Респект» вблизи Рубежа частенько устраивали увеселительные мероприятия. Бои без правил имели узкую направленность. Прошедшие Зону люди, зачерствевшие душой, упивались кровавым зрелищем и людскими смертями. Ставки шли немалые. Отпетые бандиты, облюбовавшие для совершаемых сделок местность, покинутую напуганными близостью Зоны жильцами, жаждали крови. Надо сказать, что с жизнью расставаться не торопился никто, поэтому желающих поучаствовать в боях было – кот наплакал. Вот и ухитрялись «паханы» подбивать «братву» на отлов направляющихся в Зону в поисках призрачного счастья сталкеров.

Сам Мефистофель предпочитал подобным не заниматься, но «должность», как говорится, обязывала присутствовать на частых сходках. Соответственно, и наблюдать жестокие сцены ему приходилось регулярно. Как правило, сражались на ринге, будто специально подобранные задохлики, на которых без слез и смотреть-то страшно до невозможного. А тут, в один прекрасный момент, в поле зрения попали два парня, словно сошедшие с обложки журнала о культуристах. Рослые, статные, мышцами не обиженные благодаря матушке-природе да наверняка и собственным стараниям. Ближе к концовке боя один уже восседал на другом и методичными ударами кулаков, похожих на увесистые кузнечные кувалды, старался добить проигравшего. Страсти в толпе накалялись, все ждали трагической развязки. Но вдруг Мефистофель поддался сиюминутному порыву и совершил неожиданный поступок. Чутье заставило авторитета предотвратить смертельный исход. Резко вскочив с места большим прыжком и оказавшись в центре ринга, он убойным прямым ударом «выключил» победителя, который, несмотря на крупные габариты, кубарем слетел с поверженного противника и не приходил в сознание еще добрых полчаса.

Кто знает, чем тогда могло закончиться происшествие для Мефистофеля, но определенно свою роль сыграло то, что мероприятие было организовано в его честь. Пятидесятилетие «пахана» «братва» решила провести на самом высоком уровне. Возмущенным компаньонам и конкурентам пришлось отдать откупную за сохранение жизни парня и моральный ущерб. Касса группировки на тот момент ощутимо оскудела, но Мефистофель отнесся к этому спокойно, интуитивно чувствуя, что в дальнейшем его сегодняшний поступок окупится с лихвой. Впоследствии так и вышло: его новый помощник оказался на редкость удачливым и полезным. Бурелом быстро обломал зарывающихся членов банды, расставив в группировке все точки над «и», укрепив тем самым хромавшую в ней до тех пор дисциплину. Авторитету оставалось лишь со спокойствием сытого удава взирать на происходящее, одобрительно кивая и со смешком покашливая в широкие рукава домашнего халата. Бандерлоги могли «подойти поближе». Набычившийся в напыщенной суровости, но безмерно довольный в душе, Мефистофель важно прохаживался по своим владениям и не мог нахвалиться старательным новичком.

Так почти незаметно пролетело пять лет. За это время «пахан» вкупе со своим заместителем успел прижать к ногтю большую часть конкурирующих банд. Группировка выросла в несколько раз, дела резко пошли в гору, а сам Мефистофель в полтора обхвата раздался вширь. Сидя на веранде «поместья», авторитет наблюдал за приемом принесенного в казну хабара. Его нисколько не волновало, какими методами оказалась добыта большая часть и сколько человек отдали за нее жизни. Все основано на деньгах, в этом он убедился еще с детства: и власть, и сила, и хорошие отношения, и полезные знакомства в различных кругах. Щедрый гонорар за связи и блат с лихвой окупался бесперебойной поставкой из Зоны выгодного товара, пользующегося умопомрачительным спросом. А это опять же деньги. Круговорот денег в природе.

Мефистофель чувствовал себя бодро. Дела идут, контора пишет, таможня дает добро, манна небесная сыплется золотистым дождичком прямо в широко раскрытый карман… Исполнительность «паствы» радовала, но непререкаемые власть и авторитет требовали подтверждения, поэтому для острастки обязательно находился козел отпущения. А делать это наметанным глазом бывалый главарь умел с легкостью. По принципу «бей своих, чтобы чужие боялись» Мефистофель выбрал очередную жертву в виде старшего одной из групп, внесших в общак самую малую долю.

– Слышь, Вялый, а почему это ты последнее время со своей кодлой стал так мало хабара в казну приносить? Зазнался, никак? Или шкурные вопросы попутно, втихую от меня и братвы решаешь? – насупленный взор «пахана» и внушительная фигура возвышающегося над Вялым Бурелома заставили того вздрогнуть и вжать голову в плечи.

– Так это, мы ж… как все, стараемся вроде… – страх перед возможной расправой сковал челюсти бандита. – Поначалу, это… было много всего… но вот призрак этот…

– Какой еще к лешему призрак?! – Мефистофель удивленно вскинул вверх густые брови. – В Зоне призраков до черта и больше. Но, насколько я знаю, все это бабушкины сказки трусоватых сталкерюг. Поди, просидели опять где-нибудь в «Ширеве», да бабло казенное прожрали? А на обратной дороге подвалили пару доходяг, да забросили своих двоих, из числа самых ненужных, в какую-нибудь «мясорубку» и, типа – призрак виноват, так?!

– Н-н-нет, батя. Н-н-не так было… Мы четыре группы выследили и подловили. Хабар оказался на загляденье нехилым. Жмуров положили до фигища. А тут внезапно этот призрак… как из-под земли…

Лицо Вялого приобрело серый оттенок, отчего он сам стал похож на призрака Зоны. Не закончив фразу, бандит осекся и стушевался окончательно. Пришлось Бурелому придать парню «реактивной скорости» легким, по его понятиям, отеческим «лещом», прозвучавшим в наступившей тишине громом близкой молнии во время очередного Выброса. Вялый, не сделавший даже попытки уклониться, резко подался всем корпусом тела вперед и вжал голову в плечи еще сильнее. А Мефистофель, знающий его как старшего группы из числа не слабых волей людей, заинтересовался и остановил движением руки вторую попытку помощника доставить бандиту очередную порцию «непередаваемых ощущений».

– А ну-ка, дружок, обстоятельней и более внятно, что еще за призрак на нашей подконтрольной территории?

– Его зовут Лучник, – уже связно и торопливо начал повествование совладавший с нервозностью и испугом Вялый. – Недавно объявился в Зоне. Из лука своего лупит так, что автоматы не успевают стрелять. Неожиданно возникает и исчезает вновь, как будто его и не было никогда. По рассказам братвы, он объявил войну тем, кто живет разбоем. Ну… то есть нам… – Вялый вновь замялся на время, искоса проследив за реакцией «пахана», а затем продолжил: – Мы уже в обратный путь собирались, набившись под завязку, когда четвертую группу лохов завалили. А тут он, как из-под земли появился… Вот и успел Перца и Тлю завалить, а мы – ноги в руки и бегом. А иначе и сами могли там остаться. Страшно, батя, правда… Весь в черном, лук черный и стрелы такие же, причем не задерживают их никакие препятствия. Могут прямо сквозь дерево пролететь или стену. Но это еще не все… С ним в паре мутант один – зверюга еще та. Одни когти с клыками чуть не по полметра длиной. Он Тле голову одним ударом лапищи напрочь снес, я сам видел… Она отлетела от тела аж метров на десять. А Тля, как тот всадник без головы, еще несколько метров шел по прямой, будто с ним ничего не произошло! Остальным повезло, что на взгорке находились, метров сто до этих призраков было. Только бегом и спаслись. Почитай, километров шесть трусили рысцой, пока без сил на землю не рухнули. Часа два потом лежали и назад все время оглядывались. Не дай бог! Теперь даже не знаем, как в Зону ходить… Мужики переканили страсть как, только штаны успевай менять, – голос Вялого дрогнул, и он боязливо посмотрел исподлобья на Бурелома, а потом, собравшись с духом, закончил: – Так что, извини, но больше сегодня принести ничего не смогли. Основная часть хабара как раз у Тли и Перца в рюкзаках была. Щас как вспомним про случившееся, душа в пятки уходит…