Чтение онлайн

– О, Великий, скажи, что мы можем сделать в данной ситуации? Наша группа внешней разведки, отправленная к Большим Лужам, пропала бесследно… Может, нам стоит самим двинуться на поиски Армады или все же дождаться подхода союзников? Какие будут приказания?

– Союзников?! Какие, к чертям собачьим, союзники? Их нет! И никогда не было… Все это туфта, выдумки, сказки. Чтобы поднять дух твоих подчиненных, чтобы дать им уверовать в силу по ту сторону Рубежа. Мы… я полагался только на свои силы, на свое чудо-оружие, на статус и престиж «Ока» перед этим отребьем… А та самая «сила», которую на меня вывели именно вы… Да, да! Именно вы вывели на меня некое «Всевластие»! Это вы уверяли меня, что запад с его масонами и их ложей, внедрившейся даже во властные структуры нашей страны, и есть самый главный наш союзник и друг! Какой друг может получиться из того, кто смотрит на тебя свысока? Кто как нищему на церковной паперти бросает тебе с недосягаемых высот кусок черствого хлеба в виде денежных потоков, нисколько не заботясь – пойдут ли они на пользу этому нищему?! Они все плевали на наши старания… Кстати, старания – укрепить их власть над людьми, а не себе в помощь! Эх, а я так вам поверил, когда пустил в дело все свои знания и умения… Ну, вернее, не вам, а им, но это сути вещей не меняет. И что теперь? А теперь все! Все-е-е! – Синцов умолк, переводя дух, нервно тряся руками и протирая очки. – Так. Я, кажется, знаю… У нас еще есть запасной вариант! Но, скорее всего, последний, поэтому напрячься стоит как никогда. Слышишь?! Как никогда! Армада. Только найдя и активируя ее, мы сможем заново возродить «Око», восстановить власть и влияние на этих… да на весь мир! Кхм… И даже на ваше долбаное «Всевластие»! И только попробуй мне вякнуть… даже подумать, что ты не сможешь, что слаб или не согласен! Сгною, испепелю. Прокляну Основателями!

Последние слова смутили и отчасти испугали Борна. Никакие другие угрозы силового воздействия не страшили опытного матерого вояку-натовца, а вот угроза потери веры во Всевышнего, в Основателей, в силу и власть которых верил каждый боец «Легиона», пугала и удручала. Сводила на нет все старания тевтонов, смысл существования их клана, надежду на контакт со всемогущими Древними.

– Не смею сомневаться в твоих способностях и уме, о, Великий! – ответил Борн, вытянувшись в струнку. – Служу тебе, молюсь Всевышнему «О» и готов насмерть биться за наши идеи.

Синцов напялил очки, вплотную приблизился к тевтону, встал на цыпочки и посмотрел ему прямо в глаза. Холодные немигающие глаза легионера выражали преданность и тупое подчинение.

– Хорошо, Борн! Так ты со мной до конца? Хорошо. Свободен. Будь рядом, я решу, чем мы займемся в ближайшие часы. А пока соблюдайте полную тишину в эфире, бдите округу, и чтобы ни одна собака не прознала, что мы живы и где находимся. Ясно?

– Яволь.

Легионер вышел, громко стуча каблуками и бренча латами экипировки. Синцов обвел взглядом помещение, будто убеждался в своем одиночестве, хмыкнул, подумав: «Еще скажи – мой фюрер…», и вынул из кармана униформы КПК. Свой личный, со вставленным в него кварцевым кристаллом, «наладонник», который он нашел еще в далеком две тысячи шестом году на теле одного погибшего сталкера. «А ведь тогда все только начиналось… Тогда я мог спокойно развернуть свои исследования, и никто мне не мешал! А значит, следует все же вернуться в прошлое и кое-что там изменить…» Ладоням сразу стало тепло и приятно, грани гаджета переливались голубоватыми бликами, завороженный, словно загипнотизированный, взгляд приковался к экрану.

– Я знаю, что делать и кто нам поможет!

Синцов ехидно улыбнулся и перехватил КПК крепче. Тонкие губы сжались, глаза, смотрящие из-под очков, сузились, высоко задрался подбородок. В эту минуту ученый стал снова похож на одержимого злого гения «Ока», каким и слыл прежде…

– В чем дело, Борн? На тебе лица нет.

– О, Великий…

– …Давай короче.

– Мы потеряли связь с двойкой внешнего наблюдения. Дозор молчит уже четверть часа.

– И? Твои действия, предположения.

– Скорее всего, они мертвы. У меня строгая дисциплина в подразделении и четкое исполнение регламента и устава. Прошу твоего разрешения выдвинуться на поиски дозора в связи с тем, что ты запретил любую связь с наружным миром.

– А потерять еще людей не боишься?

– Я ничего не боюсь, но людьми своими разбрасываться тоже не могу. Разреши выход?

Синцов закусил губу, перестал набивать ранец документами, исподлобья взглянул на начальника безопасности:

– Вылазку разрешаю. У твоих людей час времени, потом мы уходим. И, Борн… под твою ответственность. Если сталкеры узнают наше точное местонахождение, то считай, что больше не будет «Ока», Основателей и, соответственно… Армады. И не будет, как ты помнишь, возможности твоего переноса в прошлое и встречи с больным сыном. Все понятно?

– Яволь. Я благодарен тебе за то, что ты помнишь…

– … Ступай, Борн. И да хранит тебя «Око»!

– «Око» хранит!

Легионер вышел, а профессор продолжил сборы. Через час им, горстке оставшихся от «Ока», предстояло покинуть Бункер, преодолеть горную гряду и достичь Больших Луж. А уж там найти Болотника и через него Армаду. Ту самую мистическую Армаду, слухи о которой оказались совсем не беспочвенны. Уж в этом фанатичный ученый был теперь уверен на все сто процентов. Благодаря своему уму, он с точностью смог определить местоположение сакрального объекта, построенного Древними. Кем они были – эти Древние? Одной из живших ранее на планете рас, погибшей или ушедшей через ту же самую Армаду от надвигающегося Катаклизма куда-то на более спокойную ветвь параллельной реальности? Или вообще какой-то инопланетной цивилизацией, почти сумевшей покорить всю Вселенную? Кто знает… Но не это сейчас волновало хозяина «Ока». Погибли, пропали или ушли – какая разница! Главное, что их больше нет! И наверняка не будет уже никогда. Прошло много веков, тысяч или даже миллионов лет. За это время они, если бы желали узнать, что происходит в этой ветви реальности, давно бы вернулись, чтобы хоть одним глазком глянуть, чего достигло человечество, развивающееся после них, являющееся их прямым наследником. А раз преемником, то и думать о собственном будущем, а возможно, и прошлом человечество имеет право само!

Проснувшееся с новой силой тщеславие ученого-фанатика заставило его лихорадочно искать выход из катастрофического положения. А еще глубокая обида на всех и вся… За не сложившиеся планы и, что уж греха таить, жалкое, почти ничтожное существование в одном из черных пятен на теле планеты – в Зоне. Он не видел жизни! Поэтому сейчас готов был пойти на все, чтобы попытаться хоть что-то в ней исправить. И его больше всего сейчас волновало собственное прошлое, а для этого нужны были Армада и… вдруг так сильно ставший ненавистным…

«Болотник!». Синцов хорошо помнил этого человека, бывшего сержанта Советской Армии Виталия Скобленко, одного из той четверки охраны ученого в пору его бытия начальником лаборатории секретного проекта на территории Станции. Когда произошел первый роковой взрыв на АЭС, называемый позже Первой Вспышкой. Подземелья с крысами-мутантами, разрушаемый реактор, затопленные тоннели, «пространственный пузырь» и невероятным образом попавший в лабораторию через портал мимикрим, обрушивший свой гнев на смельчаков. Скобленко впоследствии стал Легендой Зоны – известным врачевателем и знахарем Болотником. Как и его товарищи: сержант Кицелюк, превратившийся в Черного Сталкера, сержант Баранов, названный Картографом, и… бывший старший лейтенант, а ныне полковник Шелестов!

– Проклятье! – Синцов ударил ребром ладони по краю жидкокристаллического монитора, отдернул руку, пронзенную болью, и задумался: «Шелестов! Отряд спецназа “Риф”, который примкнул к сводной команде сталкеров, “Анархии” и “Пепла” для штурма Станции. И, скорее всего, именно Шелестов и его волкодавы весомо повлияли на исход операции, нанесли укол “Оку” в самое сердце. Сволочи! Не-е, я, как только завладею Армадой, нырну в прошлое и все там изменю. Умерший от рака сынок Борна подождет, ничего, успеется. Такие мелочи меня не интересуют».

Обещание своему начальнику безопасности отправить его в тот год, когда ребенок натовца заболел, Синцов не забывал и не снимал с себя ответственности за его реализацию, но сейчас предстояли дела куда поважнее: реконструкция Зоны, реанимация погибшего персонала двадцать восьмой лаборатории АЭС, предотвращение взрыва и много-много других дел. Там же можно и ликвидировать Шелестова с его командой, чтобы они никогда уже не стали легендами. Да и на Большой земле кое-что поменять, дабы привести в порядок орден масонов и наказать в нем кое-кого.

Синцов чертыхнулся и стал спешно собирать документы, вещи и гаджеты. Нужно было торопиться, тем более, исчезновение дозора его охраны тревожным звоночком известило о надвигающейся, несмотря на строжайшую секретность, опасности. Возможно, кто-то уже подбирался к Бункеру!

Новая двойка тевтонов, направленная для поиска предыдущей, наткнулась на мертвых товарищей уже через пятнадцать минут начала поиска. Густой кустарник и редкие деревья не помешали тщательно осмотреть местность, трупы бойцов в серых латах лежали рядышком, ровно, со сложенными на пробитой груди руками. Размер отверстий в грудной клетке каждого указывал на то, что их убили острым толстым оружием, типа копья или кола. Но пробить кевларовые доспехи с титановыми вставками такими вещами, даже очень остро заточенными, не представлялось возможным. Значит, нашелся кто-то, владеющий иным орудием для умерщвления или знающий особые способы убийства.