Чтение онлайн

Быстро, пока Митя все еще стоит, помогаю ему с майкой и футболкой. Он оттягивает её двумя руками и пытается рассмотреть.

– Давай, я тебя переодену, сфотографирую, и ты сможешь на себя посмотреть…

Прикусываю щеку и жду кивка. Если он позволит, то у меня будет фотография сына, которую смогу показать Ярославу. А еще поставлю на заставку и часами стану рассматривать.

И да… он кивнул, кивнул!

Трусики Митя снимать не стал, а вот от колготок избавился очень быстро. И сам медленно стал одеваться. Я лишь чуть помогала, не встревая в процесса. Как только малыш завершил, то встал передо мной, а потом подумал, подбежал к игрушкам, подхватил их обеими руками и вернулся ко мне. Я сделала столько снимков, сколько успела. Пусть они все одинаковые, пусть!

Пока Митя рассматривал себя и наклонял голову то на одну сторону, то на другую, все же незаметно смахнула набежавшие слезы.

– Время, - раздается резкий стул в дверь, от которого мы вдвоем вздрагиваем и переглядываемся.

Митя забирает оставшуюся одежду и идет к двери, но в самый последний момент останавливается и оборачивается.

– Я завтра приду, - обещаю, а он кивает и уходит.

Собираю его вещи, быстро пряча в сумку. Туда, где уже лежит моя первая кукла. Мой первый подарок. Наверное, я понимаю чувства Мити, и мы с ним даже похожи… в этом одиночестве и недоверии ко всем.

Я ухожу одна… Заведующая даже не проводила. Ну и ладно, не к ней, собственно говоря, и приходила.

Глава 12.

Ярослав.

Успеваю зажечь свечи и потушить свет к тому моменту, как дверь в квартиру открывается. Выхожу встречать именинницу и замечаю, как светятся счастьем глаза. Варя, не успев раздеться, начинает рассказывать о том, что сегодня самый замечательный день в её жизни. Глотая воздух и запинаясь на словах, девушка активно жестикулировала.

– Ты себе представить не можешь! Меня просто эмоции переполняют! – и начинает рассказывать о своих первых ощущениях от долгожданного подарка, потом про то, что удачно заказала справку и о сыне. Да, она уже сейчас говорит о мальчике, как о своем сыне. И я вижу обожание во взгляде, вижу, как закусывает губу, показывая экран телефона, на котором виднеется фото ребенка с очень серьезным и взрослым взглядом. Он переодет в то, что мы буквально недавно купили, в руках держит подарок и того самого медведя. Наверное, единственное воспоминание о прошлом…. Не могу сказать. Но вот то, что Варвара вдруг ожила – верю. Она светится, у неё есть планы на будущее, и мне даже не хочется спрашивать, а если там место мне. Потому что если нет…. Не знаю…, будет больно.

Веду её к столу, отодвигаю стул, помогая сесть. Варя крутит головой во все стороны, потому что огоньки от свечей бросают таинственные тени на стены и кухонный гарнитур.

– Решил, что нам лучше побыть дома, если ты не против, - помню про ресторан, но это был бы для неё перебором.

Открываю бутылку шампанского и разливаю игристый напиток по высоким хрустальным фужерам. Хочу услышать их звон, когда соприкоснутся бокалы, хочу, чтобы Варя загадала еще одно желание. И я бы с радостью его исполнил.

Девушка улыбается так открыто, что просто любуюсь. Больше нет той строгой начальницы, которую все боятся. Сейчас Варя – словно открытая книга. Такая беззащитная и доверчивая, что хочется закрыть от всего мира.

Я первым замечаю, как на экране её телефона высвечивается имя отца, и быстро забираю смартфон, пряча под столом.

– Сегодня отдыхаем, сегодня твой день и я хочу, чтобы ты его запомнила, - наши бокалы со звоном встречаются. И моя любимая на какой-то момент замирает, прислушиваясь к звукам. Да, теперь точно могу сказать, что потерялся в этой необыкновенной и сильной девушке.

– Спасибо, - очень тихо шепчет и прикрывает глаза, делая первый пробный глоток. Облизывает губы и наклоняет голову на бок, - за все спасибо!

Искренне, глаза в глаза. И я вновь теряюсь в ней, растворяюсь, как сахар в горячей воде и тону, тону, тону…

Утром проспали до обеда, отключившись слишком поздно, прижавшись, друг к другу. Никогда еще мне не было так хорошо, и даже совесть не мучила. Проспал впервые в жизни работу, да и плевать. Вот эти крепкие объятья того стоят.

Варя приоткрывает сначала один глаз, потом второй. Жмурится от солнца и улыбается. Сонная и заспанная, с взъерошенными волосами они выглядит еще нежнее и желаннее.

Нехотя по очереди идем в душ, завтракаем и медленно собираемся. Кое-как успели приехать к часу. А нас уже ждут.

– Ярослав Викторович, потрудитесь объясниться, - хрипит от злости Лазарев старший. А мне на него плевать. Смотрю на мужика, который вызывает лишь презрение и брезгливость.

– Что же вам объяснить? – приподнимаю одну бровь.

– Вот это! – тычет пальцем на мою руку, которой обнимаю Варю за талию.

– А вы сами не догадываетесь? – он все прекрасно понимает и видит, как девушка теснее прижимается ко мне, от этого бесится еще сильнее, краснеет, поджимая губы.

– Она моя дочь и я…

– Она ваша совершеннолетняя дочь, которая сама вправе решить, что ей делать, когда и с кем.

Да, я сейчас не похож на покладистого мальчика и быть им не собираюсь. Отодвигаю Варвару себе за спину, полностью заграждая от отца. Но он явно не собирается сдаваться.

Предпринимает еще пару попыток поговорить с дочерью, да только та уткнулась лбом мне в спину и молчит.

– Ладно, мы еще увидимся, - обещает Анатолий Игнатьевич и быстро уходит. Поворачиваюсь к Варе и вижу, сколько боли плещется на дне её глаз. Но она держится, не подает виду, что её обидно или неприятно.

– Он сделает все, чтобы нас рассорить, - говорит, делая шаг ко мне.

– Пусть попробует, - отвечаю и глажу девушку по голове.

Посмотрим, что придумает старый хрыч. И хватит ли у него сил. Потому что просто так отступать, и я не намерен.

Первым же делом желаю обезопасить Варвару от всякого рода посягательств родственников. Я уверен, что сын и отец предпримут попытку встретиться с девушкой вне стен офиса, и не факт, что смогу быть рядом. А значит, есть только одно средство.

– Мирон Николаевич, рад слышать!

– Ярик, ты что ль?

– Да кто ж еще! – смеюсь, - узнал, смотрю.

– Еще бы! По делу звонишь или как?

– По делу, мне бы двух твоих архаровцев для охраны.

– Так, тебе кто-то угрожает? – сразу меняет свой тон на серьезный.

– Не мне, пока что, а девушке, - почему-то по телефону не хочется с ним говорить на такие откровенные темы.

– Понял, через минут тридцать подъедут лучшие, а тебя жду к себе на чай или что покрепче, нам явно есть что осудить.