Чтение онлайн

Солнце уже начинало клониться к закату. Аббада, хорошо зная все изгибы дороги и мелкие тропки, сокращавшие путь, быстро шла вперед, сопровождаемая ни на шаг не отстававшей Маймуной. Но уже через полчаса силы у старухи иссякли; задыхаясь и едва не падая от усталости, она опустилась на придорожный камень. Маймуна, подгоняемая любовью, была готова бежать еще сколько угодно. В пылу она совсем забыла про то, что бабушка у нее старая, и сейчас, увидав, как та, тяжело дыша, утирает пот, струйками стекавший по лицу и шее, пришла в отчаяние, поняв, что дальше старая женщина двигаться не сможет, что ей нужна остановка. Ах, почему у Маймуны нет крыльев! С какой быстротой полетела бы она к дому своего милого!

Девушка заметалась в нерешительности, что делать дальше: продолжать ли ей путь одной, оставив здесь Аббаду, или подождать немного в надежде, что та оправится и сможет идти. Но, во-первых, девушка не знала дороги, а главное, совесть не позволяла ей бросить старуху одну в таком пустынном месте. Отбросив первое намерение, она уселась рядом и принялась утирать пот с лица Аббады, стараясь ободрить ее и утешить. Аббада из-за сильной усталости даже слова не могла вымолвить. Лишь через некоторое время к ней вернулся дар речи.

— Мы совсем близко от цели нашего пути, — проговорила она. — Видишь ту высокую пальму?

Солнце к тому времени почти скрылось за деревьями, которые остались позади, на западном берегу Тигра. Маймуна взглянула на восток, куда они шли, и в косых лучах заходящего солнца увидела пальму, о которой говорила Аббада.

— Это под ней мы любили сидеть, когда выходили из дома? — радостно воскликнула девушка.

— Да, да, под ней!

— Значит, дом Бехзада близко! Прошу тебя, собери остаток сил, пойдем скорее, осталось совсем немного, а то ведь этот подлый сброд опередит нас!

— Не бойся, — успокоила внучку Аббада. — Они все еще плывут по реке.

С огромным трудом старая женщина поднялась и двинулась вперед. Маймуна последовала за ней, сдерживая нетерпение и в душе моля бога дать силы Аббаде.

Так они шли, пока не достигли рынков на окраине города. Пройдя сквозь них, путницы оказались у дома Бехзада. В последних лучах заходящего солнца они разглядели закрытую дверь. Возле дома никого не было.

Они обернулись в сторону далекого берега — там тоже никого не было видно, значит, враги их не опередили. Подойдя к дому, женщины поняли, что дверь его заперта. Напрасно они стучали в нее изо всех сил — ответа не было. Устав стучать, Аббада осмотрела дверной запор и убедилась, что он закрыт снаружи, следовательно, Бехзада быть внутри не могло. Она с облегчением вздохнула и сказала об этом Маймуне, чтобы та тоже успокоилась.

— Слава богу, его здесь нет! Значит, этим бродягам до него не добраться! — обрадовалась девушка. — Но как ты думаешь, бабушка, где он?

— Может, в Багдаде, а может, в другом городе, — Аббада пожала плечами и опустилась на камень возле двери, чтобы передохнуть.

— Мне страшно, — сказала Маймуна, — вдруг он вернется домой и его схватят? Боже, что же делать?.. Давай поищем Бехзада. Возможно, мы найдем его где-нибудь поблизости и предупредим об опасности, которая ему грозит.

— А сами-то мы, думаешь, в безопасности? — усмехнулась Аббада.

— Но что же тогда делать? — совсем растерялась Маймуна. — Ведь если он скоро явится сюда, ни о чем не подозревая, то станет легкой добычей в их руках! Раз мы вызвались ему помочь, надо довести дело до конца.

Поняв вдруг, что ее слова звучат слишком пылко, девушка поспешила добавить:

— Мы должны отплатить ему за добро и во что бы то ни стало предупредить об опасности, даже с риском для себя!

Аббаде понравилась самоотверженность внучки.

— Верно ты говоришь, — согласилась она. — Нужно сделать все, что в наших силах, чтобы помочь ему. Только вот как? Постой, я как будто слышу шум со стороны берега! Да, это они, и очень скоро они будут здесь. Пойдем-ка прочь отсюда, пока нас не настигли. Ну, живее!

С этими словами она встала и потянула Маймуну за край одежды. Девушка повиновалась, и они быстро зашагали на восток, в сторону от берега. Они прошли совсем немного и внезапно перед ними возникли большие груды осыпавшегося камня — развалины огромного прежде дворца.

— Это все, что осталось от персидского государства! — задумчиво сказала Маймуна. — Похоже, что перед нами развалины дворца Шапура.

Аббада двигалась вперед со всей быстротой, на какую была способна.

— Да, милая, — отозвалась она. — Действительно, эти каменные глыбы — развалины дворца шаха Шапура, что стоял здесь прежде, чем был построен дворец Хосрова. В нем жил сам халиф аль-Мансур, когда еще Багдада и в помине не было. А потом дворец разрушился, сама видишь.

— Теперь мне ясно, почему Бехзад поселился неподалеку от этих развалин. Он хочет быть ближе к знакам нашего былого величия, — произнесла девушка.

Казалось, упоминание о дворце Хосрова навело Маймуну на мысль о чем-то для нее важном. Погруженная в раздумье, она и не заметила, как обогнала бабку, и лишь когда дом Бехзада остался далеко позади, внезапно обернулась к пей.

— Помнишь, он как-то говорил, что часто ходит к этому дворцу и ищет целебные травы, растущие на его развалинах? А вдруг он там сейчас?

— Может, ты и права, — согласилась Аббада. — Пойдем поищем его, пока совсем не стемнело.

Женщины быстро приближались к дворцу, который возвышался над восточной окраиной города. С облегчением покинули они населенные кварталы, где надо было все время опасаться быть узнанными и потому до самых глаз надвигать покрывала и кутаться в накидки.

Наконец они достигли цели. Дворец Хосрова Ануширвана возник перед ними подобно огромной горе; следы разрушения лишь подчеркивали его мрачное величие. К этому времени солнце окончательно скрылось за горизонтом, все окутал сумрак, постепенно уступавший место глубокой тьме.

Уныние наводит на человека час заката, ибо мрак надвигается на него с приходом ночи и тягостно бывает расставание со светом. В этот час сжимается сердце и человек острее чувствует свое одиночество, даже если он сидит у себя дома, окруженный родными и близкими. Ну а если он затерялся среди дикой равнины, покрытой руинами, и звучит над головой его совиный крик? Да еще когда рядом находится этот дворец, который своим величием подавлял человека еще в те времена, когда жизнь кипела в нем. Теперь от него остались одни стены, наводящие страх даже днем, не то что ночью.

Охваченная возбуждением, Маймуна, однако, не чувствовала страха. И напрасно: зрелище было весьма поучительное. Словно говорили эти руины: вот он, путь человеческий в небытие. Стоит вспомнить тех, кто жил в этом дворце, — средь них шахи, наместники провинций, правители городов. Казалось, земные просторы были тесны для них. Они привязывали коней в дворцовых конюшнях и входили, облаченные в шелка и парчу, во всем своем великолепии… Сколько царей и эмиров являлось сюда, моля о перемирии, заискивая, принося дары! А скольких из них приводили сюда в оковах!