Чтение онлайн

Калин скрестила руки на своем животике, но все равно ничего не ответила.

— Ну? — Спросила я. — Что ты можешь сказать в свое оправдание?

— Извини.

— Мне наплевать… что?

— Ты слышала меня, — сказала Калин с высоко поднятой головой. — Я же сказала, что сожалею.

— Сожалеешь о чем?

— Что относилась к тебе так, — ответила она. — Я ревновала, очень ревновала к твоим отношениям с Гэвином.

Я знала это.

— Я не понимаю почему, Калин, — сказала я со вздохом. — Между нами не было ничего романтичного. У нас с Гэвом никогда не было такого. На самом деле мы просто лучшие друзья.

— Теперь я это знаю, — сказала она. — Гэвин рассказал мне о вас, когда заехал некоторое время назад. Он действительно поговорил со мной.

Я наклонила голову набок.

— Тебе нравится Гэвин?

— Очень нравится. — Она кивнула. — Но он не заинтересован в отношениях со мной. Ни тогда, когда мы впервые встретились, ни сейчас.

Я услышала обиду в ее голосе и нахмурилась.

— Мне жаль.

— Не стоит, — сказала она. — Я не могу заставить его захотеть быть со мной. Он ясно дал понять, что ему не нужна девушка; именно поэтому мы договорились растить ребенка вместе платонически.

Я моргнула.

— Платонически? Но на прошлой неделе Райдер сказал… ну, он предположил.

— О, я знаю, что он предположил. — Калин усмехнулась. — В тот день я неважно себя чувствовала, и Гэвин притворился больным, чтобы отпроситься с работы. Я подумала, что будет забавно постанывать на заднем плане. Затем появились Данте с Харли, надавали ему подзатыльников и заставили вернуться с ними на работу.

Я фыркнула.

— Похоже на них.

Калин оглядела комнату.

— Ты безумно талантлива.

— Спасибо, — сказала я, затем оживилась. — У меня на самом деле есть кое-что для тебя.

— Для меня?

Я подошла к стеллажу с холстами и вытащила тот, что лежал на нижней полке.

— Я нарисовала это на следующий день после твоего праздника будущей мамы, — сказала я и повернулась к Калин, показывая ей холст. — Мы поссорились, и я думала о тебе, поэтому нарисовала тебя.

Глаза Калин мгновенно остекленели, когда она подошла ближе.

— Аланна, — прошептала она. — Это прекрасно. Как ты это сделала?

— Это то, чем я занимаюсь. — Я пожала плечами. — Я подумала, что это будет хорошим подарком на память для тебя. Я сделала такие же для всех своих подруг, когда они были беременны.

Калин посмотрела на меня.

— Я одна из твоих подруг?

— Да. — Я кивнула. — Думаю, этот разговор поможет нам забыть обо всех неурядицах и сосредоточиться на будущем. Мы стали бы намного счастливее, не говоря уже о том, что Гэвин будет в восторге.

Когда Калин рассмеялась, она протянула руки к животу, и мои глаза тоже.

— Он двигается?

— Да. — улыбнулась она. — Он очень активен, когда слышит голоса людей. Похоже, он хочет высказать свое мнение.

— Могу я… могу я его потрогать?

— Конечно.

Я убрала холст и положила руки на упругий живот Калин, и тут же почувствовала, как он задвигался подо мной.

— О боже, — сказала я. — Это ужасно.

Калин рассмеялась.

— Странное ощущение, правда?

— Как будто инопланетянин пытается вырваться на свободу.

Калин расхохотался, и через несколько секунд дверь в комнату распахнулась, и ввалились Гэвин и Дэмиен. Дэмиен посмотрел на нас, хмыкнул, а затем толкнул Гэвина.

— Я же говорил тебе, что она не ударит беременную женщину!

— Тебе тоже показалось, что они ругаются.

Гэвин оттолкнул его.

Они сосредоточились на нас и на том, что мы делаем, и расслабились.

— Это значит то, что я думаю?

— Да, — ответила я Гэвину. — Я ухожу от Дэмиена к Калин. Теперь я лесбиянка.

Дэмиен фыркнул, Гэвин ухмыльнулся, а Калин захихикала, прежде чем нагнуться и поднять холст, который я нарисовала.

— Гэв, посмотри, что сделала Аланна.

— Медвежонок, — тихо сказал он. — Мне нравится.

Щеки Калин вспыхнули, а моя улыбка стала шире.

— Спасибо. Она отлично выглядит, правда?

— Идеально, — согласился Гэвин, не сводя глаз с самой Калин, а не с ее картины.

Я посмотрела на Калин, которая смотрела на картину, ее лицо пылало, но она явно была довольна реакцией Гэвина. Мы пошли на кухню, и, пока все остальные пили чай, я пила воду комнатной температуры.

— Я чувствую себя наркоманом, которому нужна доза.

Гэвин фыркнул.

— Ты никогда так долго не обходилась без чая.

— Из-за этого она превратилась в сущий кошмар.

— Это правда. — Я нахмурилась. — Я довела Алека до слез.

— Кажется, ты говорила, что он сам себя довел до слез.

Я сердито посмотрела на Дэмиена.

— Я была груба с ним… Но он действительно поступил глупо, принеся мне шоколад, когда я не могу есть твердую пищу.

Дэмиен усмехнулся, когда я села к нему на колени. Мы немного поговорили с Гэвином и Калин, и после того, как они ушли, я решила позвонить Алеку, чтобы извиниться перед ним за то, как вела себя, когда видела его в последний раз. Он ответил после четвертого гудка.

— Ты убила Дэмиена в приступе ярости и решила позвонить, чтобы признаться в этом, прежде чем сбежать?

— Да, — ответила я. — Ты никогда меня не найдешь. Дэмиена давно нет… как и твоей чашки.

— Ты злобная сука, — съязвил он. — Мне больно, когда ты поднимаешь тему с моей чашкой, и ты это знаешь.

Я рассмеялась и сказала Дэмиену:

— Его не волнует, что я убила тебя, его волнует только то, что я упомянула его чашку.

— Я и не ожидал меньшего. — Дэмиен ухмыльнулся, усаживаясь на диван с джойстиком Xbox в руке.

— Ты все еще похожа на Квазимодо?

Я взвизгнула.

— Нет!

Алек расхохотался, а Дэмиен посмотрел на меня, приподняв брови.

— Он спросил, по-прежнему ли я похожа на Квазимодо!

У Дэмиена было такое выражение лица, какое бывает у людей, когда они отчаянно пытаются не рассмеяться.

— Только посмей рассмеяться, — прорычала я Дэмиену.

— Оставь моего младшего брата в покое, хулиганка.

Я снова сосредоточилась на Алеке.

— Почему я хулиганка?