Чтение онлайн

– Тогда я убью его в назидание этим людям.»

С этими словами волк бросился к ребенку, но сокол не позволил ему добраться к нему. Акелла впился клювом и когтями в шкуру волка. Поднялся шум. Ребенок заплакал, и на его голос прибежали родители. В руках человека было ружье. Но выстрелить он не успел: два непокорных хищника, вцепившись друг в друга, повалились в ущелье. Через несколько мгновений шум утих. А человек, прижав к себе ребенка, еще долго смотрел им вслед.

– Папа, – сказал ребенок, – почему мой друг не возвращается?

И тогда человек понял всё величие птицы, чью подругу он застрелил, защищая своего сына.

Я закончил рассказ и замолчал, глядя на Даррелла. Он смотрел на пустую стену, где до этого парила тень птицы.

– Почему Акелла так сделал? Почему он спас ребенка? – спросил сын, глядя на меня большими карими глазами.

– Потому что это было правильно. Он понял, что может и должен помочь им. – ответил я – Но, думаю, тебе на сегодня достаточно. Пора спать.

– Хорошо. – ответил он.

Я встал с кровати и направился к двери, выключив свет в комнате.

– Папа… – прошептал Даррелл.

– Что? – так же тихо ответил я.

– Когда ты мне расскажешь еще историю?

– В следующий раз, когда я приду к тебе.

– А когда это будет?

– Скоро. – ответил я, зная, что я прямо сейчас вру ему.

– Я буду тебя ждать, папа. – ответил он, отворачиваясь к стене.

– Я обязательно приду, Даррелл. А сейчас спи, спокойной ночи.

Я вышел из комнаты, закрыв двери, и направился к Рее.

Она сидела в спальне на кровати, закутанная в одеяло и читала книжку в красном переплете. Золотыми буквами на книге было написано «451 градус по Фаренгейту».

– Интересно? – спросил я, останавливаясь в дверях.

Она подняла на меня глаза и улыбнулась.

– Да. Не так, как говорили, но мне нравится.

– А что тебе говорили?

– Разное. – улыбнулась она – Но я, к сожалению, не могу увидеть здесь то, что перевернет мое мировоззрение.

– Может потому, что оно непоколебимо и не требует переворотов?

– Не знаю. Но не думаю, что я смогла бы пойти против всех, как сделал Гай.

– Почему? – спросил я, подходя к ней и присаживаясь на кровать.

– Мне есть что терять. На такие поступки решаются те, кому нечего терять либо те, кто потеряют слишком много, если не сделают этот шаг.

– Как ты думаешь, я смог бы совершить такой поступок? – спросил я

Она встала с кровати и подошла к комоду у окна. Рея молчала, любуясь белоснежным цветком.

– Красивая роза. – сказала Рея, проводя кончиками пальцев по краю лепестка – Жаль, я не могу ощутить ее аромата.

– Обещаю, что в следующий раз подарю тебе целую охапку роз, чтобы ты могла наслаждаться их ароматом сколько тебе будет угодно. Пока тебе это не надоест. А потом ты сможешь сорвать с них лепестки, и выбросить через окно, на проходящих внизу хмурых людей, чтобы отвлечь их от глубоких мыслей и напомнить о том, что всё же ваш мир прекрасен.

– Где ты ее взял? – спросила Рея, касаясь губами ее лепестков.

– Украл.

– Украл? – усмехнулась она – Где?

– В цветочной лавке за углом. Когда продавщица отвлеклась на другого клиента, я стащил эту розу.

– А где ты взял эту одежду? Или вы теперь все так одеваетесь в братстве?

– Нет. Это одежда из тайника, для заданий.

– Ты сегодня выполняешь задание? – насторожилась она.

– Сегодня – нет. – я подошел к ней и положил руку на ее плечо – Сегодня я ваш.

– Как редко нам достается такая честь… – прошептала она, прислоняясь щекой к моей ладони.

– Расскажи мне, как твои дела? Как Даррелл?

Она закашлялась.

– Можно, я приготовлю тебе чай? – предложил я.

– Мне будет приятно. – ответила Рея.

Я вспышкой направился на кухню, заварил чай и вернулся обратно к Рее. Но к тому времени она уже успела задремать. Укутавшись горой одеял, она скрутилась на мягкой подушке и дремала, поджав под себя ноги. Я тихо поставил чашку с чаем на стол и присел возле нее на кровати, обняв ее. Она приоткрыла глаза, посмотрела на меня, улыбнулась и вновь закрыла глаза, погружаясь в сон. Я пододвинулся ближе, и ее голова легла ко мне на плечо. Так я слышал ее дыхание и сердцебиение, чувствовал ее аромат, а ее волосы нежно щекотали мое лицо.

Вскоре все уснуло. Город умолк, и воцарилась такая тишина, что я мог слышать, как дышит мой сын в соседней комнате. Но тишина всегда предшествует буре – спустя короткое время засверкали первые молнии, за ними последовал гром, и посыпались большие капли дождя. Шквальный ветер бросил их на стекла.

Словно мелкие камни, дождь стучал в окна. Завывал ветер, словно волк на луну – одиноко и пронзительно. Казалось бы, теплый вечер, мягкий ветер и безоблачное небо не предвещали грозу. И вдруг она раскатами грома и стеной дождя обрушилась на город. Настораживающее метафоричным было это простое метеорологическое явление.

Я услышал тихие шаги в коридоре. Через мгновение дверь открылась, и в комнату вошел Даррелл.

– Что случилось, малыш? – тихо спросил я его.

– Мне страшно там одному. – ответил он, растирая кулачками глаза.

– Иди сюда скорее, залазь к нам. – сказал я, отклоняя край одеяла – Скорее, ты же замерзнешь!

Даррелл одним прыжком залез на кровать и зарылся под одеяло. Когда он удобно примостился в кровати, я поправил ему одеяло и погладил его по голове. Его крошечная ручка взяла мою. Так он и заснул. Должно быть, ему так было надежней и не так страшно.

* * *

Всю ночь бушевала гроза. Из-за этого утро было влажным и серым. Тучи плотно затянули небо. Пронзительный ветер временами проносился по улицам, а затем все застывало, словно в вакууме. Воздух был влажным и холодным, словно окутывавшим тело. Я стоял на балконе и смотрел, как ночной мрак сменяется дневным. Первые пешеходы высыпались из домов черными горошинами, спешно или лениво, катившимися восвояси. Рея и Даррелл спали, надежно укутанные теплым одеялом.

Справа от меня сопел Даррелл – мой маленький, милый и невероятно смышлёный сын, а рядом с ним, обняв его рукой, спала Рея – любовь и смысл всей моей жизни. Я лежал в их теплой кровати, огражденный от всего мира ласковым семейным теплом, и думал, втупив глаза в потолок.