Чтение онлайн

Приходя в себя, думал: все кончено, все кончено.

Только бы не попасть в руки палача! Что угодно, но не это.

И Джеку вновь повезло. Он умер, не доезжая до Лондона.

В Саутуарке шериф показал труп хозяину гостиницы, где ранее квартировал Джек.

– Да, это он, – подтвердил хозяин. – Джек Кэд, он самый и есть. Разве такого забудешь?

Тело доставили в королевскую тюрьму Бенч, пока власти не решат, как с ним поступить.

Решение было принято такое: Джеку отсекли голову, туловище разрубили на четыре части и каждую из них проволокли по Лондону, городу, где Джек вкусил своей недолгой славы.

Затем останки мятежника были выставлены на всеобщее обозрение в Блэкхите, Глостере, Солсбери и Норвиче.

Люди говорили, что теперь с мятежом Джека Кэда покончено. Однако это было не совсем так.

Назвавшись Мортимером, Джек подставил под удар герцога Йоркского, а этот вельможа был слишком честолюбив, чтобы оставить столь вопиющую наглость без последствий. Никто не смеет думать, что Йорк хоть каким-то образом связан со злодеем и преступником Джеком Кэдом.

Ричард Йоркский из своего Дублинского замка с неослабным вниманием наблюдал за тем, как развиваются события в Англии. С особым интересом он собирал все сведения, касающиеся восстания.

Кто такой этот Джек Кэд, имеющий наглость называть себя Мортимером? С какой целью он это делает? Вот о чем разговаривал Ричард со своей женой Сисили, женщиной умной и волевой.

Ответ напрашивался сам собой. Страна созрела для смуты. Король перестал быть королем. Народ терпит его лишь потому, чтто считает богомольным святошей. Больше всего Генрих любит молиться в церкви и строить колледжи. Похвальное занятие для прелата, но для монарха никуда не годное.

– Иногда мне кажется, что судьба смеется над нами, – говорил жене Йорк. – Она выбирает в монархи человека, менее всего подходящего для этой высокой миссии, в то время как…

– В то время как есть другие люди, имеющие на корону куда больше прав, – закончила за него Сисили, предпочитавшая говорить без обиняков.

Да, ее супруг, великий герцог Йоркский, имеет больше прав на корону, чем Генрих Ланкастер. А какой из Ричарда получился бы король!

– Генрих губит страну, – продолжил герцог.

– А помогает ему эта анжуйская стерва.

– И еще милорд Сомерсет.

– Интересно, верны ли слухи про него и королеву?

– Не знаю, милая, но так Маргарите и надо. Слишком уж пристрастна она к своим друзьям и слишком мстительна с противниками.

– Мы явно относимся ко второй категории, – заметила Сисили.

– Это совсем неплохо. Наш день еще настанет…

– Поскорей бы уж, – вздохнула герцогиня. – Сколько можно прозябать в этой Богом забытой дыре?

– Меня отправили сюда, отлично понимая, что покорение ирландцев – дело безнадежное. Этот несносный народ имеет массу привязанностей, но больше всего любит ссоры и драки. Их хлебом не корми, дай только повоевать. Каждый ирландец сызмальства драчун.

– Мне кажется, будет лучше, если мы оставим их в покое. Пусть дерутся друг с другом.

– Я того же мнения, дорогая.

Герцогиня выдержала паузу. Ричард всегда делился с ней своими планами, прислушивался к ее мнению. Недаром герцогиня заслужила прозвище Гордая Сис. Она была не из тех безмозглых баб, которые годны лишь для деторождения. Хотя, надо сказать, что с деторождением у герцогини тоже все было в порядке. Все ее предки отличались исключительной плодовитостью. По отцовской линии она происходила от Невиллов, а матерью ее была Джоанна Бофор, дочь Джона Гонта и Кэтрин Свинфорд. Таким образом, в жилах герцогини текла королевская кровь, ибо Бофоры были признаны принцами королевской крови. Мать Сисили произвела на свет десять детей, герцогиня была десятой. А в первом браке ее отец, женившись на дочери графа Стаффорда, имел восемь сыновей и дочерей.

Мы честолюбивы, думала Сисили, но у нас есть на это все основания. Наши с Ричардом дети – настоящие принцы и по отцу, и по матери.

Ричард Йорк по одним линиям происходил от Эдуарда III. Его отец был вторым сыном Эдмунда Лэнгли, пятого сына короля Эдуарда. Мать Ричарда была дочерью Роджера Мортимера, внука герцога Кларенса, второго сына Эдуарда III. Дочь герцога Кларенса Филиппа вышла замуж за Эдмунда Мортимера, третьего графа Марча. Герцог Кларенс был старше, чем Джон Гонт, и если бы Генрих IV не отнял корону у Ричарда II, королем сейчас был бы Ричард Йорк.

Такой родословной можно было гордиться. Восстание Джека Кэда заставило Ричарда всерьез задуматься о будущем.

Было совершенно очевидно, что английский народ недоволен своим королем. Вот в чем истинная причина немилости, в которую попал герцог. Поэтому его и сослали в Ирландию. Не вызывало сомнений и то, что близится час, когда страна захочет избавиться от бездарного правителя и вручить кормило власти человеку более достойному и имеющему не меньше прав на престол.

Сисили была того же мнения.

– Пожалуй, имеет смысл вернуться в Англию, чтобы снять с себя обвинения в причастности к восстанию Джека Кэда, – сказал герцог.

– Каков негодяй! Посмел назваться Мортимером!

– Негодяй, но не дурак. Славное имя собрало немало сторонников под его знамена.

– Лишь потому, что люди считали истинным вождем вас.

– Вот и отлично. Самое время вернуться домой, чтобы дать достойный ответ моим обвинителям.

Сисили задумчиво кивнула.

– Надеюсь, миледи, что переезд не слишком вас опечалит, – сказал Ричард.

– Я буду рада покинуть Ирландию. Соскучилась по английским берегам. Да и нашему маленькому Джорджу пора увидеть свою родную землю.

– Вряд ли он понимает разницу между Ирландией и Англией.

– Даже младенцу Ирландия должна внушать отвращение.

– Стало быть, вы будете рады этой перемене?

– Еще бы!

– Но могут возникнуть осложнения…

– Вы хотите сказать, что король будет вами недоволен? Несчастный болван! У него не хватит мозгов, чтобы подозревать вас в чем-то.

– Не нужно его недооценивать. Он вовсе не дурак, просто ему не следовало становиться королем. Генрих любит книги, он человек ученый.

– При помощи книг корону не сохранишь, – язвительно заметила Сисили и добавила: – Я так соскучилась по детям…

У супругов было шестеро детей: одиннадцатилетняя Анна, восьмилетний Эдуард, семилетний Эдмунд, шестилетняя Элизабет, четырехлетняя Маргарита и маленький Джордж, родившийся уже в Ирландии. То была счастливая семья, и Господь одарил ее обильным потомством. Правда, не все дети выжили. Трое мальчиков – Генрих, Вильям и Джон – умерли еще в младенчестве. Однако у герцога еще оставалось трое сыновей, так что о наследниках тревожиться не приходилось. Сисили больше всего любила Эдуарда, своего старшего. Он пошел в плантагенетскую породу. Уже в восемь лет было видно, что золотоволосый мальчуган со временем вымахает в настоящего гиганта. Он был поразительно похож на Эдуарда I, и это не могло не радовать. Мальчик рос живым, шустрым, ловким, все окружающие в нем души не чаяли. Достойный будет преемник своему отцу, думала Сисили. Как знать, не оставит ли ему Ричард в наследство нечто большее, чем просто герцогский титул.