Чтение онлайн

– На большее я и не надеялась. Рэн? Мне нужна твоя помощь. Я хочу усыновить ребёнка.

– Что?!

31

– Я приютила девочку, - пискнула я, ожидая, что Рэн потребует объяснений.

Но он лишь оторопело прокомментировал:

– Айна, наша семейная жизнь стремительно развивается, ещё не успев начаться. Давно ты приняла это решение? Что за девочка?

– Я увидела её сегодня на рынке, по пути к тебе. Она…

– Она растопила твоё сердце, я понял, - перебил меня Рэн. – Видишь ли, уличные на это натасканы. Женщины… Ты должна быть жестче, Айна. Ты здесь всего несколько дней, а уже нашла себе заботу.

– Я здесь лишь несколько дней, - медленно отвечала я, вскипая, - а уже нашла себе дополнительного мужа. Если бы я была жестче… Смекаешь?

Жандарм откашлялся.

– Более чем. Нужно, чтобы ты подала мне прошение об удочерении. И мне нужно будет провести инспекцию твоего жилища.

– Что-то ещё?

– После всех формальностей ты должна будешь пройти проверку на артефакте совместимости, - пояснил Рэн. – А, ещё законом предписано обязательное согласие супруга, данное в письменном виде.

Я призадумалась.

– А твоё разрешение подойдёт? Там ведь нет прямой указки на то, что нужно ставить в известность всех супругов?

– Ты, Айна, просто молниеносно находишь выход из любой ситуации, - усмехнулся Рэн. – Да, я думаю, что с этим проблем не возникнет. Как у тебя со здешней письменностью?

– Большие трудности, - я не стала приукрашивать действительность.

– Тогда я зайду завтра с прошением, а ты его подпишешь. Заодно и проведу инспекцию, - в его голосе послышалось что-то неуловимо лукавое.

– Договорились.

Я собрала свои немногочисленные вещи, и травы с плодами из сада. Из дома Ольгерда я вышла уже затемно, потому не волновалась, что кто-то может меня увидеть. Дорога заняла не более десяти минут, но я успела передумать больше мыслей, чем за весь предыдущий день. Аня? Карина? Марина и её мать? Мой отец? Родители Эстерситы? Ольгерд и его честолюбивые планы? Боже, как же в этом всём разобраться…

Внезапная мысль прострелила моё сознание: мне нужен Иволиан Крелин! Как там мне говорили? Самый мощный маг королевства? Теперь у меня есть отличный повод с ним побеседовать. Если мы с Рэном отправимся на встречу с леди Лиариной, то для меня не будет никаких преград для беседы с Иволианом. Тем более, что мы с ним знакомы.

Если он не сможет вернуть меня домой - тогда я не знаю, кто сможет. То, что я бросаю Ольгерда и Рэнуарда меня совсем не задевает, но… Тут до меня дошло кое-что, отчего я остановилась. Что я делаю?! Я же сама себя здесь привязываю! И если так называемым «мужьям» придётся смириться с моим исчезновением, то что же будет с Эстерситой? Она ведь на меня рассчитывает!

Ладно. Не будем разводить панику. Нужно работать с тем, что есть. Значит, пока я не найду родню девочки, возвращаться домой нельзя. Я не могу её бросить. Она мне меня саму напоминает! Нет, я её точно не оставлю.

Худо-бедно разобравшись с раздраем в душе, я побрела в свою усадьбу. В мансарде горел свет: Эстер ещё не спала. Это даже неплохо, потому, что так я успею заварить для неё ромашку и скормлю тот противный фрукт.

Она и вправду ждала меня. Я позвала девочку на кухню, и мы принялись вместе заваривать для неё лечебную траву. На чем-то, напоминающем кухонную тумбу мы обнаружили странное приспособление, похожее на подставку для кастрюли, с небольшим углублением сбоку.

– Это, наверное, для накопителя! – догадалась Эстер.

Я была склонна с ней согласиться, так как других идей у меня не было. Мы положили запасной накопитель, который я принесла из дома Ольгерда, в ямку на подставке, предварительно поставив на неё кастрюльку с водой, которую мы набрали из большой деревянной бадьи. Накопитель, и без того розовый, засветился ярким малиновым светом, и мы поняли, что наша интуиция нас не подвела.

– Как красиво! – заворожено смотрела Эстер на это чудо магической техники.

Согласна, красиво. И как практично! Мы довольно скоро справились: я напоила подопечную ромашковым чаем, и, к её чести, Эстерсита покорно съела кислый фрукт. Мы уже поднимались по ступеням на мансардный этаж, когда я увидела из окна чью-то тень, приближающуюся к усадьбе.

Вот чёрт! Я не знала, кто это мог быть, но сильно подозревала, что это Ольгерд – с этого говнюка станется припереться нежданно-негаданно.

– Иди к себе, и ложись спать. Сразу же выключи свет! – распорядилась я. Эстер послушно убежала наверх, я же – вниз по лестнице, так как не помнила, заперла ли я входную дверь.

Не заперла! Она открылась прямо перед моим носом. Моя догадка оказалась верной – это и вправду был Ольгерд.

– Почему ты запыхалась? – тут же обвинительно произнёс он, бегая взглядом по прихожей. – Почему в мансарде горит свет? Ты зря израсходуешь заряды накопителей.

– Олег, - выдохнула я. – Отвались! Ноешь, как баба.

Задумка удалась – он растерялся и замолчал. Может, удастся его выпроводить? Даже думать не хочу, что будет, если он узнает об Эстер.

– Зачем пришёл? – продолжила я, желая достать дурацкими вопросами и спровадить нежеланного гостя.

– Видел, что ты уходишь из особняка. Не знал, что кто-то дал тебе разрешение на переезд, - въедливо ответил он.

– Мне не нужны разрешения ни на что, - не менее въедливо ответила я. – Тем более – от тебя.

– Кто у тебя? – он не дал сбить себя с толку. – Кто в мансарде?

– Я, - слишком поспешно ответила ему. – Я себе выбрала эту комнату, и ты туда не войдешь. Это моя крепость. Ты и так нарушил слишком много моего личного пространства.

– Да ну? – усмехнулся он.

Ольгерд рванул в сторону, и я успела ухватить его за руку. Его глаза удивлённо расширились.

– Ну уж нет! – прорычала я, смело бросившись на него.

Он не оттолкнул, наоборот – поймал, и впился в мои губы таким поцелуем, что я сразу поняла: сегодня я так просто не отделаюсь.

32

Этот огонь не мог сдержать никто из нас. Ольгерд почти сразу поднял меня на руки и взлетел по лестнице вверх. Его тело на ощупь было горячим, как раскалённая лава.

Он влетел в ближайшую распахнутую дверь, словно знал, что это и есть моя спальня. Время и ощущения смешались в комок, и я уже не различала, где заканчиваюсь я, и начинается он. Ольгерд… Во всё остальное время я могла точно сказать, что чувствую в отношении этого человека, но только не сейчас. Сейчас – это был пик единения двух душ, у которых, как ни странно, было что-то общее.