Чтение онлайн

— Ну и для чего вы переносите все метатели? — спросил король. — Я в полной уверенности, что у нас все готово к бою, а стоило ненадолго отлучиться, и вы тут же все переиначили. А легионы уже близко. Объясните?

— Мы успеем, — сказал Сергей. — Новые позиции для артиллерии уже отрыты, и снаряды перенесли. Сейчас перетянем баллисты, и все будет готово. А смысл… Позиции поставили без меня, я приехал позже. Мы, конечно, обсуждали, что и куда ставить, но я тогда не додумал, а никто из генералов не поправил. Наверное, как и вы, считали, что все нормально.

— Ну и что было неправильно?

— Представьте себя Ортисием. Вы привели сюда сто тысяч голодных бойцов. Продовольствия у вас нет, вы даже не сможете отступить и вернуться назад. Консул наверняка принялся за лошадей, но кавалерия у него не большая, так что и лошадок надолго не хватит. И обойти они нас не смогут. До ближайших деревень еще топать и топать, и нет никакой уверенности, что там их ждут горы продовольствия. Легионы утомлены долгой дорогой и ослаблены недоеданием. Спасение в том, чтобы победить и использовать наши запасы. Наши укрепления не кажутся чем-то серьезным, поэтому они непременно атакуют в лоб, но не всеми силами. У нас меньше сорока тысяч и то на позициях разместилась только половина солдат. А в легионах их столько, что им придется занимать очередь на штурм. Нужно быть полным идиотом, чтобы не воспользоваться преимуществом в численности и не попытаться охватить наши укрепления. В реку они не полезут, но на правом фланге, кроме двойного ряда кольев, им ничего не мешает. А там стоит всего несколько баллист! Я думал поставить сюда большинство стрелков и солдат с дротиками и использовать то, что мы проделывали уже не один раз. Только легионеров здесь будет слишком много! Разбив себе лоб об укрепления, Ортисий бросит все резервы сюда. Конечно, мы выстоим и победим без всяких перестановок, но потери будет огромны. Знаете, я как-то привык воевать, почти не теряя солдат, и не хочу менять привычки. Как только большая часть легионов окажется перед этими кольями, мы их накроем огнем. Всех, конечно, не перебьем, но это и не нужно. Нам надо лишь подсократить их число и лишить веры в победу. Если выдержим пару штурмов и внушим им страх, Ортисий сам предложит переговоры. Ему просто некуда будет деваться.

— А что бы вы сделали, если бы у них были обозы? — спросил король, садясь рядом с герцогом на бревно.

— Ну что вы, Герт! — сказал Сергей, предварительно оглянувшись, чтобы убедиться, что рядом никого нет. — Какие обозы? Вы представляете, сколько за день съедают легионы? У нас сорок тысяч, и то получаем в день три больших обоза с продовольствием! Я вам уже говорил, что главная их ошибка в спешке и незнании противника. Я бы на месте императора сначала договорился с нами о нормальной торговле и за десять лет изъездил бы все королевство, изучив его вдоль и поперек. Нашел бы все наши слабые и сильные стороны, подготовил предателей, которые могли бы вовремя ударить, куда нужно, а уж потом нападал. И не таким огромным войском, а, скажем, тремя армиями по пятьдесят тысяч. И кавалерии нужно больше! Было бы ее у Ортисия тысяч двадцать, и ничего бы у нас с вами не получилось с вывозом населения и припасов. И в захваченных городах непременно оставлял бы гарнизоны.

— И сколько бы вам тогда понадобилось солдат?

— В два раза больше, чем они сюда переправили. Но тогда я бы действовал наверняка. Хотят завоевать такое королевство, как наше, и жмутся. У меня на родине есть поговорка о том, что скупой платит дважды.

— У вас на все случаи жизни припасены поговорки? Смотрите, Серг, скачет ваш Строг! Наверное, ищет вас. Поднимитесь, а то вас за солдатами не видно.

Сергей поднялся с бревна, и увидевший его полковник быстро приблизился и спрыгнул с коня.

— Ваше величество! — поклонился он королю, после чего повернулся к Сергею. — Герцог, армия Империи стала на отдых в десяти лерах отсюда. Воды там нет, так что, скорее всего, это просто передышка перед боем, и долго она не продлится. Через три-четыре свечи они будут здесь.

— Спасибо, полковник, — поблагодарил Сергей. — Необходимости в разведке больше нет, поэтому ставьте свой полк на позиции. По сколько у вас на каждого динамитных шашек?

— По десятку.

— Разделите всех людей на двойки, и пусть один бросает шашки, а другой прикрывает его щитом и держит факел. И выделите солдат, которые бы следили за остальными. В каждом легионе пятьсот арбалетчиков, а вы будете на самом краю обороны. Если какую-нибудь двойку выбьют с зажженным фитилем на шашке, ваши наблюдатели должны успеть бросить ее в противника. Вас выведут вперед при угрозе прорыва, но в этом случае вся надежда будет только на ваших ребят.

— Ну что, Герт! — сказал Сергей. — Пора и нам с вами! Надеюсь, если со мной что-нибудь случится, вы моих близких не оставите. Обещаете?

— Обещаю, — кивнул король. — Надеюсь, и вы поможете моему сыну не меньше, чем помогали мне.

— Я помогу ему больше, чем помогал вам, — пообещал Сергей. — Но вы все-таки отойдите вглубь строя и не лезьте под болты!

— Постараюсь, — сказал Лазони. — Так, последние две баллисты установили. Теперь заводим остальные полки и до появления неприятеля пусть все отдыхают. Серг, а ведь сегодня как раз половина лета. Смотрите, какой замечательный день!

— Прекрасный, — согласился Сергей. — И для многих он станет последним. Паскудное дело — война. Нам с вами нужно постараться, чтобы эта стала последней, хотя бы при нашей с вами жизни!

— Вал в шесть локтей и два ряда кольев. И этим они вздумали отгородиться от нас? — сказал Ортистй обступившим его легатам. Что там у них на флангах?

— По правую руку, как вы видите, река, — сказал легат, ходивший в разведку с кавалерией. — А левый фланг укреплен тоже двойным рядом кольев, но вала там нет, и были видны стоявшие защитники. Что у них за спиной посмотреть не удалось: нас отогнала кавалерия. В реку я бы соваться не стал: судя по всему, глубина у нее не маленькая, поэтому быстро мы не переправимся, а на той стороне берег выше, чем на этой, и полно лучников. Провозимся и понесем большие потери. Но площадь укреплений, которые занимают войска, вряд ли позволит вместить туда больше тридцати тысяч бойцов.

— Тогда поступим так, — решил консул. — Чтобы максимально использовать численное превосходство, атакуем укрепления в лоб небольшими силами, а остальные их обойдут и нападут там, где нет рва. Они наверняка в первую линию выведут своих стрелков, чтобы затруднить нам прохождение укреплений. Мы сделаем так же. Распределите, какие легионы пойдут первыми, и отдайте в них всех своих арбалетчиков. Пусть стреляют так, чтобы выбить вражеских стрелков или, по крайней мере, не дать им возможности поднять голову. Укрепления атакуют четыре легиона: второй, третий, пятый и шестой. Все остальные их обходят. Кавалерия идет с ними и попытается ослабить удар вражеской конницы. Я со своей алой буду перемещаться вдоль линии атаки, следить за боем и, если это понадобится, отдавать приказы через вестовых. Мы должны с ними покончить до темноты. Действуйте!

Перестраивались довольно долго, но наконец шестнадцать легионов, построенные в четыре колонны, зашагали навстречу противнику, сильно забирая влево, а оставшиеся, подождав, пока им освободят место, начали строиться в две атакующие колонны. Ортисий в сопровождении трехсот всадников начал медленно двигаться к укреплениям, до которых было около пятисот шагов. Загудели сигнальные трубы, подавая сигнал к атаке, и легионы двинулись вперед.

На родине при войне с кочевниками легаты уже давно не ходили в первых рядах. И здесь Гертоний встал в строй, пропустив вперед десять шеренг. Его легион шел первым. В середине строя, где он находился, были мечники, а стрелков, которых было в два раза больше обычного, поставили на флангах. До самых кольев противника не видели, и только тогда, когда первые ряды начали пытаться их расшатать, наверху вала появились стрелки, которых быстро согнали болтами. Колья были вкопаны на совесть и не поддавались усилиям легионеров, поэтому легат принял решение атаковать через них. Прохождение, конечно, замедлится, но не рубить же бревна мечами.

— Оставьте колья в покое! — крикнул он. — Все вперед!

Легионеры волной накатились на укрепление, немного замедлились, пробираясь между кольями и с ревом перевалили через вал. Внезапно рев прекратился, и из-за насыпи раздались отчаянные крики. Ни понять, в чем дело, ни отдать команды Гертоний не успел: через вал в легионеров полетели тысячи дротиков. Все пространство перед укреплениями было битком забито легионерами, и ни один дротик не был брошен зря. Все передние ряды в несколько мгновений были буквально выкошены, но легат этого уже не видел: дротик пробил ему горло одному из первых. Шедшие первыми легионеры, перевалив ров, увидели за ним непроходимую полосу кольев и хотели остановиться, но бегущие следом буквально спихнули их вниз. Все те, кто не погиб на кольях, были расстреляны из арбалетов. По сигналу трубы легионеры быстро отступили на пару сотен шагов и уцелевшие легаты стоявших сзади легионов начали наводить порядок. Немногочисленных раненных вывели из боя, а остатки пострадавших легионов влились в общий строй. К совещавшимся легатам подскакал вестовой Ортисия.

— Чего стоите? — закричал он. — Консул приказывает продолжить атаку на укрепление! Даже если вы его не возьмете, отвлечете на себя часть сил и поможете другим. Приказано всем убрать тела и воспользоваться оружием противника. Кидайте все копья через вал, а под этим прикрытием пошлите кого-нибудь посмотреть, что помешало бою на той стороне!

Легаты отдали приказ, который криком повторили все центурионы и легионы двинулись вперед без рева труб, чтобы не предупреждать противника. Подойдя к густо устилавшим землю телам, занялись их выносом. На то, чтобы вынести за строй легионов четыре тысячи погибших товарищей и собрать дротики, ушло минут пятнадцать. Тел с вершины холма не убирали, поэтому выделенные разведчики стали расчищать себе проходы, сбрасывая убитых вниз, в то время как остальные по команде легатов начали кидать дротики через вал.