Чтение онлайн

— Упс, это я не уследила. — Хаас не додумывается ни до чего лучшего, как изобразить раскаяние в адрес хань.

Да они что тут все, белены объелись?! Ладно, Моше! Его я где-то могу и понять, и принять. У него вполне себе объяснимая позиция… нейтралитета и невмешательства… я б на его месте, пожалуй, тоже ставил бы на всех лошадей одновременно… если б не личное. Но Хаас-то куда?!

— Анна, мы можем продолжить не здесь? — соблюдая приличия, напоминаю подруге о деликатных обстоятельствах наших с Чоу давних трений.

— Могу сделать пять и семь, — зачем-то говорит та Анне в этот самый момент. — Тогда тридцать шесть и три останется к оплате.

— Услуги? — ребусом на ребус отвечает ей Хаас, как будто понимает в словах китаянки что-то, мне недоступное.

— Да что у вас тут происходит?! — Пытаюсь вклиниться, но на меня никто даже не смотрит.

— Зачем? — искренне удивляется хань. — Какие услуги?! Патронаж сотрудника! — кивок в мою сторону. — Он же в ранге соискателя. Может рассматриваться, как выполняющий работу. Мы целый список таких всегда подаём от Компании до конца периода. Всё законно, и не надо потом актами заморачиваться. Опять же, мораторий на проверки муниципалов по федеральным служащим.

_________

Номер Моше мы с Анной в итоге покидаем только через полчаса. При этом, весь мой выигрыш Хаас блокирует на моём же комме, на отдельном виртуальном счёте, запрещая мне трогать даже сантим:

— Давай с обязательными платежами вначале закончим. Я не знала, что ты настолько безграмотный, — отчего-то веселится она, как будто происходит что-то приятное.

А я даже не нахожу пристойных слов, чтоб высказать ей свои реальные чувства. Так и идём молча до медсектора, куда я сворачиваю, чтоб забрать Жойс.

_________

На волне эйфории, Анна упустила деликатный момент выигрыша Алексом на тотализаторе. Товарищ предсказуемо оказался абсолютным нолём в фискальных вопросах. Первые пятнадцать минут он и слышать не хотел об обязательном налоге, который был бы с него взыскан в любом случае (вопрос лишь в самой процедуре взыскания).

У Анны ушли ещё четверть часа и куча нервов, чтобы объяснить другу: налоги — единственная часть всего правового поля, где не работает презумпция невиновности. В любой части Федерации.

Алекс упирался, как годовалый ребёнок при виде игрушки на витрине, и изображал того самого барашка на мостике, из детской сказки.

Судя по его настрою, усваивать новую информацию он сейчас явно был не способен. Махнув рукой на политкорректность, девочка прибегла к крайнему средству: волюнтаристским решением, она отобрала у него на минуту комм и заблокировала всю сумму выигрыша на отдельном счёте. Разъяснение необходимого минимума по налогам она ему устроит позже. Как и предназначенный не для всех курс легального вывода части поступающих денег из-под налогообложения.

Кстати, эта Чоу предложила неожиданно серьёзный вариант. Обычно, у таких кормушек, которые гарантируют снижение налогооблагаемой базы на федеральном уровне, всё забронировано на годы вперёд. И чужаков там, сказать мягко, не ждут.

То, что китаянка пускает смешную (по клановым меркам) сумму Алекса в явно отлаженную процедуру на уровне их Компании — это очень серьёзный её шаг ему навстречу.

Жаль, Алекс этого явно неспособен ни оценить в данный момент, ни просто понять.

«Пока мужчина пребывает в горячем эмоциональном состоянии, его мозги нормально работать не будут», — это всегда говорила даже мама.

А Алекс именно в таком состоянии и пребывал: дуэль; баснословный по его меркам выигрыш; неожиданное присутствие Чоу в номере Моше…

Анна про себя хихикнула. Она уже изучила взрывной характер и регулярное упрямство у нового товарища (часто на ровном месте, когда повод не стоит и выеденного яйца). Сейчас она была уверена: неожиданный союз Моше и секретарши Ли заставит Алекса кипеть, словно чайник, ещё пару часов.

А вот пото-о-ом, когда он успокоится, можно будет и объяснить ему все детали. Обязательных налоговых и фискальных платежей, которые не имеют абсолютно никакой альтернативы; и которые лучше делать добровольно.

А в его случае — ещё и не отходя от кассы, если он реально собирался потратить часть уже не своих, по факту, а государственных денег (государство-то своё возьмёт всегда, вопрос в цене).

Кстати, к варианту Чоу надо присмотреться уже на уровне своего клана, уведомив при случае отца.

Вообще-то, Анна могла очистить эти пять процентов и сама. Теоретически.

Другое дело что, не стала бы. Тут уже вступала в дело внутренняя политика: экономия в пару тысяч только для Алекса была солидной суммой. А вот финансисты клана только покрутили бы пальцем у виска, приди Анна к ним на добрые полчаса с дополнительной работой, итогом которой станет экономия копеек. Ещё и посторонней дворнягой, до которой никому из своих, кроме Анны, дела нет.

Хорошо, что для китайцев и двести монет комиссии — деньги. Анна слышала от отца и всегда поражалась: там, где свои пожалеют времени и вообще не будут даже наклоняться за мелочью (говоря образно), хань не ленятся и налаживают целые процессы по сбору в свои карманы таких вот тоненьких ручейков из мелких монеток.

Рабочее время финансового департамента клана, как правило, стоит дороже тысячи монет в час. Потому оптимизацию таких сумм просто игнорируют (как говорится, «заплатить будет дешевле, чем ловить» [1] , как сказали в прошлом веке те безопасники). А вот если эти же суммы развернуть на неленивых китайцев, то лично Анне получается вполне себе прибавка к карманным деньгам.

И чего Алекс на Чоу так злится? Если б не китаянка, он бы вообще заплатил налогов на одну седьмую больше.

Притопав в раздрае чувств за Жойс в медсектор, обнаруживаю любимую подругу сопящей в две дырочки в процедурной.

— Спит она ещё! — весело говорит Камила от монитора, на котором она нагло режется в какую-то сетевую игру-стрелялку прямо с рабочего места.

— Ну я так заскочил, вдруг проснулась бы уже.

— Ещё две капельницы, минут по сорок, — Карвальо, не отрываясь от бега по какому-то коридору на экране, второй рукой машет в сторону двух подготовленных штативов рядом с кушеткой Жойс. — Итого, часа два. Потом можно и разбудить. И вручить её тебе. Тут будешь ждать или у себя?

В этот момент звонит мой комм и до неприличия вежливый Бак осведомляется в своей обычной манере:

— Вы сейчас свободны? Можете подойти на кафедру?

— Да, может! — отвечает за меня моему куратору Камила, нимало не стесняясь своего попадающего в кадр. — Тут у него ничего серьёзного нет!