Алекс. Тень в Императорской Академии
Шрифт:
— Оглянись, — все, что он сказал, когда мои глаза стали нормального размера и туда вернулся проблеск разума.
Стазис спал в ту же секунду, а вокруг буяла растительность. В прямом смысле. Растения вокруг меня вымахали почти по пояс, цвели и радовали глаз. Правда, только сорняки.
— Поздравляю! — улыбнулся маг. — Магия жизни. Если твой план сработает, ты будешь сильным целителем. А теперь прибери за собой! Чтобы к обеду здесь было чисто!
— Да-а! — обрадовалась я, подпрыгивая, как ненормальная. Когда магканалы стабилизировались, но спонтанного всплеска магии не произошло, я сильно расстроилась. Джо предупреждал, что так иногда бывает. Огромный резерв, но узкие протоки не позволяли пользоваться своими возможностями. С таким диагнозом мне не то, что учеба, мне даже простенькие бытовые заклинания не светили. Но теперь все изменится! Я знаю!
Ага, знаю! Изменилось! За мной теперь по пятам бегала, ползала и летала всякая живность. Белоснежка, блин! В основном насекомые, мелкие птички и грызуны. Джо говорил, что в этом мире все животные немножко с магией, вот они и тянутся за дармовой энергией, которая хлещет из меня ручьем. И так будет, пока я не научусь ее сдерживать.
После спонтанного выброса, он вплотную занялся моим обучением. Рассказывал о потоках, как их видеть, как использовать, к каким лучше вообще не лезть. Приплел даже космическую энергию. Я была в шоке! Мы изучали историю, астрономию, физику, математику, биологию, медитировали по несколько часов каждый день. А ещё этот деспот начал гонять меня по утрам на пробежки. Сначала это было даже весело. Но когда я попривыкла, он добавил силовые упражнения.
— Зачем? — стонала я, таская уже десятый раз ведра полные воды из давешнего озера к дому. Хорошо хоть на коромысле, а то сорвала бы руки.
— В сильном теле сильный дух! Как ты с таким хилым телом будешь управлять потоками? Да ты их и две минуты не удержишь!
— Г-рррр…
Короче, жизнь боль, ад и сломанное самомнение.
За три недели я так устала, что опять отключалась ещё за столом. Такое чувство, что силы уходили в пропасть. И когда я решила, что все, больше не могу, Джо водрузил на стол огромный казан с мясом со словами:
— Утром выезжаем в Серые Васильки.
У меня душа в пятки ушла. Рот раскрылся сам собой, а захлопнуть, никак не получалось. В носу защипало, ком подкатил к горлу, руки затряслись… Начиналась самая банальная истерика.
— За что? — прохрипела не своим голосом.
— Не "за что", а за чем, — как ни в чем не бывало, продолжил маг. — Тебе нужны новые вещи, причем мужские. Думаю, стоит уже сейчас привыкать одеваться, как парень. Посмотришь, как живут здешние люди, как общаются. Учись на их примере, слушай их говор. Пускай все думают, что ты деревенский простачок с огромным потенциалом. Так тебе будет проще скрыть кое-какие странности. Ну и продукты бы закупить заодно.
— У-ффффф… Кажется, я только что потеряла несколько лет жизни. Боги, как же я напугалась! Думала, ты бросишь меня. Отправишь в лицей, потому что я бездарность с кривыми руками.
— Откуда такие мысли? — удивился мужчина.
— Я… У меня же ничего не получается. Я так стараюсь и ничего. Сила уходит, я устаю, медитации не помогают…
Джо отложил ложку, почесал бороду, задумавшись.
— Алекс, послушай: когда рождается новый маг, его каналы уже приоткрыты и там циркулирует энергия, ровно столько, сколько способно вместить его тельце. С возрастом каналы расширяются, и магии становится больше. Маг учится ее контролировать с пеленок. У тебя же, каналы всю сознательную жизнь спали, а когда открылись, то сделали это соответственно твоему возрасту. Учитывая твой резерв, энергии в разы больше, чем у младенца. Это как с рекой. Что проще контролировать: маленький ручеек или полноводную реку? Ты научишься, просто тебе нужно время. А сейчас давай ужинай и иди спать. Рано утром выезжаем. Посуду я сам уберу.
Нервно улыбнувшись, я поела и ушла к себе. Джо прав, мне нужно выспаться, чтобы меньше себя накручивать.
5 глава
Выезжали мы на рассвете. У калитки уже стоял запряженный в самую обычную повозку уркус и сонно стриг ушами. Поначалу разнервничавшись, сейчас почему-то стало очень спокойно. Ну а что? Все, как у нас: и повозка деревенская, и осел-переросток. Так я себе думала, пока наш сонный ослик не мотнул головой и поймал мимо пролетающего "воробья". А потом смачно так его сожрал, лишь косточки захрустели.
У меня даже челюсть отвалилась и точно заныкалась в траве. Потому, что такого я даже в дурном сне себе представить не могла.
— Он что — мясоед? — прохрипела я. — Ты почему раньше не сказал? Я ему, между прочим, гриву вычесывала. А если бы он мне палец оттяпал и сожрал?
— Во-первых, ты не спрашивала. А во-вторых, он не мясоед, то есть не совсем. Он всеяден. И он не кусается! — возмутился Джон, укладывая наши вещи в повозку. — Садись уже!
— Этот мир сведет меня с ума, — бурчала я, обходя это чудовище по дуге. — Да такого даже в наших ужастиках не снимали. Старый осел сожрал своего хозяина с голодухи…
— Что такое ужастик? — полюбопытствовал маг, усаживаясь рядом.
— О! Сначала я расскажу тебе, что такое кино…
Дорога мирно стелилась под копыта уркуса. Джо, проштудировав земной кинематограф, о чём-то задумался, а я впитывала в себя безумно красивые пейзажи, как из какой-то сказки. Наш путь лежал вдоль леса, солнышко только поднялось, ещё совсем не жарко, птички поют, розовые белки с тремя хвостами скачут по деревьям, провожая незваных гостей. Любопытные. Я уже даже начала привыкать к вывертам здешней природы.
Ха-ха, то ли ещё будет.
И так мне было спокойно, что я даже не заметила, как стала напевать под нос любимые песни. Маг лишь косился, но не мешал.
— Спой, — прошептал он, когда я пыталась вспомнить слова одной старой песни. Она всегда мне нравилась, просто до мурашек по коже.
— Э… Ты уверен? — переспросила на всякий случай. — Сонька мне всегда говорила, что мне в детстве медведь оба уха оттоптал.
— Да, — мужчина на меня не смотрел и выглядел каким-то грустным, что ли.
— Оке'й! Ну, надеюсь, хоть частично в ноты попаду…
Там за третьим перекрестком
И оттуда строго к югу
Всадник с золотою саблей
В травы густо сеет звезды.
Слышишь, гроздьями роняет небо
Из прорех зерно стальное,
Горные лихие тропы
Покрывая пеленою.
Дороги сплелись
В тугой клубок влюбленных змей,
И от дыхания вулканов в туманах немеет крыло.
Лукавый, смирись –
Мы все равно тебя сильней,
И у огней небесных стран
Сегодня будет тепло.
Там у третьего причала
Сизый парус, парус белый,
Делят небо от начала
До рассвета рваной раной,
Слышишь? Море омывает шрамы,
Посыпает крупной солью
Струпья цвета бычьей крови,
Словно память древней боли.
Дороги сплелись
В тугой клубок влюбленных змей,
И от дыхания вулканов в туманах немеет крыло…
Лукавый, смирись –
Мы все равно тебя сильней,
И у огней небесных стран
Сегодня будет тепло.