Алекс
Шрифт:
— Ян! Крутая вечеринка, чувак, — воскликнул Тедди из своей кабинки, и Кэм поравнялся со мной, когда мы проходили мимо кулера с водой.
— Чувак, я тебе должен. Все, что захочешь. Только назови.
Его благодарность заставляет меня усмехнуться.
— Я так понимаю, что ты и мисс Торчащие Соски хорошо провели ночь?
— Выходные! Столько минетов, я сбился со счета. Кстати, ее зовут Лейла. Но, серьезно, мы трахались в каждой комнате моего дома. Думаю, я влюблен.
Я не смог сдержаться и фыркнул.
— Тебе нравится трахаться.
— Это тоже.
Коробка с ручками упала у наших ног, и мы взглянули на взволнованную секретаршу, которая определенно слышала наш разговор.
— Прости, Тесс, — извинился я, собрав разбросанные ручки и вернув их на стол.
Тесс залилась ярко красным румянцем и пробормотала
— Не нужно извиняться. Я просто…э-э, неуклюжая. Спасибо. — она вертела коробку в руках, пытаясь придумать, куда отвести взгляд.
Она всегда нервничает рядом со мной, и я много раз ловил ее на том, что она наблюдает за мной. Не мой обычный тип, но она милая девочка. Я испытываю желание затащить ее в свою постель и посмотреть, как далеко простирается ее румянец, но этого никогда не случится.
Правило номер один: Не гадь там, где ешь. Женщины склонны беситься, когда понимают, что секс – это все, на что я готов. И я не нахожу приятной мысль о том, что она будет весь рабочий день испепелять меня взглядом.
— Она смотрела на твою задницу, когда ты наклонился, — сообщил мне Кэм, качая головой и ухмыляясь, когда мы отошли.
— Это проклятье, чувак.
— Отвали. Увидимся за обедом. У меня куча бумаг, которую надо разобрать.
Не у него одного. Мне уже много раз говорили, что я не похож на бухгалтера. Люди представляют себе интеллектуально выглядящих парней, как Тедди и Кэм, но мне нравится моя работа. Большинство людей вспоминают о бухгалтерах, когда подходит время для подачи налоговых деклараций, но у меня много другой работы. Управление капиталом, инвестирование, финансовое консультирование. У меня есть дар выбирать непрозрачные акции, прямо перед тем, как цены на них повышаются до небес. Я хорош в своем деле, и мои клиенты любят меня. Не говоря уже о том, что у меня есть установка стать миллионером до тридцати.
Закрыв дверь в свой кабинет, я подключил свой Айпод и включил новый альбом Disturbed, заглушая болтовню и шум агентства. Ах, так лучше. Теперь я могу поработать.
С таким количеством работы, день пролетел незаметно. Уже стемнело, когда я забрался в свой грузовик, хотя еще только пять часов вечера. Ненавижу это время года. Мой желудок решил, куда я направлюсь дальше, сжимаясь и издав громкое урчание. Полагаю, я забыл пообедать.
После того, как я быстро заскочил в закусочную, моя машина наконец-то достаточно прогрелась, чтобы выдавать тепло. Согревшийся, с бургером и картошкой-фри в желудке, чувствую себя заново родившимся. В настроении заняться сексом. Я пролистываю список контактов у себя на телефоне, пока решаю, чего же я хочу на сегодняшнюю ночь. Брюнетку? Блондинку? Худышку? Фигуристую? А-а, Линда. Маленькая, атлетического сложения, с огромными буферами и никогда не остается на ночь. Идеально.
— Ян. — ее сексуальная манера растягивать слова заставляет мои яйца сжаться. — Как дела, голубчик?
— Будут намного лучше, если ты приедешь навестить меня сегодня вечером.
— Ах да, и зачем мне это? — дразнится она.
— Затем, что я могу заставить тебя выкрикивать мое имя, детка.
— В девять вечера?
— Увидимся, красотка. — ага. Это так просто. Не надо меня ненавидеть. Моя внешность – это все, что у меня есть. Мое единственное преимущество в жизни, и черта с два, я не воспользуюсь этим.
Мне лучше поторопиться, если я хочу компанию на вечер. Мне все еще надо сделать пару остановок. Тридцать минут спустя, я в одном из своих любимейших мест, в Приюте для животных «Виляющие хвосты». Это место – моя тайна, здесь меня никто толком не знает, а те, кто по-настоящему знают меня, не в курсе, что я являюсь здесь добровольцем.
— Привет, Ян, — поздоровался со мной Томас, управляющий приютом. — Приехал позаниматься со щенками?
— Ага. Тут пара двадцати трехкилограммовых мешков с собачим кормом в холле. Была распродажа.
Он толкнул меня в плечо и усмехнулся.
— Ты всегда так говоришь.
— Я гений в экономии денег, что могу сказать? Ничего, если я воспользуюсь спортивным залом сегодня? На улице холоднее, чем на Северном Полюсе.
— Да, нормально.
Я прошел к собачим будкам, где меня встретила Нэт, еще один работник. Она улыбнулась мне.
— Приехал поиграть?
— Как обычно. Есть кто в зале? — приют это фактически переоборудованная старая начальная школа. Когда на улице нелетная погода, мы пользуемся спортивным залом, позволяя собакам побегать и поиграть.
— Не-а. Весь в твоем распоряжении. Хочешь взять лабрадора и ее щенков? Они сегодня были заперты.
Шоколадный лабрадор, которую приют окрестил Молли, чуть не сбила меня с ног, когда я открыл ее клетку. Она рванула к двери, ведущей в спортзал, и села перед ней, виляя хвостом, который почти не касался пола.
— Умная девочка, — похвалил я. — Жди нас.
Нэт открыла дверь, пока я пытался удержать четырех извивавшихся в моих руках щенков. Следующий час я провел, бегая по залу с пятью слишком активными животными. Не уверен, кому было веселее, мне или им.
Мои легкие горели, когда я упал у стены спортзала, и наблюдал за играющими щенками. Молли плюхнулась рядом со мной, положив голову мне на колени. Я погрузил пальцы в загривок ее шеи, где она любит, чтобы ее чесали. Приятно видеть ее такой здоровой. Когда ее нашли, она была истощенной и беременной. Кто-то по-видимому бросил ее, чтобы избежать возни с пометом. Удивительно, что не только она выжила, но и все ее четыре щенка. Этот приют спас ей жизнь.
Она испускает вздох, до жути похожий на человеческий, и я почти слышу ее мысли.
— Знаю, девочка. Жизнь отстой, когда ты никому не нужен. Возможно все будет по-другому для тебя, и кто-нибудь выберет тебя, чтобы ты стала частью их семьи. Я надеюсь на это. Ты хорошая девочка.
Щенки засыпали прямо на ходу, и я взял их на руки, Молли следовала за мной до своей клетки. Тихо поскуливая, она зашла внутрь.
— Я вернусь, девочка. Обещаю.
— Ее вскоре заберут, — сказала Нэт, подходя сзади. — Молодая женщина и ее шестилетний сын приедут за ней завтра.
Откровение согрело мне душу. Может у нее действительно есть шанс.
— Это превосходно. Щенки готовы?
— Да, сэр, полностью отлучены от матери, и их скоро разберут.
— Удачи, девочка, — сказал я Молли, позволив ей полизать мои пальцы через клетку. Я очень не хочу уезжать отсюда. Никогда не смогу сделать достаточно, чтобы действительно им помочь. Я подумываю, чтобы спасти одного из них, но я редко бываю дома, и это не назовешь хорошей жизнью. К тому же, как черт возьми, мне выбрать?
Это так жестоко. Шишел-мышел, этот вышел, у тебя есть семья, а остальные остаются в детском доме. Вернее, в приюте. В питомнике. Мне пора ехать.