Чтение онлайн

На третий год войны последний варварский корабль покинул берега Восточного континента. А на четвертый часть вышедших в запас ветеранов решила остаться в Валешии и вместе с уже обосновавшимися там переселенцами из Македонии составила ядро гражданского населения молодой колонии. Каждый, из оставшихся в стране солдат, получил обширный участок земли и освобождение от налогов сроком на десять лет. Колонисты занимались рыбной ловлей в богатых сельдью и лососем прибрежных водах, охотой на пушного зверя и земледелием.

Охотники создавали товарищества, из-за постоянной опасности нападения Тирао предпочитая действовать большими группами. Количество пушнины ими добываемой постоянно росло, и корабли торговцев теперь были частыми гостями в заново заселенном Виоле.

Ценные породы рыбы и драгоценный янтарь так же являлись предметами экспорта колонии. В обмен корабли привозили зерно и изделия ремесленников. Впрочем, в Виоле постепенно развивались собственные ремесла так, что доля готовых изделий из метрополий, постоянно сокращалась. Зато в колонии охотно покупали железо, чай, кофе и лошадей.

На седьмой год, в результате ряда успешных операций, Тирао были отогнаны еще дальше на восток. Территория колонии увеличилась почти втрое, а ее население, не считая войск, составляло около пятидесяти тысяч человек. Первое поколение детей, родившихся у переселенцев, никогда не бывали в метрополии и считали своей настоящей родиной эти северные земли.

Летом, на восьмой год войны в Валешию прибыл Правитель Гидон. Цель его визита не держалась в тайне ни от армии ни от колонистов. Валешии требовался наместник и ограниченное самоуправление. По сути дела это означало официальное завершение войны.

Толпы поселенцев встретили Гидона с восторгом. Весть о свободах и торговых льготах, которые Правитель собирался предоставить стремительно развивающейся колонии, разнеслась по Валешии, заставляя людей еще сильнее радоваться его приезду.

В качестве подарка, Правителю преподнесли медвежью шубу. Еще одна, из шкурок драгоценных чернобурых лис, предназначалась для его оставшейся в столице супруги. Наследнику, которому вскоре должно было сравняться десять лет, передали удивительной красоты соболиную шапочку, украшенную янтарем.

Правитель собирался собственными глазами увидеть богатство этой страны и провести здесь месяц, отдыхая от государственных дел и наслаждаясь охотой на крупного лесного зверя. Ожидались балы, приемы и церемонии. Первые люди города спешили принарядить своих дочерей, заказывая платья двум имевшимся в Виоле портнихам. Вместе с правителем в колонию прибыли молодые офицеры его штаба и свита царедворцев. Шансы сделать хорошую партию казались отцам девушек на выданье чрезвычайно высокими.

В это, полное радостных ожиданий, время ни кто из жителей Валешии не догадывался о том, что грозная опасность уже нависла над их домами. Из глубины лесов на востоке повеяло смертью, но ни у кого из людей не было достаточно хорошего обоняния, чтобы ощутить этот жутковатый аромат. Восемь лет беспрестанных побед ослабили бдительность армии, породив самоуверенность. И час расплаты за беспечность был близок.

Примерно за месяц до приезда Правителя Гидона, два корабля Северного отряда пограничной стражи совершали облет вражеской территорий далеко за пределами колонии. Это была обычная операция, из тех что проводились постоянно, для выявления стойбищ Тирао. Такие стойбища, будучи обнаруженными, тотчас наносились на карту. После этого к месту высылалось требуемое количество кораблей с войсками, которые старались по возможности окружить лагерь врага. После того как стойбище бывало окружено, солдаты под прикрытием воздушных кораблей вырубали в тайге широкую просеку, достаточную, чтобы остановить распространение лесного пожара на соседние территории.

Операция по ликвидации обычно начиналась на рассвете. При хорошей организации к полудню все приготовления бывали завершены. Тогда солдаты выстраивались в боевом порядке, а корабли начинали обстрел стойбища греческим огнем. Те из Тирао, кому удавалось спастись из огня, погибали под ударами мечей и копий солдат. При этом и войска несли некоторые потери, ибо Тирао дрались за свою жизнь отчаянно и никогда не сдавались на милость победителя, предпочитая плену смерть.

В последнее время, и об этом доносили в рапортах капитаны патрульных кораблей, количество стойбищ Тирао в контрольной зоне резко уменьшилось. Начальство слало победные реляции в метрополию, капитаны производились в майоры, майоры в полковники, солдаты получали денежные поощрения и внеочередные отпуска. Слухи об этих успехах целенаправленно распространялись среди населения Македонии, что способствовало притоку в колонию новых эмигрантов.

Однако на этот раз, два патрульных корабля, отклонившись от курса из-за вставшей на их пути сильной грозы, углубились в тайгу гораздо дальше, чем было предусмотрено по плану. В результате этого случайного отклонения, Македоняне с удивлением обнаружили два огромных стойбища Тирао. Таких больших, что для операции по уничтожению даже одного из них, врядли хватило бы тех сил которыми располагали гарнизоны крепостей в этой части границы.

Кроме того, на одном из кораблей оказалась неисправна установка для подогрева болотной воды, поврежденная в результате воздушного шторма. Кораблем командовал Гималай, дослужившийся к этому времени до звания капитана второго ранга.

Несмотря на доблесть, отвагу и умелое командование, проявленное им в ходе Северной Войны, начальство по прежнему недолюбливало молодого офицера. Многие, гораздо менее способные его сверстники, уже ходили в майорах, а двое из его прежних сослуживцев имели звание подполковников. Все больше и больше разочаровываясь в выбранном пути Гималай, придумал грандиозный план. Построенный на расчете напополам с везением, он, тем не менее, был вполне осуществим, принимая во внимание сложившееся обстоятельства.

Гималай был прекрасно осведомлен о состоянии Македонской армии, которая в результате легких побед, потеряла бдительность и пребывала в полной уверенности в своей непобедимости. С некоторых пор, а именно с того самого момента, когда вера его в успешную военную карьеру была поколеблена, Гималай вел свои собственные наблюдения за Тирао. Во время увольнительных, он не уезжал из крепости в Виоль, как поступало на его месте большинство офицеров, а проникал на территорию противника, пользуясь возможностью превращаться в Белку. Общаясь с некоторыми из своих сородичей, он был осведомлен и о том, что творилось в стойбищах.

А происходило там следующее: Верно было то, что Тирао потерпели поражение в борьбе за контроль над прибрежной полосой и примыкавшей к ней областью тайги. Верно было и то, что в результате патрулирования вод в районе северной косы, все айсберги, приплывавшие туда летом, отлавливались Македонскими судами и заключенные в них Тирао уничтожались.

Однако, надежды Македонян на скорое окончание войны, даже при нынешнем положении дел были далеки от реальности. И, хотя, в лесах на границах колонии количество Тирао уменьшилось, но вне пределов досягаемости македонских кораблей, глубоко в тайге находились новые многочисленные становища.