Чтение онлайн

Но вскоре настал звездный час для молодых хоккеистов «Крыльев Советов», еще недавно игравших вместе в молодежной команде ЦСКА и впервые попавших во взрослую сборную. На первые роли в матче вышла тройка 21-летних Лебедева, Анисина и Бодунова. «Пусть поучатся, обкатаются» – такими словами обосновал присутствие в игре на виннипегской «Арене» хоккеистов «Крылышек» Всеволод Бобров. Лебедев на 35-й минуте, а спустя четыре минуты Бодунов сделали счет равным – 4:4.

Последние мгновения встречи стали бенефисом вратарей. Мальцев за 13 секунд до финальной сирены бросал хитро и наверняка, но Тони Эспозито умудрился отбить шайбу. Владислав Третьяк, показавший в этой игре свои уникальные способности, выручил советскую сборную после «не берущегося» броска Хендерсона с трех метров. «После игры мы пытались подсластить результат, заявляя, что упустили верный выигрыш. Мы не упустили его. Его у нас отняли русские. Мы твердили, что им везло и что они использовали все отрывы. Чепуха. Они проигрывали, но не растерялись, а отрывы были созданы их собственными действиями. Наверное, им приятно сознавать, что их трудно выбить из седла. Часто ли команды НХЛ дважды сравнивают результат, проигрывая по две шайбы?» – писал в своих воспоминаниях Кен Драйден.

Восьмого сентября 1972 года в Ванкувере прошла заключительная, четвертая встреча канадской части серии. На этот раз советская сборная решила не отдавать канадцам нити игры и уже через восемь минут после ее начала благодаря двум шайбам Бориса Михайлова, заброшенным, когда канадцы были в меньшинстве, вела со счетом 2:0. Во втором периоде Перро удалось сократить разрыв в счете, однако Блинов, игравший в тройке с Михайловым и Петровым, довел счет до 3:1. А затем Мальцев вместе с Харламовым подарили прекрасную возможность отличиться своему партнеру по звену – Владимир Викулов перед вторым перерывом сделал счет 4:1. «Играть дальше было бессмысленно», – напишет позже Кен Драйден в своих воспоминаниях. Лишь при счете 5:1 (шайбу в составе сборной СССР забросил Владимир Шадрин) канадцы подсластили горькую пилюлю себе и своим болельщикам, отквитав две шайбы.

Своих хоккеистов канадские болельщики провожали многотысячным гулом: «Бу-уу», который на местных стадионах выражает высшую степень недовольства игрой. Не этот счет 3:5 и два поражения за четыре первых матча серии мечтали увидеть местные зрители. Но результат ванкуверского матча и общий итог: две победы русских при одном поражении и одной ничьей были закономерными.

После этой игры Фил Эспозито дал очень эмоциональное интервью по национальному телевидению. «Мы делаем все, что можем, и выкладываемся до конца, и я хотел бы, черт побери, чтобы вы, люди, поняли это. Эти русские – великие хоккеисты. Почему бы вам не оценить их по достоинству и не прекратить осыпать нас обвинениями?» – вопрошал в интервью Фил Эспозито. Потрясающие по эмоциональности слова произнес форвард Фрэнк Маховлич, игрок, поражавший своими габаритами и не склонный к сентиментальности: «После того, что русские сделали с нами в нашей игре здесь, в Канаде, боюсь, в спорте не осталось ничего святого. Если их кто-нибудь познакомит с американским футболом, они через два года разгромят “Далласских ковбоев” и выиграют главный приз».

Подводя итоги первой части серии, известный хоккейный обозреватель «Спортс иллюстрейтед» Марк Мелвой писал: «…Теперь, по прошествии самой отрезвляющей недели в истории канадского спорта, хоккей стал русской игрой. За какие-то семь дней сборная СССР развеяла столетний миф о превосходстве канадского хоккея и покончила с легендой о непобедимости игроков НХЛ. Многие теперь задаются вопросом: смогут ли они вновь ходить на матчи “Торонто Мэйпл Лифс” с “Окленд силе”?» [12]

Харламов, Якушев, Третьяк, Михайлов – эти фамилии советских игроков североамериканские специалисты, журналисты и зрители запомнили надолго. В этой части серии также блестяще зарекомендовала себя спартаковская тройка во главе с Якушевым, которого канадцы сравнивали с советским самолетом «МиГ-15» – передовым отечественным истребителем тех времен. Конечно, особенно поразил канадцев Валерий Харламов. В местной прессе его стали сравнивать с самим Бобби Орром, что являлось высшим мерилом в Канаде по отношению к мастерству хоккеиста. Но было и другое, что не красило хозяев. Владислав Третьяк вспоминал, что канадские игроки начали выходить на лед после первой игры в Монреале со специальной установкой: бить Харламову по ногам. Однако сам Валерий, часто с улыбкой на лице, проходил защитные редуты лучших игроков обороны НХЛ и продолжал забрасывать шайбы в «лукошки» знаменитым Кену Драйдену и Тони Эспозито.

Мальцев в этой серии остался немного в тени, хотя в последней игре канадской части серии ему досталась такая же бурная порция аплодисментов от местных зрителей, как Третьяку, Якушеву и Харламову. Можно сказать, что в серии 1972 года Александр Мальцев выступал большей частью в роли подающего снаряды для Харламова. Связка Харламов – Мальцев, которой по объективным причинам, к сожалению, так и не удалось заиграть в сборной впоследствии (из-за того, что привычными партнерами Валерия Харламова на долгие годы стали Михайлов и Петров), стала настоящим открытием серии.

Это был единственный сезон в сборной СССР, который Мальцев отыграл в одном звене со своим лучшим другом. И что символично, по окончании этого года разделил с Валерием Харламовым лавры лучшего хоккеиста Советского Союза. И хотя Александру Мальцеву во время первой в истории суперсерии в местных СМИ уделялось меньше внимания, чем Валерию Харламову, канадцы, начиная с этих встреч, «взяли его на карандаш». Тренер Синден, несмотря на скромные статистические показатели Мальцева в сравнении с другими советскими форвардами, тем не менее, считал его одним из лучших нападающих своего поколения.

«Саше было немного труднее, чем другим. Он техничный, быстрый игрок, любящий подержать шайбу. А в Канаде местные хоккеисты просто не давали ему как следует ее обработать и крайне жестко отбирали ее. Тем более если учесть, что Мальцеву с его габаритами было тяжело тягаться с впечатляющими по мощи защитниками», – рассказывал мне Владимир Шадрин. «Валера Харламов тогда был одной из самых ярких звезд серии. Но и Саша сыграл очень достойно. Немножко, мне показалось, стушевался в первых двух играх, поскольку для него совершенно неожиданной оказалась грубая и подчас хамская игра канадцев. Он потом признавался, что особенно ему больно было видеть, как канадцы откровенно били сначала по ногам, а потом по голеностопам Валеру Харламова, чтобы любой ценой вывести его из игры. А потом он адаптировался. Понял, что с ними надо действовать хитростью. Саша собрался, мастер есть мастер, и отыграл с ними достойно», – полагает брат Александра Мальцева Сергей.

«Наше поколение никогда не боялось канадцев и чаще у них выигрывало, чем проигрывало им. И когда мы играли с ними клубами, и со сборной. Не было никакой боязни и у наших главных надежд. Просто Харламов был более агрессивным, дерзким в игре с ними, а Саша – более мягким на льду, я бы сказал, элегантным. Ему с канадскими гренадерами приходилось значительно сложнее, чем другим», – признавался в беседе со мной Владимир Крикунов, имевший опыт выступления против канадцев в составе «Динамо» и сборной.

Валерий Харламов, вернувшись домой после канадской части серии, часто вспоминал о мультфильме, который появился тогда на советских телеэкранах. «Добрые, мягкие» игрушки играли в хоккей с «грубыми» деревянными. «Мягкие» были более техничными и играли в более корректный хоккей, что злило «деревянных», постоянно нарушавших правила. «Мы вызываем вас на бой», – говорилось в том мультфильме. «Валера, улыбаясь, любил по-своему переиначить эту фразу. Он говорил: “Они, значит, вызывают нас на бой?”, подразумевая грубых канадцев. “Ну и дураки, что вызвали, – выдерживал паузу, произнося с улыбкой. – Согласились на свою голову играть с нами и только потом поняли, куда на самом деле вляпались”», – вспоминает Сергей Мальцев.

Московская часть советско-канадского противостояния начиналась через две недели. У обеих сторон было время, чтобы проанализировать ситуацию. Советские наставники, подводя итоги канадского отрезка, отмечали, что профессионалы выглядели уставшими и совершенно не поспевали за темпом, предложенным русскими игроками. Однако в Москве признали умение канадцев навязывать противнику силовую борьбу на всех участках поля, нацеленность на ворота, постоянное стремление овладеть шайбой и использовать малейшую возможность для ее добивания в сетку.