Чтение онлайн

Но, разумеется, самой священной принадлежностью и лучшим украшением жилища были святые иконы. Посетители при входе и выходе из дома прежде всего обращались к ним и набожно крестились. Члены семейства усердно молились пред ними и утром и вечером, пред обедом и ужином. Древние русские люди в присутствии святых икон не дозволяли себе, под опасением тяжкого греха, чего-либо предосудительного. Иконы у князей богато украшались золотыми и серебряными окладами, жемчугом и драгоценными камнями.

К сеням пристраивалась лестница с крытой площадкой наверху, или крыльцо, также затейливо украшенное красивыми точеными столбиками. К крыльцу вели расчищенные дорожки, усыпанные желтым песком. На дворе близ терема можно было увидать княжеских слуг, конюхов и дворников, коротающих свой досуг за игрою н шашки или бабки. Нередко число таких слуг избиралось до нескольких сот человек. Близ терема располагались хозяйственные постройки, где складывалось всякого рода добро,, кладовые, погреба, в которых в изобилии хранились «меды стоялые, питьица медвяные, зелено вино». Скотные дворы и конюшни вмещали множество добрых коней, крупного и мелкого скота. На дворе стояло по нескольку сот стогов. Обширность построек и всякого рода запасов будет для нас вполне понятна, если вспомним, что при кнчзе неотлучно находилась часть его дружины, так называемые «.отроки, детские пасынки», у князя же хранилось оружие и содержались запасы коней для военного времени. Сверх того некоторые князья отличались самой широкой благотворительностью. «Дивная и снятая милостыня» недаром считалась наиболее священной обязанностью древнего русского человека.

Наиболее ценное имущество состояло в золотых и серебряных сосудах, мехах, паволоках, дорогом оружии, камнях, жемчуге и т. п. Делались большие запасы одежды. Одежда князей состояла из кафтана, спускавшегося немного ниже колен. Кафтаны шились из дорогих привозных тканей разнообразных цветов: синего, зеленого, красного. Сверх кафтана - корзно, или мантия. На корзно употреблялись самые дорогие ткани, например: оксамит, золотая или серебряная ткань, привозимая из Греции, расшитая шелковыми разводками и узорами. Его застегивали на правом плече запоною. Кафтан перехватывался золотым поясом с четырьмя концами.

Атласный воротник, рукава, или «поручи, подол кафтана и края корзна наводились золотом. От шеи до пояса по кафтану иногда шла золотая обшивка с тремя поперечными золотыми полосами. Сапоги носились цветные с острыми носами. На голове шапка с наушниками, называвшаяся клобуком, цветного бархата с соболи-ною опушкой. На груди носили кресты. Ношение креста на груди скоро на Руся вошло во всеобщий обычай. Святой крест считался крепкой порукой в верности данному слову. Вера в силу креста и надежда на его помощь была столь сильна в русском человеке, что он, вооружившись крестом, бесстрашно шел в бой с врагами.

Наши князья вели бодрую, деятельную жизнь40. С молодых лет их уже посылали участвовать в походах. О св. Александре также можно сказать, что у него «из(ъ) млада не бы покоя*. В мирное же время день их проходил в следующем порядке: вставали они рано поутру, вместе с рассветом, и прежде всего шли в церковь. Службу слушали по большей части на полатях, в домовых церквах. Некоторые благочестивые князья имели обыкновение приходить в церковь до начала службы и сами возжигали свечи,

«Первое к церкви,- говорит Владимир Мономах,- да не застанет вас солнце в постели… Заутренюю отдавше Богови хвалу, и потом солнцу восходящу и узревше солнце, и прославити Бога с радостью*. Живое религиозное чувство одушевляло князей на молитве, и пример их имел могущественное влияние на народ.

Храмы в Древней Руси имели огромное значение. Они были не только главною святыней города, но и символами гражданской

жизни. «Постоять за св. Софию, как впоследствии в Московском государстве «за дом Пречистыя Богородицы», значило постоять за свою родину, за ее целость и независимость. Храм в глазах наших предков был живою благодатной силой. Этой силе они приписывали все свои удачи, победы над врагами, избавление от бедствий. Как место, посвященное Богу, храм считался неприкосновенным убежищем: там часто находили себе защиту спасавшиеся от буйства мятежной толпы. Но прежде всего храм был училищем веры и благочестия, главным просветительным и образовательным центром. Красота храма и богослужения имели неотразимую прелесть для наших предков. Потому-то они «вельми болезновали духом, зря подписанием неукрашену церковь». Понятно, что всякое построение и украшение храма было важным событием жизни, в высшей степени занимало всех и каждого - от князя до простолюдина - и соединяло всех в чувстве радости и умиления. Ко дню освящения все спешили во вновь построенный и украшенный храм и испытывали высокое духовное наслаждение, ч«видяще превеликое создание церкви и многочудную подпись, воистину мнящеся яко на небеси стояти». После освящения храма следовал пир, иногда всенародный. Князья одаривали подарками «вся яже от первых и до последних, не токмо ту сущая, но и прилучившаяся тогда». При таком отношении к храму наши князья, естественно, желали видеть храм вблизи своего жилища. Так, в обычном местопребывании новгородских князей, на Городище, было несколько храмов, и между прочими церковь Благовещения, построенная Мстиславом, сыном Мономаха. Там хранилось богато украшенное Евангелие, сохранившееся до нашего времени,- дар благочестивого строителя храма. Без сомнения, этот храм был особенно часто посещаем св. Александром во время его новгородской жизни…

После божественной службы князья завтракали и затем садились думать с дружиною, или творить суд, «людей оправливать». Без сомнения, при этом оправливании людей Александр Ярославич имел случай проявить свою проницательность и мудрость, которую сравнивали с мудростью Соломона. Он особенно любил правосудие и строго требовал от бояр, чтобы они справедливо судили, не потворствовали сильным и не обижали слабых, чтобы отнюдь не брали

неправедной мзды и довольствовались законным вознаграждением. Не одной прекрасной наружностью, не одним именем он напоминал современникам великого македонского героя: юный князь умел держать бояр в повиновении. Кроткий и ласковый в обращении, он невольно внушал уважение к себе своими выдающимися душевными качествами, а непокорных смирял грозой своего гнева и примерного наказания. За отсутствием дел князья развлекались охотой, о чем было уже сказано раньше.

Иногда князей навещали духовные лица. Как самые образованные люди своего времени, пастыри церкви пользовались великим уважением со стороны князей, которые советовались с ними о всех важных делах и ни одного предприятия не начинали без пастырского благословения.

В полдень был обед. Стол был изобильный, подавалось «брашно многое»: тетеря, гуси, жеравие и ряби, голуби, кури, заяци и елени и т. п. За столом служили повара и домашняя прислуга. Обыкновенными напитками были: квас, мед, вино, олуй (норманский напиток, oel). Сам всегда воздержный, Александр Ярославич был очень радушным хозяином, но все хорошо знали его взгляд на излишество в пище и питии.

Посты соблюдались очень строго.

Послеполуденное время посвящалось отдыху. Это вполне понятно, если вставали до рассвета. «Спанье есть от Бога присужено полудне,- говорит Мономах,- от чина бо почивает и зверь, и птици, и человеки».

Вечер отдавался, по всей вероятности, заботам о домашних делах по управлению селами, дворами, стадами; принимались и выслушивались счеты и расчеты с тиунами и т. п.

День оканчивался ужином. Сну предшествовала молитва. «Ночным поклоном и пением человек побеждает диаьола»,- замечает Мономах.

Но, чем бы князья ни занимались, мирным ли строением или ратным делом, высшим идеалом истинно христианской жизни они считали иночество. В течение всей жизни их не покидала «мысль на пострижение»; они стремились к отрешению от «многомятежного жития* к «мнишьскому чину». Такой взгляд, несмотря на всю воинственность эпохи, естественно налагал заметный отпечаток на всю домашнюю повседневную жизнь.

Закончим наш очерк следующим замечанием. Несомненно, са- ^ мое могущественное влияние на человека оказывает среда. Христианская вера, вполне отвечавшая мирному характеру русского народа, сделала решительный поворот в умственной и нравственной его жизни. Справедливо сказано, что христианство «не клином врезалось в народное миросозерцание и стало в нем особняком, а привилось к народу после продолжительного процесса переработки народных воззрений, усвоилось народом, сделалось неотъемлемою, и, пожалуй, существенною частью его духовной природы». Христианство давало русскому пароду ответы на все запросы его совести, определяло все частные случаи жизни христианина и мало-помалу вводило новые начала в глубину семейного и частного быта. Можно сказать, вся жизнь древнего русского общества была проникнута христианским духом. Все, в чем только выражалась умственная жизнь народа, все его думы, убеждения, чаяния и идеалы,- все носило сильный отпечаток новой веры. Летописи, сочинения и письма светских лиц проникнуты религиозным настроением и наполнены текстами Священного писания. Самые повести, сказки, былины и песни той эпохи носят характер религиозный. Правда, в народной массе еще довольно крепко держались пережитки язычества в виде суеверий разного рода, но это происходило не от сознательного противодействия новым началам: здесь, скорее, сказывалась сила привычки, застарелость традиций. Правда, в действительной жизни еще господствовали часто необузданные страсти и пороки, святые слова очень часто были в разладе с делом. Но ведь «и слова,- по справедливому замечанию историка,- имеют силу, когда беспрестанно повторяются с убеждением в их правде, когда их пбвторяют и сами князья, и духовенство, и народ». Действительная жизнь далеко не соответствовала высоким требованиям христианства, но в духовной сфере христианское начало царило безусловно, сообщая удивительную цельность миросозерцанию тогдашних людей, и души, особенно восприимчивые, всецело с пламенным усердием отдавали всю свою жизнь на служение христианскому идеалу. Такова была среда, в которой росли и воспитывались русские люди того времени.

Глава 3

Пребывание св. Александра в Новгороде до начала самостоятельного княжения.- Владения и политическое устройство Великого Новгорода.- Отношение к суздальским князьям.- Князь Ярослав Всеволодович,- На родные бедствия и волнения в Новгороде.- Торжество Ярослава.- Смерть Феодора Ярославича.- Оставление Александра на княжение в Новгороде.- Удаление кн. Ярослава в Киев,- Влияние новгородской жизни на характер Александра.

Не суждено было Александру Ярославичу мирно расти и развивать свои силы под кровом родительским, вдали от тревог и забот житейских. Слишком рано ему пришлось стать лицом к лицу с действительной жизнью и испытать ее суровые уроки. Уже в раннем возрасте он должен был познакомиться со всеми треволнениями тогдашней вольной новгородской жизни, но зато, с другой стороны, трудно было бы указать какой-нибудь другой город или область, где нашлись бы столь благоприятные условия для образования великих качеств правителя, где можно было бы пройти наилучшую школу политической мудрости, как именно в Новгороде.

Богат и славен был господин Великий Новгород! Широко раскидывался он сиоими пятью концами по обоим берегам реки Волхова: на левой, Софийской, стороне виднелись зубчатые стены кремля, а за ними, венчаясь крестами, возвышалась соборная церковь Софии Премудрости Божией - главная новгородская святыня, символ новгородской свободы и самостоятельности. На другой стороне стоял заветный двор Ярославов.

Когда-то звучал там свободный

Народный язык вечевой..

' Когда созывал новгородцев