Чтение онлайн

И вмиг наступили потемки

Для Лилиных бедных зубов.

И как ни печально все это,

Я знаю... Века* пробегут,

И в красное знойное лето

Ей зубы внезапно вернут.

К ней в дом постучится трехгубый

Приятного вида изверг,

И скажет: - Вы Лиля? Вот зубы!

Расписку! И будет Четверг!

* Что Лиле Борисовне века - она ведь бессмертна!

ЗАМРИ, ИЛИ "СИНИЕ КАМНИ ДЕТЕЙ"

Светлане Карповне Карпенко

Света любила, увы, безответно

Синие камни детей.

Камни ж детей не тянулись приветливо

К ней.

Нравился детям Чумак-Непоседа!

Дядька веселый Алан!

Только придет, так про бесов беседа!

Или игра в Ку-Клус-Клан!

Вытащит трешник*, и громко смеются

Синие камни детей!

С ним хулиганские песни поются

Звонче и веселей...

Выпадет, скажем, малыш из кроватки,

Дядька Алан тут как тут.

Трезв. В ослепительно белом халатике

Все успевает плут...

Дядя Алан! Не протягивай ноги!

Светою смерть попри!

Синеньким камнем заляг у дороги,

Но не помри, а замри!

* А ведь это и впрямь смешно! Трешник!

КУКУШКА

Маргарите Ивановне Пацуло (зав. 25 отделения больницы № 4)

Кто кошельки у нас крадет, того тюрьма да лагерь ждет!

А кто Куриллами торгует, тому кукушка не кукует!

Кукушечка, скажи - ку-ку! Молчит кукушка... Ни гу-гу...

СИ - СА - СО

Николаю Николаевичу Королеву. На мотив "Мандолина, гитара и бас"

Нашей дружбы я помню начало. Злой трамвай тебе въехал в лицо

Refren} И тогда в первый раз ты сказала: Си-са-со, Си-са-со, Си-са-со.

Годы шли. Ты в больницах валялась. Не вертелось страстей колесо.

Refren} И, казалось, почти забывалось: Си-са-со, Си-са-со, Си-са-со.

Но когда я, рыдая, у гроба, под коньяк себе чистил яйцо,

Refren} Мне казалось, что шепчем мы оба: Си-са-со, Си-са-со, Си-са-со.

НИКОЛАЮ КОРОЛЕВУ

В эту ночь продавали плутоний

По двенадцать рублей за кило.

Я купил на одиннадцать двадцать,

Больше не было денег у мя>

Часть пропив, часть зарыв под Чучелой,

Я счастливым вернулся домой,

А у двери моей черно-белой (как зебра)

Поджидал меня мрачный конвой.

Я простился со свекором дяди

И побрел все на свете кляня.

Я скорбел, что кремлевские бляди

Словно крабы вцепились в меня...

И в душе моей все испохаблено,

И нескоро вернусь я назад.

Где пиджак, мне подаренный Сталиным?

Как там - мой пионерский отряд?

А как шел мимо Вовы я, дяденьки,

Зарыдал, мол, прощай, старикан!

Была б Надя - простился бы с Наденькой,

Но стелился приречный туман...

Вдруг откуда-то вышел кудесник*

И, похмельем тяжелым томим,

Я сказал ему: "Здравствуй, Бродяга"

А затем попрощался и с ним!

* По моему, из ГУМа!

О ТАЙНАХ

Елизавете Гургеновне Королевой

Слава Зайцев, что шьет для верхушки,

Фрак пошил мне, не взяв и полушки.

Что я делаю с зайцевским фраком,

Это тайна, покрытая мраком.

Есть еще одна... Чур, между нами.

Что ты делаешь, Лиза, с деньгами?

Тайна твоя идентична моей...

Господи, сколько же тайн у людей!

(Я думаю, много. А ты?)

АЛЕКСАНДРУ РОДИОНОВУ

Твердость Дзержинского. Храбрость Котовского.

Краснознаменные смазаны дали.

А кто б, угадайте-ка, мог Березовского

В бочку упрятать, залив Цинандали?

Рифмой помочь вам? Коль не угадали?

Етому дяде фамилия - Сталин!

Трудно ручаться сейчас за Котовского,

Или Дзержинского... Смазаны дали.

А Сталин, тот точно бы взял Березовского

В бочку его - и залил Цинандали!

(Он умел! Золотой был дядя!)

ПЕСНЯ

Александру Родионову

Каспийские дали призывно шуршали, но ты мне сказала: - Чимкент!

И вот я в дороге. Пусть сломаны ноги. К тебе я домчуся в момент.

Еще на вокзале мне тихо сказали: - Горбатый, куда ты спешишь?

Но я улыбался. Я просто смеялся, и людям показывал шиш...

Меня колотили, меня молотили, Стараясь попасть по губе...

Затем прекратили, потом отпустили - И снова я мчуся к тебе!

Не плачь, дорогая! Поверь, золотая, что радостно мы заживем...

И скоро с винтовкой и красной листовкой На Первое мая пойдем!

(или еще куда-нибудь, как случится).

АЛЕКСАНДРУ РОДИОНОВУ

Это было до менингита.

Я по улице шел домой,

Не встречая в пути рахита

Иль козла с золотой головой.

Никогда пусть не будет с вами!

Как случилось тогда со мной.

Гнидокрылые твари лбами

Вдруг нарушили мой покой!

Я не вправе на них сердиться.

День кошмара - уже далек.

Широка, хороша больница.

Менингитный забор высок.

Саше Родионову очень нравились стихи о Пугачевой (приводить целиком их не стоит, привожу несколько строф).

Слышал я, Вы не учились в школе,

Трудное детство, потом война...

А скольки Вам лет, уже ежели коли,

Речь в ету сторону крен дала?

Алла Борисовна, птица, держитесь.

С миру по нитке, но Вам-то по рублю,

А что не люблю Вас, то это извините уж,

Я и Горбачева мож самого не люблю.

Скряги с сквалыгой Вы смесь скверносложная

И фикстула (из жень-шеня нос).

Дрянь Ваши песни*, но тряхнуть, как положено,

Глядишь, и вывалится с пяток квелых роз.

Ни миллиона, понятно, ни Паулса

Нетути. Подрастерялись на марше.