Чтение онлайн

Вокруг алтарей натянули канаты, и подмели камни от остатков волос и опилок. Тело несчастного солдата убрали в хибару самой широкой женщины. Она радостно плескала в ладоши, но на ее противном лице читалась борьба. Трахаться, или смотреть на бой. Смотреть, или… Толстуха сделала свой выбор и скрылась за покровом землянки. Оттуда донесся всхлип юдиста и громкий шлепок, символизирующий соприкосновения бедер двух особей противоположного пола.

Из своего домика появилась Джон, облаченная в полные рукопашные доспехи амазонок. Он состоял из короткого стального нагрудника, панциря, кирасы, компактного шлема с защитным плексигласовым забралом, наколенников, поножей и острых налокотников. Закованные в сталь руки грозно сжимались, упираясь в пояс, утыканный десятком ножей и кислотников.

Женщины возбужденно зашептались. Им бы, стервам, пару грязных сковородок и вереницу детей! Посмотрели бы мы на их хваленый феминизм.

Ирэн оставалась в защитном комбинезоне с выключенным энергозапасом и пассивной, то есть, нерабочей аптечкой. На голову она накинула только дюралевый капюшон, открывающийся на манер ракушки. На спину она повесила легкий кожаный щит, который наполовину прикрывал ее платиновую голову и часть сексуальной попки. Я решил, что всегда буду смотреть только на нее. Всю жизнь, а зачем мне другие женщины? Мне от этой ненасытной еле раком не пришлось выползать после пещеры со слизнями.

На ногах Ирэн блестели натертые влажной тряпкой сапоги из подкованной титаном кожи, а колени и локти она обмотала тряпьем. Среди хлама блестело несколько остро отточенных лезвий. Вот и вся экипировка.

–  Ты вызвала меня на бой, потому выбогр оружия за мной, - пробасила Джон.

Ирэн неопределенно качнула головой.

–  Мне все равно, чучело. Я убью тебя даже коробком от спичек.

Я недоверчиво оглядел амазонку от щиколоток до носа. Да такую даже вагоном досок не привалить. Она же весит близко двух центнеров.

Рот предводительницы тщеславно искривился.

–  Я выбиграю грукопашный бой до смегрти! А ей, - она кивнула на мою девушку, - так уж и быть, дайте ее когробок!

Под ехидные смешки из толпы бросили спички. Ирэн поймала маленькую картонку и спрятала на груди.

–  Ну, - бросила Джон одиноко стоявшей женщине, - командуй, душительница!

Бабенка, когтистые руки которой доставали до земли, а пальцы волочились в пыли, подняла длинную конечность в небо и указала на солнце.

–  Светило - высоко, сокол - далеко, детям - молоко, начинайте драку, а то мне нелегко!
– сиплым голосом провозгласила душительница. И добавила тихо, - Что за дурацкое правило, что человек на моей должности всегда должен говорить стихами.
– Немного подумала и добавила, - а туман не за горами…

Атаманша отбросила все оружие и осталась в одних доспехах. Женщины медленно приближались друг к другу. Я на миг прикрыл глаза. Не хочу умирать без нее, вообще не хочу умирать.

Они, наконец, сошлись в центре круга, остановились и принялись магнетизировать друг друга воинствующими взглядами. Моя девушка бросилась вперед и неуклюже, совсем по девичьи попробовала ударить Джона. Орясина легко отбила выпад и атаковала. Ирэн от зуботычины отлетела назад и, зацепившись за мою ногу, упала на спину.

–  Идиот, - она пнула меня в грудь. И вскочила на ноги, к ней приближалась предводительница.

Бойцы опять сошлись в центре, обмениваясь ударами. Легкие тычки девушки совсем не причиняли вреда бабищу, Ирэн же тряслась от ударов соперницы, как тряпичная кукла. Я опешил, она держалась. Монстр пока не мог одолеть мою любовь!

Видимо, я радовался несколько преждевременно. От сильного удара пяткой в лоб, поверженная красавица оказалась на камнях. Мое сердце остановилось, когда затылок Ирэн ударился оземь, и камни окрасились кровью. Но любимая поднялась! С трудом, но она стояла на ровных, хотя и дрожащих, как лес под бурей, ножках.

Толпа возбужденных ревела и требовала зрелищ. При виде свежей крови, многие бросились вперед, и только вид спокойно заметающей пыль душительницы сдерживал их на своих местах.

Джон бросилась на Ирэн. И тут все удивились. Очень. Движения моей красавицы поменялись, они стали точными и молниеносными. Удары Джона больше не попадали в цель, любимая легко парировала все выпады и контратаковала. Я потрясенно заметил несколько приемов и ударов, запрещенных на большинстве цивилизованных планет и глубоко уважаемых на факультете спецподразделений в нашем УМДВ[16].

Челюсти амазонок низко отвисли. Воздух наполнился запахами несварения десятков желудков. Мой рот находился в подобном положении, как и у большинства, только пахло из него недешевыми сигаретами. У меня супердевушка. Плохо только, что ссориться с ней часто не рекомендуется. Что ж, мы тоже не лыком шиты.

Все окружающие кольцо женщины смотрели только на дерущихся. Их предводительница тщетно пыталась поймать Ирэн в смертоносные объятия, но не тут-то было! Девчонка летала над головой своей соперницы, переворачиваясь в тройных сальто, как изящная горная бегемотолань из Лаугульских высокогорий, прыгала по алтарям. Сильно отталкивалась ногами и ее маленькие кулачки соприкасались то с головой, то с грудью Джона. Предводительница дикарок тяжело дышала, теперь она почти не атаковала, лишь отмахивалась от нападающей, как от назойливого комарика.

Ирэн тоже приходилось не сладко. Ее шикарная грудь прерывисто вздымалась и опадала, по шее стекал горячий пот. Дюралевые секции на ее шлеме давно треснули надвое, после удачного удара Джона, из-под них выбивались скомканные волосы цвета расплавленной платины. Несомненно, она была во многом профессиональнее противницы, но силенок ей явно не хватало. Еще минут десять-пятнадцать, и она бездыханно упадет под градом чужих ударов.

Пока все таращились на бой, ко мне подкрались сзади. И лизнули меня в ухо. Было бы приятно, если б мои ноздри не затрепетали от смрадного дыхания.

Мускулистая старуха подбиралась ко мне. С намерениями, оставлявшими пожелать лучшего. Я резко отклонился назад и мои пальцы в ободранных перчатках соприкоснулись. Я содрогнулся в пароксизме боли - так бывает всегда, если пытаешься насильно освободится от плазмо-наручников. Что-то хрустнуло. Неужели сломал руку? Боль внезапно отошла и я почувствовал, что наконец свободен.

Освободившимися, но крайне затекшими руками, я схватил старуху за горло и сжал. То же ощущение, когда пробуешь одной конечностью растереть в пыль глыбу гранита.

–  Поклонник жесткого?
– обрадовалась бабулька и сдавила меня в медвежьих объятиях. Ребра заскрипели и прижались к легким. Мне еле удалось вывернуться и схватить ее шею в замковый захват. «Одна секунда удушения в одной позиции - субъект задыхается от нехватки кислорода в мозгу. Через три секунды ординарного замкового захвата, настает кислородное голодание и противник умирает. Если удушение продолжить рывком влево и вверх, переламываются два шейных позвонка и гортань…», припомнились мне давние теоретические курсы скрытного убийства.