Алексмен. Вторжение
Шрифт:
– Я понимаю всю ответственность, которая лежит на вас, но пока мы не можем отказаться от секретности. Вы понимаете, что может произойти, если люди узнают?, – генерал явно нервничал, но не собирался отступать.
Президент подошла к своему креслу сзади и положила руки на спинку кресла. Сейчас с нее можно было писать картину «Сдержанное раздражение». Или нет, лучше «Государственная тревога».
– Почему вы так уверены в этом, – она покачала головой, – Ситуация, в которой оказался Эйзенхауэр, была совершенно иной. Когда он встречался с инопланетянами, Нибиру не было рядом. Целая планета с миллиардами гуманоидов сейчас подлетает к Земле! А мы скрываем эти контакты даже от собственного народа?!
– Госпожа президент, результаты всех опросов и тестов свидетельствуют об одном. Если общественность узнает об инопланетянах, паника будет неизбежной. Люди решат, что правительство бессильно перед более высокой цивилизацией, и перестанут нам доверять. Наступит полный хаос.
– Вы постоянно мне об этом твердите и не замечаете, что ситуация изменилась. Вы, военные и мужчины, руководствуетесь только линейной логикой и не чувствуете, как заходите в тупик! Без поддержки общества нельзя решать такие вопросы. Я верю, что Господь неспроста сделал так, что Президентом Америки стала женщина!
Дав понять, что разговор окончен, глава государства шагнула к дверям кабинета.
– Я сожалею, что согласилась на абсолютную секретность программы. Пришло время раскрыть карты.
– Госпожа президент, это невозможно, мэм. Мы не сможем контролировать события! Мы просчитали все модели ситуации…
– Я приняла решение, и завтра лично расскажу о программе на Заседании совета национальной безопасности. Спасибо за доклад. Сейчас я бы хотела остаться одна. До свидания!
Если глава Пентагона и был разочарован – а он был, – показывать это разочарование он считал несовместимым с субординацией и собственным достоинством
– Спокойной ночи, мэм, – щелкнув каблуками, генерал вышел из комнаты.
Необычайно яркие лунные лучи лились сквозь стекло и расплывались по паркету озерцами расплавленного серебра. Разглядывая их, Джулия подумала, что спокойный сон этой ночью ей не светит. Да, именно не светит.
КОВАРНЫЕ ЗАМЫСЛЫ ИНОПЛАНЕТЯН
Красная каменистая планета неотвратимо двигалась к Земле. Что-то угрожающее ощущалось в багровом шаре, пролетевшем миллиарды километров, чтобы встретиться с маленькой зеленой планетой. Во Вселенной больше не было ни одного космического объекта, имевшего такую траекторию. За Нибиру наблюдали сотни ученых в Токио, Нью-Йорке и Лондоне и других городах мира. Спектральный анализ показывал, что красно-желтые породы песчаника полностью покрывают Нибиру, практически лишенную растительности. Более подробно изучить поверхность планеты не представлялось возможным: окружающее планету странное поле практически блокировало любые попытки человеческой науки.
На Нибиру тоже готовились к встрече. На вершине горы Сакрам (Всевидящей), на самой верхней точке планеты, расположился центральный командный пункт. На крыше серого кубического здания высилась колонна, увенчанная гигантским зеркальным шаром. На этой колонне и находился центральный командный пункт нибируанцев.
В комнате командного пункта был хорошо виден звездный космос. За панорамным окном во всю стену, на черном небе ярко светилась Земля и звезды. За пультом управления с мигающими кнопками едва проглядывал темный силуэт, внешне ничем не отличающийся от человеческого. Архат пристально смотрел на приближающуюся в окне Землю.
– Аксеид.
– Да, Командор, я на связи, – прозвучало из динамиков.
– Рассказывай!
– Чонг ликвидирован. На Земле больше нет носителей, которые знают картину будущего.
– Ты слишком самонадеян. У него остались записи. Он заявил о приборе, который может помешать нам, – напомнил Архат.
– Это не представляет угрозы, – возразил Аксеид.
– Если носители найдут этот прибор, у нас могут возникнуть осложнения…
– Не вижу причин для беспокойства, Командор. Во-первых, никто не знает, где он находится. Во-вторых, земляне не смогут им управлять. Они утратили навыки работы коллективным сознанием.
Уверенность в тоне Аксеида развеяла сомнения, одолевавшие Архата. Немного помедлив, он ответил:
– Будь очень внимателен. Будущее нашей цивилизации сейчас зависит от тебя.
– Не волнуйтесь, Командор. Я предпринял все необходимые меры.
ЭЛИС СОГЛАШАЕТСЯ ПОМОЧЬ
Ночь после убийства Чонга стала для Алекса самой кошмарной из всех прожитых ранее. В два часа ночи тревожно зазвенел телефон. Алекс только что лег спать и такой поздний звонок вывел его из терпения.
– Это я, – Алекс узнал в трубке голос Саймона.
– Что уже пора на суд? – пытался пошутить разбуженный адвокат.
– Все гораздо хуже. По своим каналам я узнал, что твоим делом заинтересовалось ФБР.
– Какая ерунда, – не поверил сказанному Алекс.
– И еще, из интернета странным образом пропали все ролики про суд, который ты вчера выиграл с летающей тарелкой. Как будто кто-то подчищает информацию.
– Черт, и мой клиент Кларк Гордон перестал выходить на связь.
– Я не представляю, что это значит, но будь осторожнее Алекс.
– Спасибо за информацию. Надо будет ее переварить и немного поспать. Пока.
Но после разговора Алекс уже не смог заснуть всю ночь. Предчувствие надвигающейся беды не давало расслабиться и осмыслить всю полученную информацию.
Несмотря на то, что утреннее судебное заседание по избранию меры пресечения адвокату прошло без проблем, Алекс продолжал сильно нервничать. Суд постановил взять с адвоката подписку о невыезде, и все обошлось даже без залога, за что он был благодарен Саймону.
Тревожные чувства, словно волны океана, то накрывали Алекса с головой, то отступали, позволяя подумать о более приятной встрече, которая должна была произойти в офисе.
Адвокатская контора Алекса находилась прямо на Манхеттене. Мягкие кожаные кресла и мебель из красного дерева располагали клиентов к доверию и всем своим видом убеждали в надежности юридической фирмы. За большим столом, с покрытием из бордовой кожи, сидел Алекс. Он задумчиво смотрел на раскачивающуюся рядом игрушку в форме маятника с кольцами, которые изображали движение планет.
Адвокат был настолько погружен в свои мысли, что не заметил, как в кабинет вошла стройная миниатюрная брюнетка. Большие, чуть раскосые глаза девушки придавали ей ту миловидность, какая обычно бывает у 18-летних девиц, только вступающих во взрослую жизнь. Чуть потрепанные джинсы и белая футболка с эмблемой Дольче Габана выдавали в ней ценительницу брендов. Стильная джинсовая сумка через плечо, придавали ей деловой вид. Ее чуть задранный подбородок и слегка покачивающаяся мягкая кошачья походка словно бросали вызов всему обществу. Она, словно женщина-кошка, грациозно пересекла комнату, уселась напротив Алекса, и с вызовом посмотрела ему в глаза. Весь ее вид и игривая улыбка источали уверенность в своей неотразимости. Реакция Алекса на нее появление подтвердила ее мысли.